Зависть. Книга 1 (СИ) - Бровинская Юлия - Страница 40

— И ты почти два года делал ремонт? — изумилась я.

— Сложно было, но я справился, — самодовольно улыбнулся Радим. — Ты допила чай?

— Да.

— Настало время принимать решение, — напомнил он мне, и от его слов сердце заколотилось с бешеной скоростью.

— Я ещё не готова к более близкой форме отношений, — испуганно пролепетала я.

— Но на мои условия ты согласна? — уточнил Радим.

— Да.

— Замечательно, — счастливо улыбнулся парень, вставая из-за стола. — Идём. Отвезу тебя домой.

Я совсем разволновалась. А вдруг он не остановится или начнёт меня уговаривать, и я не смогу отказать? Мысли и страхи роем проносились в моей голове, пока мы ехали не известно куда.

— Что-то ты совсем притихла, — заметил моё состояние Радим. — Ты боишься меня?

— Нет, — соврала я. Как бы мне не хотелось этого признавать, но россказни Новиковой всё же пустили корни страха в моём сердце. Незаметно сжала ладони в кулаки. Я не должна подаваться ей! Заодно и проверю, насколько он честен со мной и можно ли ему довериться в будущем. — Я немного растеряна, так как совсем не представляю, что ты собираешься делать со мной.

— Тебе должно понравиться, — пообещал мне парень с загадочной улыбкой.

К моему удивлению, он действительно привёз меня к моему общежитию. Поставил машину напротив центрального входа на таком расстоянии, что мне было прекрасно видно, кто сейчас из жильцов в это время стоит у крыльца. Я заметила Антона с его девушкой, Новикову, Климова и ещё пару парней, чьих имён и фамилий я не знала.

Радим выключил фары и заглушил мотор.

— А почему?.. — повернулась я к нему с вопросом.

— Если из машины выходить не будем, так какая разница, где, — ответил он. — Меньше времени потратим на дорогу, а больше на нас.

Радим вынул руки из рукавов распахнутого пальто и отодвинул своё сиденье назад.

— Иди ко мне, — позвал он меня с лёгкой улыбкой. — Докажи, что ты не соврала и правда не боишься меня.

Трясущимися руками я расстегнула пуговицы на своём пальто и сняла его. Температура в лексусе очень комфортная, а кожаные сиденья широкие и удобные. Запросто можно заняться сексом в такой машине, не чувствуя никакого дискомфорта.

— Колготки и трусики тоже сними, — следом попросил он.

Чувствуя внутри нарастающую панику от собственной беспомощности перед ним, я, тем не менее, безропотно выполнила всё, что он попросил. Скинула туфли и под юбкой сняла колготки, а потом и трусики, поочередно спрятав их в разные карманы пальто. Потом Радим подал мне руку, и я с сильно бьющимся сердцем перебралась к нему на колени, сев на них верхом по его молчаливой подсказке.

— А говорила, что не боишься. — Руки парня легли мне на талию, обхватывая в тесное кольцо и прижимая к его телу ещё ближе. — Ты вся дрожишь от страха. — Его глаза с внимательной нежностью изучали моё лицо. — Как я мог подумать при первой встрече с тобой, что тебя от желания трясёт ко мне, а не от ужаса?

— Это не желание и не страх, — смущённо глядя на него, пояснила я. — А любовь к тебе.

— Почему, когда я слышу слово любовь от других, то у меня оно ничего кроме раздражения не вызывает, а тебе я верю безоговорочно и так счастлив от этого? — приблизив ко мне лицо для поцелуя, почти у моих губ спросил Радим и сам же ответил: — Может, потому… что я очень хочу только твоей любви. Дай же мне её немножко.

После его слов даже на моральное сопротивление сил не осталось. Я сама подалась вперёд и поцеловала его, отдавая ему всю себя без остатка. Пусть берёт моей любви столько, сколько ему нужно, и взамен ничего не попрошу. Мне достаточно и вкуса его поцелуя, его запаха от которого голова кружится, сильных и нежных рук, которые ласкают моё тело, даря незнакомое доселе удовольствие. За поцелуями я совсем не заметила, как Радим расстегнул мою кофточку и лифчик. Только удивлённо выдохнула, когда он, спустившись дорожкой из быстрых коротких поцелуев вниз по шее, вдруг захватил в рот мой сосок. Ели до этого все мои ощущения в целом можно было охарактеризовать, как приятное томление, то от новой ласки у меня всё загорелось внутри. Я даже привстала от неожиданной остроты ощущений, чем вызвала у него довольное, хриплое бормотание.

— А это вовсе не так сложно, как я себе представлял…

Его губы перешли на другую грудь, и моё тело невольно выгнулось ему навстречу от пронзившего удовольствия. Глаза закрылись сами собой, а дыхание участилось.

— Привстань ещё немного, — попросил он. И я выполнила его просьбу и почти задохнулась, когда ощутила, как его рука скользнула мне под юбку и накрыла сокровенное место. Одновременно нежно покусывая и посасывая то одну грудь, то вторую, Радим пальцами ласкал меня ещё и там, вызывая внутри меня мучительно невыносимое напряжение, от которого я, дрожа всем телом, часто и прерывисто дышала, теряла силы от даруемого мне наслаждения. В какой-то момент оно стало настолько сильным, что меня сотрясло от странных, но невообразимо приятных конвульсий, дарующих телу долгожданное освобождение и истому.

— Понравилось? — улыбаясь, спросил меня мой любимый, усаживая меня опять на свои колени и крепко прижимая к себе.

— Угу, — сил на больший и развернутый ответ совсем не было.

— Вот такие мои условия, чтобы я мог потерпеть до брака.

Я посмотрела на его лицо. Его глаза лихорадочно блестели, а дыхание было частым, показывая мне, что он так же возбуждён.

— А как же ты? — спросила я. — Ты разве не хочешь… меня?

Радим поправил на мне бюстгальтер и, любуясь, образовавшейся ложбинкой между грудью, произнёс: — Хочу, конечно. Но ты же против секса до брака.

— То, что сейчас было, так же считается сексом, — пояснила я ему. — Все действия, направленные на половое возбуждение и получение удовлетворения как своего, так и партнёра, являются им.

— Ну тогда мы уже не первый раз занимаемся сексом, — усмехнулся парень и, нагнув голову, легко поцеловал холмик груди, перед тем как начал застёгивать пуговицы на моей кофточке. — Ты мне уже неоднократно дарила половое возбуждение.

— Ты не понял меня, — возразила я. — Я теперь не смогу кому-то другому сказать, что у меня не было сексуального добровольного опыта.

— Это ты немного не понимаешь, — с предостерегающей улыбкой произнёс Радим. — Ни с кем другим тебе даже объясняться не придётся. Я никого к тебе не подпущу настолько близко. Осознай уже, что ты была, есть и будешь только моя. Я не шучу и не играю с тобой. Ты уже моя жена, и на все эти свидания я согласен только потому, что хочу развлечь и порадовать тебя.

Я доверчиво прильнула к нему, положив голову на его плечо.

— Теперь я верю тебе, — тихо произнесла я. — Я раньше немного сомневалась в твоих чувствах из-за прошлого, но теперь я вижу, что напрасно.

— Кстати об этом… — лицо парня стало вдруг очень серьёзным. — Если Новикова предложит тебе посмотреть некое видео со мной, прошу, не делай этого, ладно?

— Хорошо, не буду смотреть, — послушно кивнула я и, подняв голову, поцеловала его в щёку. — Тебе неприятно, что я могу увидеть тебя с другой?

— Что-то вроде того, — согласился Радим. — Знать, что у тебя кто-то был, — это одно, а увидеть это самому — совершенно другое.

Понятно, что он говорил о себе, но я восприняла его слова как намёк на своё прошлое.

— И мне хочется, чтобы ты знал и верил, что у меня был один раз без моего согласия на это, — почти шёпотом произнесла я своё признание.

— Мне не нужно такое объяснять, — так же шёпотом ответил Радим и, крепко обняв меня, прижал к себе, уткнулся лицом в мои волосы. — К насильникам не ревнуют, — с тихой злостью добавил он.

Потом мы сидели в тишине некоторое время, наслаждаясь возникшей гармонией близости между нами, пока её не нарушила раздавшаяся мелодия телефонного звонка. Валевский достал свой смартфон, и я увидела высветившееся на экране имя звонившего абонента. Валентин! Меня обдало такой сильной волной злости и ненависти, что меня немного затрясло, и я даже испугалась, что Радим заметит моё состояние. Поэтому быстро перебралась с его колен на пассажирское сиденье, чем вызвала молчаливое удивление парня.