Все решит свадьба (СИ) - Романова Полина - Страница 29

Оля прилипла к своим бывшим коллегам и еще целый трек они орали что-то друг другу в уши. А Лиза ждала, попивая самодельный коктейль быстрее, чем следовало. Смотря на подругу, она вспоминала, когда же именно в эти прошедшие десять лет их пути разошлись? Как будто знание этого момента могло рассказать, сойдутся ли их пути вновь. Не в переписках и редких встречах. А в дружбе. По-настоящему.

После окончания школы Оля осталась в Старом городе, поступила в местный колледж. Они с Лизой часто переписывались, хоть разные друзья и увлечения их немного и отдаляли. Уже на втором курсе Оля вышла замуж, а на третьем взяла академ и родила первого ребенка. Лиза решила, что подруга выбрала жизнь их матерей и бабушек. Жизнь, от которой сама она пыталась сбежать. И общение само собой свернулось. В этом анабиозе их дружба пробыла все остальные годы. Еще не разрушенная, но уже и неживая.

Водка начала греть тело и вот-вот была готова треснуть по голове. Когда песня сменилась, девочки с работы потянули Олю танцевать, но та отказалась и жестом показала, что пойдет на улицу с Лизой.

— Я овца и признаю это, — выпалила Лиза, едва выйдя за порог «Мельницы». Даже если Оля не знала многого и, тем более, если многое знала, эта фраза казалось уместной.

— Ладно тебе. Ну пропала и пропала, я же не тупая. Переезд кого угодно из жизни выкинет.

Девушки остановились сбоку от довольно большого макета деревянной мельницы. Логотип кафешки хозяева соорудили качественно и эта штука точно запоминалась. Внутри мини-здания стояла мусорка и вышедшие на перекур посетители становились по кругу, разделяемые стенами и лопастями. Лиза вглядывалась в глаза подруге и все больше убеждалась, что та говорит искренне и, похоже, все еще ничего не знает про Мишу.

— Я когда тупо обои по квартире переклеивала, матери звонить перестала. Настолько голова всем этим забита! — говорила Оля и доставала из сумочки сигареты.

— Ты куришь?

— Только когда пью.

— В прошлый раз ты не курила.

Оля поднесла зажигалку к сигарете.

— У меня двое детей, Лиза. Пиво — это не алкоголь. Это естественное топливо, необходимое для жизни. А вот сегодня я пью и напиваюсь.

Лиза понимающе кивала головой, хотя не понимала.

— И если вспоминать про прошлый раз, — сказала Оля, — Тогда я думала, что мы не просто будем, ну, чаще видеться, а что мы… — она опустила взгляд, словно стесняясь своих надежд, — Будем дружить как раньше.

Лиза схватила школьную подругу за руку:

— Честное слово, я тоже этого хотела! Но все так закрутилось, мне столько нужно тебе рассказать!

Оля положила свою руку поверх ее, но посмотрела в сторону входной двери:

— Девочки идут, давай договорим потом. Я только хотела сказать, что думала, будто ты вернулась. Понимаешь? — все четыре соседки по столу шли к ним, — А ты не по-настоящему вернулась, видимо. Ты просто приехала к нам в гости.

Лиза даже отшатнулась от хлестнувшей по лицу правды. Тут их окружили, защебетали, заглушили смехом. Лиза стояла в стороне, а потом шла обратно к столику с таким видом, будто на ее глазах только что произошла катастрофа с тысячами жертв. Стакан с оставшейся водко-колой она выпила залпом и тут же потянулась за новым.

Как и многие работники сферы развлечений, Лиза пила довольно часто. Бокал тут, бокал там, полбутылки после тяжелого дня, пиво под фильм в редкий выходной вечер. Но такое грубое смешение крепкого алкоголя со сладкой газировкой, да еще и с минимумом закуски (в темноте особо не повкушаешь, так что на столе стояли фрукты и пара общих салатов) хорошо подтолкнули Лизу сначала к веселью с танцами, а потом к задушевным разговорам.

Она стояла с Полиной, из параллельного класса, пока та смолила вторую сигарету подряд и, перескакивая с одной истории на другую, рассказывала, почему именно развелась с бывшим мужем.

— И что ты теперь будешь делать? — недоумевала Лиза.

— Жить дальше! Глядишь, не последний мужик на Земле. Одной сына растить, конечно, не просто…

— У тебя еще и ребенок есть?

Лиза искренне восхищалась силой этой женщины.

Через два бокала, опираясь на руку Кати, бывшей коллеги Оли, она тоже хотела пожаловаться на свои проблемы и начала с трудностей в отношениях с мамой, но Катя попросила о родителях сегодня не говорить. Ее папы нет в живых уже пять лет, а мама умерла от онкологии всего месяц назад. Это Катин повод напиться пятничным вечером.

В поисках свободных ушей Лиза с удивлением наткнулась на Олю. Поглощенная общением со всеми остальными, она совсем забыла к кому вообще изначально пришла. Забившись в углу зала, за чьим-то только что опустевшим столиком (официанты даже не успели убрать стаканы) Лиза орала подруге обрывки своей жизни за последний месяц.

— Меня уволили!

— Я пьяная и хочу тупо пошутить, — кричала в ответ Оля.

— Да не целовалась я больше ни с каким женихом! — предугала Лиза, — Но все равно накосячила именно по этой части.

— Что?

— Все равно накосячила, говорю!

— С кем?

Разговор, который казался Лизе страшным все это время, теперь вдруг ощущался забавным. Будто они снова две юные девчушки и собираются хорошенько обсудить симпатичного мальчика, с которым одна из них накануне целовалась.

— С братом твоим, — крикнула Лиза и закрыла пылающее лицо ладонями.

— С кем-кем? — Оля подумала, что неправильно поняла.

Не открывая лица, Лиза повторила еще громче:

— Я спала с твоим братом!

По закону подлости, сразу после этой фразы треки сменялись и в зале случились три тихих секунды. Откровение Лизы никто не услышал, но все услышали как Оля пробасила:

— А ну-ка, пойдем выйдем!

Глава 2.2

Живя в роли младшей сестры, Оля привыкла, что это о ней должен заботиться старший брат, а не наоборот. Но с тех пор как она выросла и вышла замуж, а он отслужил и вернулся домой, расклад мог меняться в зависимости от ситуации.

«Не устроенный», в отличие от сестры, взрослый мужчина каждый день был под прицелом у всей семьи. Любая девушка, замеченная с ним рядом, тут же приглашалась на все семейные торжества, ее разве что не опрашивали на предмет наследственных болезней и способности рожать.

Где-то год назад папа Оли и Миши увидел машину последнего на переезде. Сын остановился с одной стороны железной дороги, отец — с другой. Пока опускался шлагбаум и раздавался сигнал о приближающемся поезде, отец, щурясь, рассматривал девушку на переднем сидении, рядом с Мишей. А уже через полминуты звонил жене, чтобы сообщить новость.

Миша же, сквозь проносящийся поезд, в отрывистых кадрах, видел как отец говорит по телефону и даже не слыша разговора знал каждое его слово.

— То есть наш Миша, да? Наш Миша встречался с девушкой? — тараторила Оля, — Да еще и со всем знакомой девушкой. С моей школьной подругой! И никто об этом не узнал? — она почти орала, хорошо, что у мельницы они стояли одни, — Вы, блин, что, в подвале прятались?

— Да это всего несколько дней, — Лиза не понимала, отношение Оли к произошедшему было позитивным или негативным, — Все очень быстро закончилось.

Оля хмыкнула, немного подумала и сказала:

— Извини, но я должна спросить, а кто кого бросил?

— Там все так сложно, но как будто бы я его… получается…

Вот теперь отношение Лизы стало очевидно:

— То есть мой братишка, любимый мой братичек, хотел с тобой встречаться, а ты его бросила?

— Хотел бы — хоть слово сказал, а то две недели ни слуху ни духу! — парировала Лиза так же громко, алкоголь открыл ее истинные эмоции, да и прежний стиль их с Олей общения, видимо, начинал возвращаться.

В половину третьего ночи, за полтора часа до закрытия, в кафе и около него уже почти никого не было и девушки спокойно выясняли отношения как десятки пьяных людей до них и после них.

— Да ты знаешь он какой у нас? Ты знаешь? Он ни в жизнь!

— Это не так работает, Оленька, — протянула Лиза, навалившись на подругу. Их уже становящийся бессмысленным диалог прервала Яна, выбежавшая из кафе.