Нам нельзя - Лейк Оливия - Страница 6

– И что мы здесь делаем?

– Нам же нужны интриги, тайны, расследования! – с жаром воскликнула Марсия. – Где же еще искать материал!

Я покосилась на роскошный особняк с видом на океан, возле которого припарковалась не меньше десятка машин, а музыка орала далеко за пределами толстых кирпичных стен. У Энди Трэвера, задаваки и выпендрежника, вечеринка. Да, это младший брат Картера, друга Эрика.

Мы с Энди учились вместе. После выпуска моего сводного братца-индюка именно он примерил на себя роль главного альфача в школе. Как по мне неудачно: спеси много, но до супер самца не дотягивает – больше дрочо, чем мачо. Эрик хоть и козел, но энергетически-магнетический козел, этого не отнять.

– Ладно, пойдем, – сказала и выбралась из машины. Мы неспешно шли вдоль улицы, ловя отражение в окнах припаркованных авто. Не очень-то мы похожи на девушек, тусующихся в компании Энди. Не в мини, не в бикини и далеки от входных модельных параметров. Я – рыжая, в джинсах и укороченном топе, среднего росточка. Марсия и того ниже, с густой черной копной, в фенечках и с амулетом от сглаза на очень даже аппетитной груди. Шансы пройти фейс-контроль пятьдесят на пятьдесят, все зависит от количества употребленного алкоголя хозяина вечеринки и его дружков.

На входе никто не крикнул «а вы, фемки, какого черта здесь забыли?!». Нет, мы не феминистки в самом превратном понимании, мы просто терпеть не можем одноклеточных мужиков, мозг которых сосредоточился исключительно ниже пояса.

Народ был навеселе, и нас приняли позитивно – два стакана водки-с-пивом тут же перекачивали к нам: «мясо» ведь нужно сначала напоить, бэ-ээ вообще!

Пить мы, естественно, не стали. Не потому что опасались здешних «самцов», скорее, из чувства брезгливости. Боялись мы другого. Точнее, я боялась. Со многими здесь мы учились вместе, с кем-то даже продолжали ходить на одни лекции в колледже. В компании золотой молодежи Монтерея меня вообще не жаловали. Не скажу, что я страдала, но неприятно.

Я не была лузером, но я была не такой, как нужно. Не стремилась завязать дружбу с популярными девочками, не зависела от чужого мнения и одобрения неинтересных для меня людей. Я не хотела соответствовать надуманным стандартам, но мое нежелание не могло отменить эти самые стандарты. Человечество в принципе склонно навешивать ярлыки, подростки тем более. Мой был «приблуда». В элитной частной школе благополучного богатого города я оказалась совершенно случайно, заблудилась. Нет, в меня не бросали бумажками почти(спасибо Марсии и обещанным вшам), не плевали в стакан с соком, и обедала я не в туалете, но в тусовку к деткам толстосумов тоже не звали. А мне и не надо было! Но я слукавлю, если скажу, что было легко и совсем не обидно.

– И что мы ищем? – шепнула Марсия, когда мы все же протиснулись в одну из комнат – людей приглашено явно больше, чем дом мог вместить, а ведь основная движуха вообще у бассейна проходит!

Я покосилась на нее, поджав губы: я почем знаю!

– Это вообще твоя идея! – зашипела, обходя пьяных здоровяков из футбольной команды.

– О, кого я вижу! – Энди обнял нас за талию, плотоядно улыбнувшись. – Не ожидал, но очень рад.

Его рука скользнула по обнаженной коже спины, опускаясь на задницу.

Я скинула ладонь и оттолкнула хозяина.

– Потише, дорогуша, – нахмурился он. – Сама пришла.

Я скривилась. Черт, как же я все это ненавижу! Тупые подкаты, попытки облапать, а потом вишенкой на торте «сама-дура-виновата». И этот Энди. Блин, ну симпатичный парень же: смазливый блондин, накаченный в меру, но такой жуткий придурок, хоть плачь! Вот, наверняка, когда бог раздавал мозги, он стоял в очереди за членом! Понятно, что член для мужика важен, но хоть чуть-чуть ума можно было попросить!

– Отвали, а? – бросила ему и принялась искать глазами Марсию. Где она? Только же тут была! Потом меня смыло волной из разгоряченных тел: все вывалились на задний двор, к бассейну, с криками и визгами «давай-давай». Меня несло вместе с ними.

Здесь собрались звезды университета и просто звезды. Одна такая сразу сбила с настроя. Эрик.

Импровизированную барную стойку обступила толпа, бурно подбадривая индюка Лаваля. Двадцать четыре года, а все туда же! Текиловый армрестлинг! На столе с десяток шотов с водкой, парни стоят в позиции. Мона Войс, самая красивая и самая неприятная девчонка на моем потоке – да-да, все как в голливудских фильмах! – картинно дала отмашку. Ребята начали бороться, одновременно закидываясь алкоголем. Толпа принялась рьяно считать.

– Один! Два! Три! Четы… Ууув! – загудели, когда соперник Эрика уронил руку. Мона повисла на шее победителя. Он был очень даже за. Я саркастично вскинула бровь. Да, для вундеркинда в сфере it-технологий вот вообще не комильфо! Интересно, Цукерберг поощряет такой досуг своих сотрудников? Так, где мой телефон, нужно застримить мистера Лаваля во всей красе!

То ли мысли материальны, то ли у Эрика чутье на врагов, но он вскинул голову и горящим мутным взглядом толпу просканировал, безошибочно останавливаясь на моем лице. Он нахмурился. Я вскинула подбородок, обдавая презрением. Да, дружок, я не твоя поклонница. Эрик как-то пьяно и очень по-мужски усмехнулся и одним махом выпил оставшуюся водку, не сводя с меня глаз. Расплавленный голубой лед… Никогда такого не видела. Очередной катаклизм, наверное.

– Хьюз, какая у тебя задница суперская, – ко мне снова подвалил Энди. Я не успела оттолкнуть его, как оказалась у лаунджа, куда вернулся Эрик вместе с Моной. Здесь был и Картер с двумя девушками на коленях, еще двое парней, хорошая выпивка и кальян. Вокруг творилась настоящая вакханалия: те, кого в быту называли студентами, бесновались, как обдолбанные хиппи в Вудстоке. А здесь прямо вип-зона элитного клуба.

Мона бросила на меня высокомерный взгляд, но соревноваться в остроумии не стала: знает, что проиграет, а терять лицо, когда аркан, то есть нога на моего сводного брата закинута, не позволительно. Хотя его, очевидно, не ее умственные способности интересовали.

– Давайте сыграем в правду или действие? – почти промурлыкала она. Картер усмехнулся и закатил глаза, продолжая исследовать декольте обеих спутниц, по очереди. Эрик остался подозрительно невозмутим, сверкая светлыми глазами в темноте.

– Давайте, – оживился Энди. Так, я чего-то не понимаю: они с Моной вроде начали встречаться в начале лета? Эта игра у них такая?

– Я пас, – скинула тяжелую руку и попыталась подняться.

– Да ладно, будет весело.

– Колючка просто трусиха, – с насмешливым равнодушием бросил Эрик, глубоко затянувшись и выпустив в меня клубничную дымную струю.

Я полыхнула на него глазами: какая я ему колючка?! Индюк надутый! Но я не ушла, предварительно наградив всех гордым негодованием. Умная девушка ушла бы, а я нет. Потому что дура.

– За отказ говорить правду или исполнять задание назначается фант. Отменять фанты нельзя.

Правила озвучила Мона, с хитрым азартом тряхнув волосами.

– Я начинаю, – и посмотрела на Эрика. – Правда или действие?

– Действие.

Кто бы сомневался!

Мона деланно задумалась, надув красные губы.

– Поцелуй самую красивую девушку здесь.

Я фыркнула. Какая пошлятина! За что и получила злобный взгляд от «мисс Америка». У Моны была кукольная внешность – Барби позавидовала бы, – но она действительно была красивой.

– Не уверен, что она даст себя поцеловать.

– Даст.

Эрик хрипло коротко рассмеялся и дернул ее на себя, жадно впиваясь в губы. Я даже отвернулась. Настолько это было интимно и горячо. Даже мне жарко стало.

– Может, и мы? – Энди голодными глазами уставился на… Нет, не на губы, на мою грудь. И чего пристал?!

– Отвали.

– Правда или действие? – Эрик рывком ссадил с себя Мону и обратился ко мне. Честно, не ожидала. Я привыкла, что он либо не замечает меня, либо гадости говорит. Но гадости преимущественно наедине, а так – тотальный игнор.

– Правда, – буркнула я.

– Что я подарил тебе на восемнадцатилетие?