Вампир на передержку (СИ) - Дега Олфель - Страница 15

Молчание затянулось. Кажется, мы оба не знали, что нам друг с другом делать. Если драка не получилась. Заклинания — тоже. Грызть мне шею, вроде, не собирались. Может, не голодный, или на диете.

Наконец вампирский принц, покосившись вниз, спросил, нахмурившись:

— Твой паук может прекратить жевать мои штаны? У него жвалы, наверное, уже болят от усердия. И слюнями всё пропитал, теперь вещь только выбрасывать. Если не отцепится сам — выброшу штаны вместе с ним. С балкона.

Пришлось уговаривать Критоса прекратить жевать принца. Этому вампиру только дай повод раздеться! Мигом опять скинет одежду.

Когда паук, недовольно бурча, отполз в сторону, победно держа в жвалах кусок оторванной ткани, приготовилась снова гордо молчать и смотреть в вампирские глаза. Пока ему не надоест. И сам не догадается, что нужно просто уйти, и прекратить меня таскать из одного конца Академии в другой.

Негромкий хлопок сбоку заставил вздрогнуть.

Директор Тарис снова решил проверить, как у нас дела. В плане, кто кого загрыз, у кого появились лишние конечности и прочие неожиданности.

— Всё ожидал увидеть. Но что вы будете стоять и молча смотреть друг на друга — нет, — признался он, поправляя короткую мантию, — ну просто паиньки…

И замолчал.

— Эти паиньки в меня факелом тыкали, — наябедничал портрет, — и книжек любимых лишили. Начальник, убери этих активистов отсюда, пока я их неприличным словам не начал учить. И так еле сдерживаюсь.

Тарис даже не глянул на фантом в раме, как на пустое место. Он уставился на нас с Игорем тяжёлым взглядом. И, кажется, прикидывал, кого прибить, а кого отдать замуж… за Джеральда. Даже не знаю, какая перспектива была хуже. Меня замутило, и перед глазами встала плотная серая пелена.

Чёрные крылья взметнулись за моим лицом, закрывая от взгляда директора, продолжавшего хранить молчание. Зато активно шевелившего руками в магическом танце рун.

Голова сразу стала ясной. Огляделась. Позади — стена. Впереди — спина. Точнее, развёрнутые кожистые крылья. К сожалению, в темноте не было понятно, откуда они появились. Осторожно потрогала одно крыло. Тёплое… Даже приятное на ощупь, если не знать, что принадлежит мерзкому вампирёнышу.

— Ты что там делаешь? — сквозь зубы прошипел Игорь, не оборачиваясь, — ваш директор руны подчинения плетёт. Только они рабочие. Пытаюсь заблокировать, а ты отвлекаешь.

Пришлось убрать руку. Не время анатомию вампирскую изучать. Пока Игорь в сознании и даже какую-то чушь несёт.

— Вот думаю, славная вышла бы сумочка, — сказала я, — а насчёт рун подчинения, это вряд ли. Они же запрещены, как и любовные чары…

Посмотрела на директора, привстав на цыпочки, и тут же, ойкнув, спряталась обратно, за крылья.

Они. Руны. Рисование которых заставило Тариса сосредоточенно плести магическую формулу, не отвлекаясь ни на что. Удивлена, что мы с Игорем ещё можем соображать без приказов директора.

Критос, зачарованный, смотрел на директора открыв жвалы и издавая тонкий писк.

Вампир не стал брать под свою защиту паука, и тот моментально попал под действие чар. Надеюсь, они обратимые. Терять питомца, к которому была искренне привязана, не хотелось.

Вряд ли мы настолько хорошо подружимся с Мухожоркой!

«Нам подражать этому твоему восьмилапому?» — уточнил Игорь, не складывая крылья. Голос звучал у меня в голове, и я понятия не имела, как препятствовать этому.

— В смысле?! — прошипела я, обхватив голову руками, — ушёл из моей головы, живо!

«Ну, также раскачиваться, и начинать выть?» — продолжил наглый вампирюга, напрочь руша легенду о том, что навыками телепатии зубастые не владеют.

— Ага, — подтвердила я, — главное, слюни не забывай пускать. Чтобы точно было понятно, что ты совсем без мозгов остался…

Крещендо магических потоков подсказало, что руны находятся на завершающем этапе. И я понимала, что если бы не была закрыта от директора крыльями вампира, то уже реально стояла бы без мозгов, с радостной улыбкой ожидая распоряжений колдуна.

Не зря эти руны были из разряда запрещённых. Об их действии нам только рассказывали. Что нам было на руку — зачарованные вели себя немного заторможенно, но вполне обычно.

«Тарис выглядит так, будто его высосали», — задумчиво прошелестел в моей голове вампирский голос.

Ещё бы, столько сил вложить в запрещённые руны.

Обидный факт — вампиры не поддаются чарам подчинения. Зато руны смены личины отлично подействовали.

Надо бы ещё проверить его на пару-тройку проклятий… А из крыльев выйдет не только сумочка, но и отличный плащ! Который защищает от вредоносных рун.

«У меня от твоих кровожадных мыслей мурашки», — признался вампир, не двигаясь.

Если не вылезет из моей головы, я ещё что-нибудь подумаю! Мурашки у него…

— Эльза и Игорь, — загробным голосом начал директор, — согласны ли вы…

И завис. Наверное, формула окончательного подчинения требовала особой тщательности. А после запрещённых рун чувствовалось полное опустошение. Тарис идеально подходил под описание параграфа «Магическое истощение». Там, где крупно написано предупреждение: «Не делайте так!». И зомбиподобный маг, зависающий в пространстве. Наглядно и пугающе для студентов.

— На что согласны? — шёпотом спросил Игорь, — у нас этими словами начинается обряд венчания. Он решил нас поженить?

Я содрогнулась от перспективы.

— Скорее, велит из окна сброситься? — предложила я свою версию.

Портрет добыл откуда-то тюбик с помадой, и сосредоточенно красил губы.

— И ничего сложного, и зачем эти женщины три часа возле зеркала малюются, как та баба из подвального триптиха, у которой я мазилку спёр, — заметил он, нанося последний жирный штрих, — пацан, я чего заметил. Ты в курсе, что своими махалками отзеркалил руны нашего, всеми любимого, Тариса?! Ладно, его охватил. А пауку-то за что досталось? Слишком громко шелестел рядом с тобой лапками?! Не-е, вы как хотите, а я увольняюсь! Думаю, два века службы для меня более чем достаточно. Я на курорт. Мужчины ждут меня-я-я!

Последнюю фразу он пропел, выпадывая из рамы, утягивая с собой объёмистую сумочку.

— Кстати, вампирчик, раз уж твоё отзеркаливание заодно и мои путы к этой проклятущей раме разорвало, — обернулась нарисованная в полный рост бабища с ярко-оранжевыми губами и мощными ногами, — то дам совет. Не свети клыками, пока папахена своего на подлёте не увидишь. Здесь же полно маньяков, которых годами натаскивали на убийство. Вон та, которая задумчиво твои крылья щупает — она же явно прикидывает, сколько за них дадут под Мостом Отчаянных Душ… А, ещё из вампирских махалок отличный шатёр получается. Они же тянутся. И от солнца защищают. Кстати, о зонтиках!..

Жаль, записать замечательные способы применения одного полезного в хозяйстве вампира, было не на чем. Только выцарапать их на тех же самых крыльях. Но этого мне не дали сделать, за доли секунды сложив. Миг — и передо мной снова гладкая спина Игоря.

Про то, что он бесстыжий я уже говорила? Отошла от него подальше, раз больше не удерживал.

Сбежавший из рамы портрет, который выглядел теперь как разрисованное подобие женщины, сделал нам ручкой, погладил по лысине остолбеневшего директора, и нырнул в кладовку. Откуда вырвался сполох отрывшегося портала. Интересно, сколько времени там провела, а руны перемещений не увидела.

Наверное, за время своего заточения, Вальбуш Третий выяснил про комнату намного больше, чем я. И, скорее всего, даже мог выбираться из рамы. Но ненадолго. И на небольшие расстояния.

— И что мы с ним теперь будем делать? — спросил вампир, прохаживаясь вокруг замершего Тариса, — нам поверят, что он сам зверски самоубился, например?

И после этого кровожадные, конечно, мы!

— Не поверят, — буркнула я, закусив губу, и напряжённо размышляя.

Как же мне не хватало знаний! За заколдованного директора нас не похвалят. Это точно. В первую очередь он сам, когда очнётся. А это будет уже совсем скоро. Прикрыла глаза, ощупывая магическую ауру, это умение мне досталось по наследству от мамы.