Влюбить и за борт! (СИ) - Юраш Кристина - Страница 29

— Погоди, — послышался хриплый голос Кракена. — Ты не заболела? Почему ты молчишь? На тебя это не похоже!

Я пожала плечами. А потом бросилась из купальни. К столику с бумагой. Найдя перо и чернильницу, я написала: «У меня есть семь дней, чтобы Искандер влюбился в меня! И тогда я стану человеком!».

— Пр-р-роклятье! — заорал Кракен. — Это кошмар-р-р! Лучше бы мозги вместо ног попр-р-росила! Влюбить и за бор-р-рт тебя! Хотя… погоди… Ты что? Вер-р-рнула себе ноги пр-р-ри помощи мор-р-рской ведьмы?

Я кивнула. Врать было бессмысленно.

— Погоди… Это получается, что… — Кракен нахохлился и стал расхаживать по столу. — То есть, ты кого-то любила? Не так ли?

Я чуть не подала голос, как вдруг вовремя спохватилась. И зажала рот руками.

— Кого-то любила, значит. И если нужно, чтобы Искандер-р-р в тебя влюбился, то это значит, что ты… все вспомнила? — думал Кракен. А потом встрепенулся.

У меня чуть не вылетело изумленное: «Что?».

— Если я сейчас смогу р-р-рассказать о пр-р-роклятии, то значит, оно снято! — торжественно произнес призрак. — Искандер-р-р и есть пер-р-рвый пр-р-ринц Ратенбор-р-рна! Ты пр-р-рокляла его стать пир-р-ратом. На обр-р-ратном пути кор-р-рабль захватили пир-р-раты! И я попр-р-росил не убивать пр-р-ринца. Так он стал сначала обычным пир-р-ратом. А потом с моей помощью капитаном собственного кор-р-рабля! И однажды он встр-р-ретил мор-р-рскую ведьму, которая сказала ему, что он — пр-р-роклят. И пр-р-рокляла его маленькая пр-р-ринцесса. И когда пр-р-ринцесса в него влюбится, то пр-р-роклятие спадет…И Искандер-р-р сможет вер-р-рнуть свой тр-р-рон! Только он не имеет пр-р-рава никому говор-р-рить о пр-р-роклятии. И уж тем более, пр-р-ринцессе!

Мои глаза расширялись от ужаса.

— Искандер-р-р был очень зол. Он пр-р-росто р-р-рвал и метал! — продолжал Кракен. — Он пообещал р-р-разыскать тебя, влюбить и выбр-р-росить за бор-р-рт, когда пр-р-роклятье будет снято.

Я покачнулась. И едва не села на ковер. Моя дрожащая рука нащупала покрывало с кровати. Я завернулась в него и стиснула зубы, чтобы не высказать все, что думаю по этому поводу.

— И тепер-р-рь пр-р-роклятье снято! — заметил Кракен. — Искандер-р-р все так же зол на тебя. И мечтает выбр-р-росить тебя за бор-р-рт.

Я подняла глаза на призрак попугая. А потом бросилась к столу, скрипя пером на обрывке какой-то карты. Я писала про принца, про заклинание и про то, что не знала, кем стал принц.

— Так, погоди, — послышался голос Кракена. Он прищурился на меня. — Какой ужас! Это пр-р-росто кошмар-р-р!

Согласна. Сама не ожидала. Я тяжко вздохнула, терпеливо держа листок с историей перед носом попугая.

— Я плохо р-р-разбираюсь в твоих кар-р-ракулях, но кар-р-рта, от котор-р-рой ты отор-р-рвала кусок была бесценной! Там было указано место, где спр-р-рятаны баснословные сокр-р-ровища, — насмешливо заметил попугай. — Отличное начало р-р-романтических отношений. Он тебе за эту кар-р-рту такую р-р-романтику устр-р-роит, что ведьма квер-р-рху бр-р-рюхом всплывет!

Мои глаза округлились от ужаса.

— Пр-р-рячь быстр-р-рее! — гаркнул попугай. Я заметалась, пытаясь спрятать обрывок. И не придумала ничего лучше, как собрать из нее бумажный шарик и выбросить в темный угол.

— Ладно, не др-р-рейфь, килька! Пр-р-ро то, что пр-р-роклятие снято, мы ему не скажем! — послышался голос Кракена, когда у меня на глаза навернулись слезы.

Он взлетел и присел ко мне на плечо.

— Мы его очар-р-руем, тюлька в помаде! Все будет хор-р-рошо! — заметил попугай. — Так даже шансов больше! А то ты вечно бр-р-рякнешь что-то невпопад. Но ничего! Тепер-р-рь делом займется пр-р-рофессионал! Ты молчишь, а я по твоему лицу угадываю, что ты собир-р-раешься сказать! Повер-р-рь, я мастер-р-р кокетства!

В этот момент мне стало страшно. Я пожалела, что поделилась своей тайной с попугаем.

— Кхе! — издал сиплый кашель Кр-р-ракен. — Это я голос р-р-романтичный р-р-репетир-р-рую! Ну-ка, давай попр-р-робуем! Дуй к зер-р-ркалу! Да не др-р-рейфь! Все под контр-р-ролем!

Я подошла к зеркалу, поправляя свой «наряд».

— Хм… Искандер-р-р! Ты сегодня пр-р-росто кр-р-расавчик! — сипло выдал попугай. — Возьми меня на абор-р-рдаж, мор-р-рской дьявол тебя р-р-раздери! Пр-р-рямо на этой пор-р-роховой бочке! Абор-р-рдажный кр-р-рюк тебе в зад! Подр-р-рейфуй на мне!

Я в ужасе скосила глаза на попугая. Он выпрямился и посмотрел на себя в зеркало.

— По-моему здор-р-рово получилось! Кор-р-роче! Я бы не устоял! — повернулся ко мне Кракен.

Глава одиннадцатая. Кр-р-ракн и кр-р-расавица!

Глава одиннадцатая. Кр-р-ракен и кр-р-расавица!

Только сейчас я начинала понимать, что без Кракена у меня было бы больше шансов. Но раз попугай взялся за дело, то теперь все! Шансов нет!

— Ты чего р-р-ревешь? — спросил Кракен, пока я молча вытирала слезу в уголке глаза. — Я тоже думаю, что тр-р-рогательно получилось! Пр-р-рям за душу бер-р-рет! Кор-р-роче, план пр-р-рост! Есть несколько ор-р-рганов, котор-р-рыми любят мужчины и пираты. Сер-р-рдце, душа, желудок, печень и хр-р-рен тебе я скажу, ты еще слишком юна! И мы будем очар-р-ровываать их по очер-р-реди. Какой-нибудь да возьмем на абор-р-рдаж!

Это было самое ужасное из того, что могло со мной произойти.

— Не др-р-рейфь! Мужик — это кор-р-рабль! Главное на него забр-р-раться и удер-р-ржаться на нем! Йо-хо-хо! — подбодрил меня попугай.

Это не помогло. Я мало что знала про пиратов и соблазнение. А уж про корабли и то меньше.

Я схватила бумажку и написала: «А я ему хоть нравлюсь?». И посмотрела грустным взглядом на Кракена.

— Как тебе сказать, тюлька, — задумался попугай. — Нр-р-равишься!

О, какое счастье! Я даже не думала, что нравлюсь ему. Мне казалось, что такая как я мало кому нравится! Даже подданные любили меня исключительно потому, что я принцесса.

— Р-р-раньше он говор-р-рил, что выбор-р-росит тебя за бор-р-рт на кор-р-рм акулам! Как только снимешь пр-р-роклятие и пр-р-ринца снова пр-р-римут в своем кор-р-ролевстве! — заметил Кракен. — То сейчас все по др-р-ругому.

Я чувствовала, что не все так плохо. Если я хоть немного ему нравлюсь, то у меня есть шансы! А вдруг он влюбился уже и не признается?

— Тепер-р-рь он пр-р-росто говор-р-рит, что выбор-р-росит за бор-р-рт! — обрадовал Кракен. И на моем лице померкла счастливая улыбка. — Так что, надо полагать, что нр-р-равишься!

Вот как так? Получается, что принц не может занять трон из-за проклятия? И из-за проклятия его не принимает родной отец? Что же я наделала! Но я ведь не знала, что я — сирена. Мне никто не говорил об этом!

— Чего стоишь, кр-р-расавица! Готовься к абор-р-рдажу! — скомандовал Кракен, любуясь своим отражением в зеркале.

Я развела руками: «Как?».

— Смотр-р-ри! План пр-р-рост! Мы ждем, когда Искандер-р-р заплывет в каюту! А тут мы! В р-р-развратной позе! Все, пир-р-рат твой! — заметил попугай, слетая на кровать. — Давай! Тр-р-ренируй р-р-развр-р-ратную позу!

Я присела на уголок кровати, понимая, что попугай от меня не отстанет. Да и знает он Искандера намного дольше моего.

— Ну кто так р-р-развр-р-ратничает! — Кракен прихлопнул себя крылом. — Позор-р-р! Пионер-р-р Р-р-развр-р-рата!

Я посмотрела на свои ровные коленки, прикрытые покрывалом.

— Поднять пар-р-руса! — заорал мне Кракен на ухо. Какие паруса? О чем он? — Вот эти пар-р-руса! Чтобы ноги было видно! О! Нор-р-рмально! Главное, что не дер-р-ревянная!

Я вопросительно посмотрела на попугая.

— Тогда бы кр-р-расивую р-р-резьбу пр-р-ришлось бы делать, — отмахнулся учитель. — Пр-р-равая нога на кр-р-ровать! Левая нога лево р-р-руля! Пр-р-равая р-р-рука вдоль по бор-р-рту! Пр-р-равая нога пр-р-раво р-р-руля!

Я чувствовала, что мне категорически неудобно.

— Не пер-р-реживай! Я видел эту позу в одном бор-р-рделе! — обнадежил Кракен. — Пр-р-равда, пр-р-роститутка сдохла, но смотр-р-релось кр-р-расиво! Эр-р-ротично!