Человек-Судьба (СИ) - Широков Даниил - Страница 74

Кусочки зачарованного свинца куда-то пропали, а бог Обмана рухнул на колени, пачкая серые плиты своей кровью. Его посох упал рядом. Хронос, сжав кулаки, встал рядом с ним. Ну давай, бог Времени. Покажи свой туз, припрятанный в рукаве. В карты у смерти тебе всё равно уже не выиграть. Ибо она знает все твои шалости, любитель ты одной известной фирмы.

— Просто сдайтесь, — со вздохом произнёс я, заряжая новую обойму. Сместился через шаг в сторону, поднимая второй пистолет. — Может, и жизни свои сохраните.

— Мы бы не стали затевать с тобой сражение, если бы не были готовы поставить свои жизни на кон, — хмыкнул Хронос, рисуя руны, что оставались в воздухе в форме тёмно-серых рисунков. — Или ты думал, что ты один такой? Готовый на самопожертвование ради великой цели? Мы отдадим всё… Всё, что потребуется…

— Нет, — округлил я глаза, бросаясь к нему. Пистолеты выпустили свои смертоносные снаряды, они разрывали плоть толстяка, но тот продолжал чертить, даже когда я оказался совсем близко. Вскинув Desert Eagle, я выстрелил в последний раз, но пуля вновь не нашла своей цели. — НЕТ!

Вы попали под действие статичных чар!

Временной Машинариум является сильнейшим заклинанием, доступным исключительно Хроносу. Стойте смирно, пока он решает, на каком моменте остановить события. Возможно, это исправит тяжёлое положение, в котором вы оказались. А может, вы сразились с ним и почти одержали победу? В любом случае, будьте осторожны. Никто не знает, к чему приведёт использование этих воистину достойных звания божественных чар…

— НЕТ! — всё ещё кричал я, обнаружив себя во всё том же сером зале. Рядом, стоя на коленях в луже своей крови, сидел Хронос, хрипло посмеиваясь. — О, боги…

Предо мной, озлобленно исказив лица, стояли Артей и Матодон, целые и невредимые. В логах было пусто, разве что сообщение о попадании под действие статичных чар осталось. Вот оно, главное и ультимативное оружие Хроноса. Правда, он явно перестарался. Действительно отмотал для иллюзии бога Обмана время на пару-тройку сотен секунд, но чего это всё стоило… Ладно, не будем совершать одну и ту же ошибку дважды.

Бах!

Пуля прошила голову Хроноса, впившись в серый каменный пол. Бог рухнул, его грузное тело, тут же зашипев, начало испаряться. Пиликнуло сообщение Системы, уведомившее меня об очередном убийстве. Ага, спасибо. А то я сам не понял, кого завалил. Ну вот, теперь двое против одного. Более-менее честно. И всё-таки… Что за это время могло случится с Фи? Что с ней могла сотворить Судьба..? Мой ученик, возможно, прямо сейчас проходит через свой маленький ад. А я… Я — здесь! Стою и играю в детские игры! Имя мне — Ганс, Страж Времён! И гондон я чёртов, а не стражник, если не сберегу хотя бы одно дитя в этом мире!

— Ложный Разум, — прошипел Матодон, а Артей бросился в атаку, приложив своё копьё к щиту. — Иллюзия Обмана!

Связка из двух высших чар! А старикан хорош. Да только такое применение заклинаний высушит его до дна, а восполнить такое количество маны сразу не удастся. Воспользуюсь этим, но сперва надо разобраться с тьмой, ослепившей меня. Исчезли шаги бога Огня, исчезло лёгкое дуновение ветра, странным образом присутствовавшего в этом месте. Интуиция молчала, не видели глаза, не слышали уши. Копьё появилось из тьмы всего на мгновение, но этого хватило, чтобы направить пистолеты и начать стрельбу. Выстрелы ушли в пустоту, а я остался на месте, держа оружие наготове. Затем, повинуясь спонтанному инстинкту, развёл руки в стороны, готовясь принять атаку из любого положения. Медленно, чтобы никто не заметил, расставил Очищающие Капканы вокруг себя по периметру. Отчего-то именно арсенал магии света имел при себе множество сигнальных чар и чар-ловушек. Ирония.

Одно из заклинаний сработало. Я развернулся, стреляя в нужном направлении. Ничего. Никаких записей в логах, никаких сообщений Системы. Принял на щит? Может быть. Зато теперь он будет осторожен. Дерьмово.

Капкан сработал уже за спиной, но я направил туда всего один пистолет, второй же начал изрыгать свинец прямо предо мной. Пуля за пулей, пока не опустели обоймы. Выщелкнув их, я вставил новые. Пули всё равно пополняются через инвентарь, правда из-за их мощи это занимает некоторое время. Чары, наложенные Матодоном, развеялись, и я наконец-то смог оглядеть зал, в который он нас поместил. Старик лежал на сером полу, зажимая два ранения в груди. К нему, прихрамывая, шагал великан. Артея зацепило не сильно, и он явно хотел помочь товарищу. Бессмысленная, бесполезная трата времени и сил. Я выстрелил, добивая старика. Содержимое его божественной черепушки расплескалось на несколько метров за его спиной. Бог Огня повернулся, коротко выругавшись.

— Пламя Надежды, — протянул он. — За наши мечты, за наши желания! За наше сча…

— Ты слишком много болтаешь, — вздохнул я, опуская пистолет. Во лбу гиганта красовалась одна аккуратная дырочка. Но вместо того, чтобы упасть, как и полагается после такого выстрела, Артей закричал, отбрасывая и копьё, и щит в сторону. Его ладони охватило жёлтое пламя, а сам он рванул на меня, молчаливо усмехнувшегося. — Нет.

Бам. Бам. Бам. Бам. Бам.

— Кх… а…

Но он всё ещё стоял. Я вскинул второй Desert Eagle, нажимая на курок, но пистолет только щёлкнул, печально рассказывая о своём пустом нутре. Из моей груди вырвался очередной тяжёлый вздох, а затем оба пистолета отправились на свои места. Я переместился к богу Огня через шаг, в прыжке нанося точный и на этот раз смертельный удар кулаком, пробивший его грудь насквозь. Поставив ноги на его живот, я потянул руку на себя, вырывая из груди огромное пульсирующее сердце. Спрыгнул на серые плиты, сжимая покрытый алым комок. Кровь прыснула во все стороны, орошая зал вплоть до его высоченного потолка. Иллюзия начала развеиваться, потому что её больше некому было поддерживать. Медленно, словно слайды в презентации, реальность будто перелистывалась. Стирался длинный зал, стирался серый пол под ногами, уступая место пожухлой травке.

Правда, она тоже была пропитана кровью. Сердце Артея упало на неё, помятое и сжавшееся, переставшее биться. Под ногами валялись трупы, утрамбованные в несколько слоёв. Многие тела были изуродованы, где-то поигралось лезвие Далайлы, где-то — химеры Ведьмы, кто-то задохнулся, разорвав себе горло ногтями, кто-то оказался высушен досуха искусной магией, чем-то похожей на вампирскую — личная разработка Марии. У большинства были дыры в груди, отсутствовали конечности, головы, органы вывалились наружу, смердя так, что меня едва не стошнило. Лес… Исчез. Его заменили всё те же мертвецы, уложенные штабелями вдаль, до горизонта. Воздух был пропитан аурой смерти, чистой и грязной, какой угодно. И там, среди тел, я увидел мальчишку, что подбрасывал и ловил свой собранный кубик. Схватив чью-то руку, он отбивал ею игрушку, ловя её в раскрытую ладонь.

Заметив меня, Рон отбросил своё занятие, в мгновение ока оказываясь вблизи. Ладонь невольно замерла на рукояти пистолета, но сын бога вампиров только улыбнулся, покачав головой. Ни Далайлы, ни Ведьмы или богини Системы не наблюдалось. Куда же они подевались? И какого тут делает этот пацан?!

— Сколько убитых… — хихикнул парень, проводя ладонью по прилизанным набок чёрным волосам. — Отчаянно, Ганс. Ой как отчаянно…

— Эти уже респавнулись, — пожал я плечами. — Если у тебя нет ничего, что сказать по существу, то уйди с дороги.

— Думаешь, я говорил про богов, которых ты убьёшь здесь? — вспыхнули его тёмно-алые глаза. — Думаешь, это я имел в виду, говоря о своей мести? Наивный Ганс! Наивный ду-ра-чок!

— Последнее предупреждение, — тихо, насколько мог, протянул я, держа пистолет. — Уходи. Я не желаю тратить на тебя боезапас.

— Пожалуйста, — хмыкнул он, делая шаг в сторону. За ним, едва заметные за горой трупов, виднелись врата. На телах стояли друг напротив друга четыре фигуры. Одна, вытянув руки, пыталась загородить проход к порталу.