Любовь взаймы-2 (СИ) - Риз Лаванда - Страница 15

— Твой голос сонный или грустный? — я действительно не могу понять, что с его интонацией.

— Скорее задумчивый. Размышлял о причинах, вынудивших меня изменить свою жизнь и измениться самому. Сегодня я серьёзен как никогда, Даяна.

— Я чувствую. И что это за причины? Или тебе не хочется сегодня со мной болтать? Я пойму.

— О, я бы хотел, чтобы ты поняла кое-что другое и наконец призналась, что хочешь меня видеть. Мне нравятся наши с тобой разговоры, в них моё особенное удовольствие. Причина изменений в одном — в счастье. Это единственная алхимия в мире. Встретив тебя и почувствовав себя счастливым, я дал толчок этому процессу. А ты своей выходкой его ускорила.

— То есть, несмотря ни на что ты сейчас счастлив?

— Почти. …Можешь закрыть глаза?

— Что? Зачем это? — смеюсь и всё-таки закрываю. — Ну ладно, я стою, зажмурившись посреди номера.

— Вспомни моё лицо, Даяна. Представь его как можно чётче и опиши мне нашу встречу. Как ты это видишь? Ты ведь уже сто раз себе это представляла, верно? Это должно произойти поздно вечером, тихий стук в дверь, которую ты резко распахиваешь и видишь меня на пороге. Я толкаю тебя внутрь, прижимаю к стене и не говоря ни слова начинаю страстно целовать? Или это должно произойти случайно, ты поворачиваешь из-за угла и тут я неожиданно ловлю тебя за руку, мы оба теряем дар речи и не можем отвести глаз друг от друга? Или твоя фантазия рисует другие сценарии?

— У меня нет чёткого сценария, — открываю глаза, с грустью отпуская его образ. — Это представляется по-разному, все происходящие события вокруг размыты, — что-то меня напрягает в его голосе, что-то не так, тонкое женское чутьё нащупало причины для тревоги.

— Тогда давай сделаем так, учитывая произошедшее, проблемы с доверием и все размытые события. Завтра я не буду тебе звонить. Если ты будешь действительно готова со мной встретиться — ты позвонишь сама. Поэтому твой следующий звонок — я восприму как твоё искреннее и большое желание сделать шаг ко мне навстречу. О чём-то другом я пока что разговаривать не намерен, это глупо и бессмысленно. С моей стороны уже было много сказано. Думаю, время игр закончилось, Даяна. И я очень надеюсь, что завтрашний день поможет тебе принять решение. Если до полуночи ты не позвонишь, я сверну поиски и вернусь в Лондон. Это будет твоё окончательное «нет», и я больше тебя не побеспокою, но и тебе не позволю беспокоить меня.

— Вот так категорично?

— Да. Я хочу, чтобы мои чувства уважали, и я готов уважать твои. Спокойной ночи, Даяна, — добавляет он грустным, но уверенным тоном.

— Спокойной ночи, — растерянно выдыхаю в ответ.

Сложно назвать это сном, когда твои мысли о нём заставляют ворочаться и вздыхать. Англичанин поставил мне ультиматум и само собой гордостью страдают не только ирландцы. Этим своим заявлением он меня будто из седла выбил и утро среды стало вовсе не добрым. Особенно, когда у кого-то хватило хамства громко постучать в дверь, когда я наконец задремала.

— Даяна Макграт? — стоит на пороге посыльный.

— Да, — мой запутавшийся мозг просыпается очень медленно. Чёрт! Я ведь теперь Лилли Хамер. — То есть нет.

— В любом случае это вам, — суёт он мне в руки свёрток.

— Послушайте, это какая-то ошибка! — выскакиваю следом за ним, но такси, в которое он прыгнул, уже рвануло в сторону шоссе. Интересно, с каких это пор посыльные катаются на такси? Интригующе. Разворачиваю свёрток и офигеваю, аккуратно открывая контейнер для хранения коллекционных книг. Вскрикнув, отскакиваю в сторону, не веря своим глазам, принявшись хлопать себя по щекам дрожащими руками.

— Этого не может быть… не может быть, — бормочу, будто полоумная. Редкая копия Первого фолио Шекспира, самое дорогое литературное произведение в истории. Один из важнейших сборников англоязычной литературы 1623 года. Я никогда не мечтала заполучить его в свою коллекцию, потому что, как я читала этот сборник ушёл на аукционе за рекордную сумму. …И я бы подумала, что это щедрый дар Куина, если бы не одно «но», посыльный назвал меня настоящим именем, Куин не допустил бы такой оплошности. И карточка, которая лежит внутри контейнера, на которой написано от руки: «Не покоя желаю, а любви и силы», слова пожелания королевы Ирландии своему возлюбленному английскому лорду, имеет подозрительно знакомый запах. …Это парфюм Дамира.

Но когда я выскочила на улицу, чтобы купить кофе, собрать мысли и хоть как-то успокоить нервную систему … я наткнулась на очередное потрясение…

На ярко-розовых, режущих глаза листовках …моё фото и большими буквами под ним «ПРОПАЛА ДЕВУШКА». Нет, она не пропала, она в шоке. И эти листовки расклеены повсюду, где только можно и не можно лепить объявления. Ужас, я теперь будто прыщ в глазу у вселенной, меня все видят, скоро будут пальцами показывать. Что значит «потеряла память»? Я сознание сейчас потеряю, а память, наоборот, выстраивает в цепочку слова Дамира. …Он меня нашёл! Он рядом! Может быть, даже смотрит сейчас со стороны и ждёт. Ну знаешь, дорогой, вот эти розовые листовки — это уже лишнее! Хочешь свести меня с ума? Ладно, будем сходить вместе. Кофе, естественно, перехотелось, лучше позавтракаю в центре, после того как постараюсь измениться до неузнаваемости. Игры говорит закончились, а это тогда что такое?! Это, по-твоему, серьёзно и по-взрослому, англичанин? …Значит, книга от тебя. Мило. В жизни ещё не таскала в сумке книгу стоимостью девять миллионов долларов. Я ведь не могу оставить её в номере, теперь если её украдут, то только вместе со мной. Подарил самое ценное? Ненормальный!!!

Стягиваю волосы в хвост, надеваю джинсы и капюшонку, солнцезащитные очки в пасмурную погоду, пусть думаю, что у меня светобоязнь. Натягиваю капюшон и медицинскую маску, кроме светобоязни у меня ещё и грипп намечается. Я очень голодна, растеряна и собираюсь сдаться в самую последнюю минуту, чтоб знал как розовые листовки развешивать. Хорошо хоть Куина нет, такое впечатление, что Дамир специально каким-то образом от него избавился. Пересижу у Ирмы, успокою душу книгами и разговорами.

— Не может быть! Ты издеваешься? Ты завешал моим лицом весь городок? Загнал в угол и настойчиво дожимает! — бормочу себе под нос, забегая в кафе. Глядя на меня в таком виде, никого не удивит, что я разговариваю сама с собой. Чем мне нравятся мои соотечественники, между прочим, такое не везде встретишь, так это то, что ирландцам всё равно что ты из себя представляешь, бедный ты или богатый, они с одинаковым уважением относятся и к чудикам, и к каким-нибудь звёздам.

…Нет, ну это ж надо, весь Биррен пестрит этими листовками, улицы украшены розовым будто перед каким-то праздником. Чего мне ещё ждать от тебя, мистер Шакли?

— Девушка, мне пожалуйста капучино, два больших круассана с шоколадом и порцию сырных шариков. Если можно быстрее, я умираю с голоду, — делаю заказ улыбчивой официантке и нервно постукиваю пальцами по столу. Из-за беременности на меня действительно иногда накатывает такой сумасшедший голод, вот и сейчас хоть салфетку жуй, еле сдержалась, чтобы не выдавить в себя тюбик томатного соуса. Но когда передо мной поставили заказ… Сначала хлопая глазами, таращусь на порцию овсянки, тосты с джемом и чай, а потом с возмущением смотрю на официантку, которая уже не кажется мне такой милой:

— Это что?! Вы ничего случайно не перепутали? Где моё кофе и круассаны?

— В последнюю минуту ваш заказ изменили и уже даже оплатили. Там записка, — лепечет растерянная официантка. Беру записку и понимаю, что девушка не виновата, это у нас англичанин своевольничает.

«Я люблю овсянку с изюмом. Надеюсь, тебе тоже понравится и постепенно твои завтраки станут здоровыми. Вряд ли нашей дочери принесут пользу круассаны с шоколадом и сырные шарики. Приятного аппетита»

Без подписи, но и без того понятно кому я обязана этой «заботе». Твоё счастье, Дамир, что я очень проголодалась, поэтому даже овсянка стала в радость, но в следующий раз я буду отстаивать своё право на кофе. Спрячусь у Ирмы и всё равно съем круассан, большой, хрустящий и с кучей шоколада внутри!