Мой ледяной принц (СИ) - Морион Анна - Страница 83

— Я же сказала, что очень настойчива, мистер Харальдсон, — с уверенной улыбкой сказала Элис, сняла с себя пальто и села в кресло для посетителей. Она выглядела намного соблазнительней, чем вчера: длина ее платья была короче сантиметров на десять вчерашнего, а его ярко-зеленый свет выгодно подчеркивал ее огненные кудри.

— Ты что-то забыла в моем кабинете? — спокойно спросил я, игнорируя ее руку, протянутую мне для приветствия.

— Да, забыла. Тебя.

— Вижу, номер моего телефона ты уже отыскала.

— Это было нелегко, но мне помог все тот же мой друг — твой клиент, имя которого я оставлю в тайне. — Элис улыбнулась. — Но твой телефон был выключен, и я очень расстроилась.

— Как ловко ты все провернула. И, наверно, после пятого неудачного звонка до тебя дошло, что я был вне зоны доступа? — Самоуверенность этой смертной начала раздражать меня, и мне захотелось поставить ее на место.

— У тебя прекрасное чувство юмора, и это привлекает еще больше, но я всего лишь хочу дать тебе один совет.

— Слушаю.

— Я долго думала о тебе и о той девушке, в которую, как ты утверждаешь, ты влюблен.

— У тебя, должно быть, очень скучная жизнь, поэтому ты решила влезть в мою.

— О, нет. Ты сказал, что твоя любовь невзаимная.

— И ты решила предложить себя вместо нее? — поинтересовался я, пронзительно шаря взглядом по ее телу, которое она сама выставляла напоказ.

Я откровенно хамил и строил из себя похотливого молодчика, но Элис словно не замечала этого, или замечала, но оставалась невозмутимой и самоуверенной, чтобы исполнить свои планы насчет меня.

— Ты просто недосягаемый пьедестал, Фредерик, но я хотела сказать не это.

— Я заинтригован.

— Если она не любит тебя, приручи ее, и она будет есть из твоих рук: она всего лишь молоденькая девочка, а ты — вылитый укротитель.

— Она — не животное, чтобы укрощать ее, — мрачно ответил на это я.

Элис поправила свои огненные кудри.

— Все люди похожи на животных, и укрощать строптивых — необходимо. Я сама люблю укрощать тигров и львов.

— Да ты опасная женщина.

— О, да, я люблю опасность! Но, может быть, найдется мужчина, который укротит саму укротительницу, например, тот, кто похож на снежного барса. Ты можешь попробовать укротить меня, Фредерик: я добровольно даю тебе в руки кнут. Я могу закурить?

— В моем офисе не курят, — отрезал я.

Элис уже успела достать из своей сумки сигарету и поднести ее к ярко-красным губам. Услышав мой ответ, смертная усмехнулась и спрятала сигарету обратно.

— Вот видишь, Элис, мне незачем укрощать тебя: ты уже укрощена, — сказал я.

— Неужели? — Ее глаза сверкнули. — Или ты желаешь этого?

— Если бы я не укротил тебя еще вчера, ты никогда не пришла бы унижаться во второй раз.

— У тебя ледяная усмешка, Фредерик, и она пробирает до костей. Нет, я пришла не унижаться, а добиваться того, чего хочу. Я очень настойчива.

— Настойчива? — Я насмешливо улыбнулся. — Ты не настойчива, а назойлива. Мне плевать на твое внимание к моей персоне, и укрощать, как и развращать тебя, у меня нет никакого желания. Ты не интересуешь меня. Зачем укрощать ту, которая сама машет хвостом перед моим носом, как кошка в марте?

Элис приоткрыла губы, очевидно, считая, что это было сексуально.

— Я должна обидеться на тебя, но не стану: ты недоступный ядовитый плод, и вкусить тебя будет сладко, ведь все знают, что самый вкусный плод — плод запретный. Как ты. — Она сладостно улыбнулась.

— Теперь ты сравниваешь меня с плодом. — Я усмехнулся. — Определись, что тебе нужно: животное или плод.

— Мне нужен ты, а как ты себя назовешь, мне не важно.

— Боюсь, Элис, я тебе не по зубам: в этот раз ты избрала слишком опасную мишень.

— Я же говорила, что не боюсь опасности.

— А я не люблю назойливых женщин. Ты зря расточаешь свой мед: я неуязвим. И покорять меня безнадежно: я уже покорен, но не тобой, — серьезно сказал я.

Элис закинула ногу на ногу и облокотилась на стол, показывая мне грудь в глубоком вырезе декольте. Но мне это было неинтересно: даже если бы она разделась догола, я не обратил бы на это внимание.

— Неужели та девушка настолько покорила тебя?

— Я в вечном ее плену.

— Но она отвергает тебя. Разве это не повод, чтобы забыть ее?

— По-моему, я делаю то же самое с тобой: отвергаю, но ты не понимаешь этого.

— Ты хочешь, чтобы она принадлежала тебе?

— Нет. Я хочу, чтобы она была счастлива. А с кем — не имеет значения.

— Ты удивительный человек, Фредерик, и я без ума от тебя, — прошептала Элис, прищурив глаза.

— Ты играешь с огнем. Не боишься обжечься? — с усмешкой спросил я.

— Я желаю гореть в твоем огне.

— Ты мазохистка.

— Чуть-чуть. Я не отступлюсь от тебя, ледяной ангел.

— Ангел. — Я усмехнулся, вспомнив, что говорила обо мне Миша. — Нет, я айсберг.

— Айсберги тают.

— А я нет.

— Значит, ты не айсберг: ты хочешь им быть, но внутри тебя — вулкан, нужно только сломить твой лед. И я сломаю его.

— Через пять минут у меня встреча с клиентом. Прощай, — холодно сказал я, устав от огня, горящего в глазах Элис, и глупостей, которые она говорила.

— Мы еще не договорили, но обязательно сделаем это позже. — Рыжая бестия стала медленно надевать свое пальто.

— Я не желаю больше лицезреть тебя. Не стоит унижаться передо мной, все равно я этого не оценю, — предупредил ее я.

— Вот видишь, ты уже начал процесс укрощения. — Элис подмигнула мне и покинула мой кабинет.

«Назойливая, как муха на навозной куче. А ведь так и есть: она — муха, а я — дерьмо. Но эта муха только злит меня. Убить ее? Когда она здесь, я только еще больше мечтаю о Мише: похотливый костер Элис — ничто против луча солнца» — устало подумал я.

Взглянув на стол, я заметил, что смертная оставила на нем свою визитку: черную, исписанную золотистым прописным шрифтом, и вдруг пожалел о том, что прогнал Элис: мне нужно было расслабиться. Можно было бы и пофлиртовать с этой женщиной. Я решил, что вечером хочу провести с ней два часа, слушать ее жаркие речи и ощущать на себе ее хищный пожирающий взгляд.

«Как давно я флиртовал с женщиной? Три года назад, с Марией. Давно, черт побери!» — иронично усмехнулся я и набрал номер, написанный на визитке. Через шесть гудков до меня донесся довольный голос рыжеволосой смертной.

— Ты не можешь отпустить меня, — утвердительным тоном сказала она. — И я знала это.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — прямо спросил я.

Все ее слова были потрачены напрасно, потому что я хотел просто отдохнуть от дел.

— Иду с тобой в ресторан. Ты должны заехать за мной в мой офис в Сити. В семь вечера. И будь вовремя: я не прощаю опозданий.

Ее слова рассмешили меня: она уже праздновала победу.

— Буду в семь, — сказал я: пусть Элис думает, что я поддался ее чарам.

— Один: один, мистер Харальдсон.

Я отключил звонок.

«Что ж, хотя бы сегодня я буду свободен от Миши. Пусть эта смертная польстит своему самолюбию, лишь бы отвлекала меня от реальности» — решил я.

Сегодня мой день был расписан по минутам, но в семь часов вечера, я, как штык, был у офиса Эллис. Поискав информацию о ее персоне, я узнал о том, что она была владелицей большого комплекса дорогой одежды и что в ее частном владении находились около ста бутиков по всей Европе.

Выйдя из машины, я стал ожидать пока дама выйдет из своего офиса: его название я узнал из визитки. Элис опоздала на две минуты, но уже успела переодеться в черное вечернее платье — оно элегантно путалось в ее ногах.

— А теперь удиви меня, — улыбнулась Элис и протянула мне руку.

Я усмехнулся и взял ее ладонь в свою.

— Ты взяла с собой пистолет? — спросил я ее.

— Зачем? — вновь улыбнулась она.

— А вдруг снежный барс предпримет атаку?

— Я смогу себя защитить, и пистолет мне ни к чему. Рада, что ты нашел в себе силы отказаться от мании к той девушке.