Крестовый поход (СИ) - Куницына Лариса - Страница 77

Джулиан запрыгнул в седло и вслед за Куренным помчался по плато.

— У вас все так хорошо ездят верхом, командор? — поинтересовалась Николь, проследив за ними.

— Кроме доктора и инспектора могу поручиться только за себя, командора Булатова, капитана Донцова и, конечно, старпома.

— Старпом, это вы? — она снова взглянула на Хока, и я вдруг подумала, что зря не отправила его вместе с Джулианом в миссию.

Эрик Ченг тем временем спустил в грузовом лифте антигравитационную платформу с манипуляторами, перегрузил на неё с повозки ящики и увёз их в трюм. Сопровождающие снова сели на коней и развернули повозку. Джулиан и Куренной, заметив это, перестали носиться друг за другом по плато и вернулись к звездолёту. Вид у обоих был счастливый.

— Удачи, — я махнула им рукой. — Держите связь, если узнаете что-то интересное, сразу сообщайте.

— Конечно, — кивнул Джулиан и, развернув коня, помчался вслед за отрядом, направившимся в обратный путь.

Инспектор подъехал ко мне и нагнулся с седла.

— Соблюдайте осторожность, — негромко произнёс он, серьёзно взглянув мне в глаза. — Это всё только выглядит милым и безмятежным. Госпитальерам запрещено вне военных действий носить оружие. Но армейские парализаторы для них тоже не игрушки. Здесь очень неспокойно.

— Я тоже так думаю, — заметила я. — При возможности, присмотрите за Джулианом. Он не любит оружие, но слишком часто ввязывается в чужую драку.

Он кивнул и, поднявшись, развернул коня. Через минуту он догнал отряд и пристроился рядом с Джулианом. Я поднесла к губам радиобраслет.

— Ветер, где наш спутник?

— Я держу его над плато, — отозвался дежуривший на пульте Хэйфэн.

— Присмотри за отрядом вплоть до самой миссии. Если заметишь что-то настораживающее, предупреди их.

— Понял.

А Николь тем временем взяла под ручку Хока и напомнила:

— Вы обещали показать мне вашу корову.

— С удовольствием, — обворожительно улыбнулся он.

Обгоняя их, я шепнула ему:

— Помни о большом котле, в котором варят непослушных мальчиков.

Миссия госпитальеров располагалась на высоком холме, окружённом широким рвом. Высокие крепостные стены из полированных блоков коричневого гранита, украшенные по верху зубчатым бордюром, поднимались над крутыми склонами на десять, а местами и пятнадцать метров. Несколько массивных башен, встроенных в стену и покрытых остроконечными куполами, придавали миссии вид старинного замка.

Проехав по равнине, отряд миновал широкий мост, переброшенный через ров, и по извилистой дороге начал подниматься к широким, окованным медью воротам.

— Серьёзное местечко, — заметил Куренной, разглядывая поблескивающие на солнце полированной поверхностью мощные контрфорсы, выступавшие из стен и врезавшиеся в холм. — Без специальной техники, кроме как через мост, к стенам не пройти. Слишком широкий ров и крутые склоны. Стены тоже не ради красоты так отполированы. Между блоками, похоже, и лезвие ножа не втиснешь.

— Да, осадные машины близко не подведёшь, да и по стенам не вскарабкаешься, — согласился Джулиан.

— Не думаю, что они этим ограничиваются, — продолжал инспектор. — Наверняка, внутри полно всякой оборонной электроники. Вон, смотри, видишь, под башней конус поблескивает?

— Генератор кинжального поля, — кивнул Джулиан.

— Ты в этом разбираешься?

Куренной с интересом взглянул на него.

— С кем поведёшься… — пробормотал Джулиан.

Они тем временем подъехали к воротам, которые, судя по их неприступному виду, должны были раскрыться медленно и со страшным скрипом. Но вместо этого две створки беззвучно разъехались в стороны.

Отряд въехал внутрь крепостных стен. Ожидая увидеть впереди привычный мощённый узкий двор или небольшую площадь, стиснутую каменными постройками, Джулиан слегка удивился, оказавшись на ровной площадке розового цвета, от которой вперёд, к высоким светлым корпусам шла широкая дорога, а по её сторонам зеленел идеальный английский газон, украшенный разноцветными клумбами, скамейками, детскими горками, лесенками, качелями, песочницами и беседками, увитыми зеленью.

Посреди этой сказочной страны копошились большие игрушечные медвежата в разноцветных платьицах, курточках и панталончиках. На скамеечках сидели огромные существа, покрытые ухоженной, заплетенной в косы шерстью, облачённые в светлые одежды, несколько длинноволосых бородатых мужчин в белотканых и льняных костюмах и женщины — с длинными косами, в белых длинных платьях, и расшитых красными узорами накидках, или с короткими стрижками в голубых накрахмаленных халатиках.

Медвежата издавали забавные урчащие звуки, их взрослые собратья чинно беседовали между собой и с людьми.

Лазарет из белого камня с огромными светлыми окнами и широкими террасами на каждом этаже напоминал круизный лайнер.

Пока друзья обозревали эту идиллию, один из сопровождавших их верховых спешился и взял под уздцы коней. А из дверей лазарета уже вышел Ричард Кросби, высокий, худощавый, в светло-кремовом форменном комбинезоне и накинутом на плечи белым халатом. Радостно улыбаясь, он шёл навстречу гостям.

Они спешились и дружески пожали ему руку.

— Мой друг, Игорь Куренной, — представил Джулиан своего спутника.

— Инспектор, — одобрил Кросби, разглядев нашивки на его форме, а потом перевёл взгляд на лицо. — Полная регенерация? Слышал про такие эксперименты, но не видел. Разрешите взглянуть?

— Может, позже? — усмехнулся Куренной.

— Конечно, простите, — Кросби виновато взглянул на него. — Ничего не могу с собой поделать. Сперва вижу пациентов, а только потом — людей.

Он обернулся, потому что кто-то дернул его за рукав. Рядом с ним стоял один из медвежат в розовом платьице, и с двумя веночками на круглых ушках. Судя по мордочке, он был почти младенцем, но ростом уже доходил до пояса мужчинам.

— Ну-ка, иди сюда, — Куренной присел на корточки и с улыбкой протянул к малышке руки. Она радостно заурчала и проковыляла к нему. Он подхватил её на руки.

— Осторожней, они тяжёлые, — предупредил Кросби.

— Не тяжелей моей дочери.

— У тебя есть дети? — удивился Джулиан.

— Трое, — с гордостью сообщил инспектор. — Дочь и два сына. А как нас зовут? — спросил он у детёныша.

— Их имена не произносимы для нашего речевого аппарата, — пояснил Кросби, — Местные как-то наловчились с ними общаться без дешифраторов, но мне кажется, что это больше похоже на телепатию. А эту крошку мы зовем косолапка.

— О ней мне говорила Николь? — Джулиан погладил большую лохматую голову, а потом провёл рукой по лапе, на которую она хромала. Осторожно взял в ладонь широкую пушистую стопу и прощупал сустав. Косолапка снова весело заурчала. — Всё с нами ясно, — проговорил он, почесав косматую щёку. — Родовая травма, возможно, получена при неудачном родовспоможении. Повреждён сустав, связки недоразвиты. Но мы знаем, как это лечить. Может, даже обойдёмся без операции.

— Вы серьёзно? — изумился Кросби. — Вот так просто, без рентгена и дополнительных исследований?

— Только не пытайтесь повторить, — попросил Джулиан. — Ну что, косолапка, ещё увидимся?

Он достал из кармана упаковку шоколада и вложил в покрытую шелковистой шёрсткой ручку. Куренной с некоторым сожалением опустил детёныша на землю. Что-то проворчав, она поковыляла к своим товарищам, показывая подарок. Джулиан тем временем внимательно наблюдал за её походкой.

— Из-за патологии голеностопа деформирована лодыжка и коленный сустав, — озабочено проговорил он. — Первым делом покажете мне её историю болезни.

Кросби повел их не в лазарет, а в одну из башен, внутри которой был расположен высокий зал со стенами, обшитыми полированным дубом. Одну из стен украшал большой камин, на других висели парадные портреты в историческом стиле. На каменном отполированном полу был расстелен огромный, украшенный гербами ковер. Картину завершала мебель в стиле позднего средневековья из морёного дуба и застеклённые стеллажи с книгами.