Оружие владыки (СИ) - Островская Ольга - Страница 6

– Но мою мать убил именно оборотень, – с ненавистью закричала я тогда.

– Среди людей тоже бывают преступники и убийцы. Но это ведь не означает, что все такие, правда?

Я смогла лишь очень неохотно кивнуть. Детская категоричность во мне цвела буйным цветом. Это был уже далеко не первый воспитательный разговор с дядей, и я уже начала понимать, куда он клонит. И мне наперёд это сильно не нравилось. Но против его доводов я попереть не могла.

– Так и среди оборотней, Талли. Твою мать убил преступник. То, что он был оборотнем, не делает виноватыми их всех. Ты понимаешь это?

– Но все говорят, что виноват их император! – воскликнула я, не желая сдаваться.

– Это весьма вероятно. Но опять же. Император – это ведь не все оборотни, понимаешь? Люди тоже убивают за власть, – терпеливо объяснял мне дядя. – Талли, я хочу, чтобы ты научилась выносить суждения, исходя из неопровержимых фактов. На досужие сплетни опираются лишь глупцы. А ты у меня очень умная девочка.

А потом однажды в Аддариле случился случайный гость. Маг-портальщик откуда-то многое знал о дяде и попросил разрешения переночевать в замке, направляясь дальше на запад. Мне тогда было восемь лет. И я с огромным интересом слушала после ужина рассказ рыжеволосого мужчины о его путешествиях, о странах, где он бывал, о чудесах, которые видел. Мне всё казалось, что он какой-то немного странный, но я была полностью очарована низким тембром бархатного голоса, красивыми лукавыми глазами янтарного цвета и хищной грацией его движений.

Пока речь не зашла о его родине. Мужчина, не скрываясь рассказал, что родился на востоке Верриды.

Помню, как вскипела я моментально, вскакивая, как взбунтовалась моя магия, требуя уничтожить врага. А дядя посмотрел тогда на меня, так знакомо и выжидательно, вскинув брови, одним взглядом заставляя вспомнить, что у меня мозги для того, чтобы думать, а не для того, чтобы черепушка не пустовала. Нет, злость не схлынула моментально. Но мне стало стыдно за свою несдержанность, и я смогла взять себя в руки. А мой опекун внезапно пригласил этого рыжего котяру погостить у нас немного и дать мне несколько уроков пространственной магии.

Ронар, заметивший мой порыв и то, с каким трудом я обуздала рвущуюся с цепи силу, с энтузиазмом заверил, что это будет для него очень интересно. И да, вскоре я-таки согласилась с дядей, что не все оборотни чудовища и монстры. Мой рыжий наставник был первым в череде тех, кого опекун впоследствии привлекал к моему образованию. И каждый новый учитель помимо магических знаний и умений давал мне и другие уроки. Не менее важные. Жизненные. Мой вспыльчивый и горячий нрав никуда не делся. Но теперь я действительно стараюсь делать выводы опираясь на факты. Главное успеть задуматься.

3.3

Колёса кареты грохочут по каменной брусчатке, людей на улицах становится всё больше, а на площади, через которую лежит наш путь, и вовсе собралась целая толпа. Либо новость о предположительном возвращении принцессы летит впереди нас со скоростью лесного пожара, либо кто-то постарался организовать мне столь торжественный приём. Кортеж провожают далеко не дружелюбными взглядами. Многие не сильно-то и спешат уступать дорогу. Понять бы ещё, откуда такая неприязнь к моей персоне?

– Что бы не происходило, ни в коем случае не вмешивайтесь, и поднимите щиты, – командует Хаярт, чертя в воздухе огненный знак. Воздух вокруг кареты идёт едва заметной рябью.

Я неохотно киваю. Необходимость прятаться за чьим-либо спинами мне противна до зубовного скрежета. Но по уму понимаю, что высовываться в данной ситуации для меня крайне глупо. Поэтому действительно активирую парочку дополняющих друг друга щитов, вливая в них порядочно силы, чем заслуживаю очередной одобрительный кивок своего защитника.

Хаярт, в первый же день нашего пути прямо спросил меня, действительно ли я могу постоять за себя, или вся моя экипировка лишь для видимости. В ответ я вызвала его на ознакомительный бой, предлагая оценить мои умения на практике.  Никогда не видела смысла сотрясать попусту воздух и если уж демонстрировать, что со мной действительно стоит считаться, то только так. А он взял да и принял вызов. Конечно, похвастаться, что выстояла против дипломированного боевого мага, я не могу. Но продержалась достаточно долго, чтобы у сопровождающих меня боевиков больше не возникало вопросов, порядка могу ли я закрыться стоящими щитами.

– Вот она! Дикарка, воспитанная Аддором нам на погибель! Безумная девица, которой по ошибке богов досталась кровь владык! – внезапно раздаётся чей-то ор, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.

Крикуна долго искать не приходится.

Он стоит на помосте в чёрной хламиде, похожий на безумную встрёпанную ворону, трясётся, как в лихорадке, и тычет пальцем в карету. Толпа начинает роптать, некоторые особо смелые бросаются к кортежу, но их останавливают пики, окруживших карету гвардейцев.

– И было знамение, что дева выросшая в западных лесах отдаст Эббон Чудовищу Верриды! Не бывать этому!!! – истошно орёт ненормальный. Что-то неестественное ощущается в самом воздухе, вокруг нас. Словно мраморная плита давит на плечи и на мозги. Кто этот псих и почему его никто не остановит?

Глаза Хаярта затягивает багрянцем выдавая в нём огненного мага, и я буквально чувствую, как пульсирует магия в заготовленных мужчиной заклинаниях. Наш кортеж продолжает нестись дальше, люди шарахаются из копыт лошадей, вслед нам несутся крики, полные ненависти. Безумных вокруг становится всё больше. Некоторые даже начинают бросать в карету камнями, несмотря на мерцание щитов.

– Возвращайся назад в свои болота, западная ведьма!..

– Оерик – истинный наследник!..

– Умри…

Крикунов становится всё больше, вопли сливаются в многоголосый гул. Внутри поднимается волна раскалённой добела ярости. Я стискиваю челюсти, изо всех сил стараясь не сорваться. Этот народ я должна защищать любой ценой? Тех, кто желает моей смерти?

А навстречу нам внезапно выносится большой отряд военных. Впереди скачет несколько боевых магов в чёрном, и в воздухе тут же начинает искрить от сорвавшихся в толпу заклинаний.

Люди в панике бросаются в россыпную, спасаясь, но многие валятся наземь, обездвиженные, рискуя быть затоптанными. Кого-то тут же ловят, кто-то успевает убежать. Крикун на помосте тоже пытается скрыться, но его настигает петля амерда, брошенная командиром отряда гардейцев, и вздёргивает дрыгающееся тело в воздух.

Что происходит на площади дальше, я уже не вижу, потому что вслед за каретой сворачиваю в одну из улиц. Теперь на нас уже никто не глазеет. Горожане явно попрятались. Но мне всё равно кажется, что даже окна домов взирают на меня с осуждением и ненавистью. Внутри клокочет тошнотворная смесь возмущения, злости и почти детской обиды. Вот как вы со мной? Хочется выпустить беснующуюся внутри магию, разнести всё напрочь, наказать и этих неблагодарных сволочей и того пророка недоделанного, каркающего мерзкую ложь обо мне.

– Его давно пытались поймать, но гнида слишком хитрая оказалась. А в честь вашего приезда вот вылез. Теперь в казематах по-другому запоёт, – мрачно сообщает скачущий рядом Хаярт, отвлекая меня от желания казнить и карать.

– Мне показалось, он как-то воздействовал на толпу, – замечаю холодно.

– Думаю, вы правы. С ним разберутся. И как воздействовал, и почему, и кто ему за это заплатил.

– Давно меня считают безумной ведьмой из запада? – стараясь говорить ровно, интересуюсь я.

– Нет, ваше высочество. До совершеннолетия вашего брата, о вас, честно говоря мало кто помнил. А потом пошли слухи, что наследник на самом деле не сын, а старшая дочь Милрэт. Появились неизвестно откуда такие вот провидцы, начали орать про знамения, пугать народ. А народ и рад пугаться. Не берите в голову. Самого крикливого вот поймали, остальных тоже переловим.

Угу. А где гарантия, что не появятся новые? Ласково встречает меня столица родного королевства. Даже страшно представить, что дальше будет.