Оружие владыки (СИ) - Островская Ольга - Страница 59

– Доброе утро всем, – улыбаюсь приближающимся друзьям. А ведь рада их видеть. И когда только соскучиться успела? – Вы из столовой?

– Да. А ты почему не пришла? – интересуется Дуан с самым требовательным видом. Вот наседка на мою голову.

– Извини, «мамочка». Я была занята. Сейчас забегу к себе и обязательно пойду завтракать, – сообщаю с покаянным видом, вызывая смех у остальных ребят.

– Вот язва, – оскорбляется в лучших чувствах порой чрезмерно опекающий друг, но ничего больше сказать не успевает, потому что из-под полы моего плаща высовывает принюхивающийся нос мой маленький защитник, ещё и сопит недовольно, обводя взглядом всю чесную компанию.

– Это что? – у Оноры даже челюсть отвисает, впрочем, как и в остальных. А глаза становятся большие-большие. – Щенок тасгара?

– Ты спёрла из питомника мелкого жутика? – со смешком интересуется Дуан. Ну конечно же. Разве может он не подколоть, зараза? Ещё и головой осуждающе качает. Ну-ну.

– Да, представь себе, – скалюсь я в предвкушающей ухмылке. – Идея надрессировать его цапать тебя за тощий зад вот уже неделю буквально не даёт мне покоя. Сегодня же займусь. Он у меня смышлёный, думаю уже завтра будет знать, что делать, когда ты появишься рядом.

Самое интересное, что тасгарёныш действительно по какой-то одному ему известной причине сосредотачивает своё внимание на попятившемся парне. Ещё и нос морщит издавая предупреждающее рычание. Моя ж ты лапочка.

– Эй, ты что серьёзно? – как-то уже менее уверенно тянет Дуан.

– Ага, – подмигиваю ему. – Серьёзней некуда.

– Слушай, Тайра, а, правда, откуда у тебя щенок? – отмирает Онора, с интересом разглядывая грозного малыша.

На нас уже начинают оборачиваться снующие у крыльца адепты, поэтому я заставляю тасгарёныша спрятаться обратно под плащ, и обвожу друзей весёлым взглядом.

– Долго рассказывать. Его надо в комнату отнести, устроить там. А мне ещё позавтракать не помешало бы.

– Давай мы тебе завтрак в комнату принесём, а ты нам за это всё и расскажешь, – заговорщически подмигивает Гант.

Я задумчиво смотрю в сторону главного корпуса, потом на парней. Заманчивое предложение. В столовую я могу и не успеть, а мне с моими нагрузками питаться надо нормально. Правда не знаю, как они собираются этот завтрак мне тащить, но раз предложили, то это не проблема.

– Идёт, – улыбаюсь благодарно.

– Договорились. Пошли, Дуан, умаслим немного нашу Тайру, чтобы штаны целы остались, – хлопает молодой горняк друга по спине. Тот с досадой морщится, потом насмешливо хмыкает, и парочка боевиков-неразлучников уходит к главному корпусу.

А я бросаю вопросительный взгляд на Морта с Онорой.

– Мы с тобой, если не возражаешь, – правильно понимает мой взгляд Морт.

– Не возражаю. Заодно присмотрите за моим жутиком мелким, пока я в ванную схожу, – сообщаю им, с удовольствием отмечая вытянувшиеся лица. Ну а что? Как не воспользоваться услугами невольных нянек, если они сами напрашиваются?

Мэрт Саегер оказался прав. В комнате мой питомец действительно успокоился и даже позволил ссадить себя с рук. Посидел немного на небольшом коврике, тараща на нас светящиеся глазки, зевнул ещё раз и отправился обследовать новую территорию.

– И как ты его назовёшь? Это же мальчик? – Онора, как и я, не устояла перед умилительностью мелкого пушистика, и теперь наблюдает за ним с задумчивой улыбкой.

– Мальчик. А как назову, ещё не знаю, – пожимаю плечами, доставая из шкафа чистую одежду и полотенце, при этом напомнив себе, что нужно отнести грязные вещи в прачечную, чтобы хозяйственные эсприты к вечеру успели их вернуть постиранными.

Обернувшись, изучающе присматриваюсь к обнюхивающему дверной косяк тасгару. Ткнувшись носом в один из узлов магического периметра, малыш чихает, но никакой агрессии не выказывает и разрушить заклинание не пытается. Видимо, хозяйкина магия его не раздражает. Надо будет как-то проверить. Или у Синна спросить.

У щенка светло-серая с голубым отливом шёрстка, усыпанная белыми пятнышками, которая скорее всего станет полностью снежно-белой, как у большинства его сородичей, чёрный нос, длинный хвост с ядовитым, но пока не смертельным жалом. Вот даже не знаю, как эту прелесть назвать.

– Приглядите за ним, пожалуйста. Я скоро, – прошу у друзей и направляюсь в ванную комнату смывать запахи питомника.

29.2

Так странно получается. Приехав из Аддарила, помня наставления дяди, увидев реакцию простого народа на моё возвращение, встретившись с отцом наконец, я боялась, что опальную принцессу здесь не ждёт ничего хорошего, что вся дальнейшая моя жизнь превратится в противостояние и сплошное одиночество.

А на деле получилось, что у меня практически сразу появились друзья, которые даже теперь, зная, кто я, всё равно относятся ко мне по-прежнему.

И я, конечно, допускаю мысль, что отношение всё же поменялось, но уже за то, что они дают мне возможность чувствовать себя рядом с ними обычной адепткой Академии, обычной девушкой, подругой, боевым товарищем, с которым, шутят, ругаются, препираются, и о котором заботятся… это очень дорогого стоит.

По-быстрому ополоснувшись, я насухо вытираюсь и надеваю свежую одежду. После чего иду к двери, на ходу переплетая расстрепавшуюся косу.

Из комнаты доносятся явно приглушённые голоса. Морт с Онорой переговариваются о чём-то шёпотом, и я поддавшись минутному порыву и приступу подозрительности, приоткрываю осторожно дверную створку, прислушиваясь.

– Вот кто бы мог подумать, что ты такой заботливый нянь? – явно потешаясь над другом, смеётся тихо боевичка.

– Тш-ш-ш, разбудишь. Нечего тут ржать, – ворчит с досадой Морт.

– Конечно-конечно. Как скажешь, «мамочка». Или мамочка у нас Тайра, а ты папочка? – на этот раз досада, подозрительно смахивающая на нотки ревности, слышится уже в голосе Оноры. Вот только этого мне не хватало.

В комнате слышатся шаги, какое-то шуршание, звук прогибающегося матрасса.

– Глупости не болтай. Мы с Тайрой всего лишь друзья, – возражает ей парень спокойно спустя пару секунд. А потом задумчиво так интересуется. – А ты что ревнуешь?

– Вот ещё! – фыркает Онора. Но даже для меня её возмущение звучит смущённым. – Просто удивляюсь с того, какой ты, оказывается, заботливый можешь быть.

– Это почему же ты удивляешься? Могу быть и заботливым. И нежным. И любящим, – с напором произносит Морт. – Я много чего могу.

– Ещё скажи, что семью хочешь, и детишек дюжину, чтобы было для кого эти качества демонстрировать, – с каким-то даже вызовом ворчит боевичка.

– Отчего же нет? С любимой девушкой я всего хочу. Жаль, она об этом даже не догадывается и, подозреваю, что мои желания совершенно не разделяет.

Ого, какие признания в дело пошли. Неужто скажет ей сейчас правду о своих чувствах?

Но узнать этого не суждено ни мне, ни, к сожалению, Оноре, потому что со стороны двери доносится громкий стук, а Морт умолкает и, судя по звуку шагов, идёт открывать.

– Обед подан, Тайра, – слышу я весёлый голос Ганта, а затем его удивлённое: – А где Тайра?

– Не ори! Жутик уснул, – шикает на него недовольно Морт. – В ванную Тайра пошла. Заходите.

Приходится мне покинуть своё укрытие, являясь друзьям на глаза. Зайдя в спальню, первым делом нахожу глазами сидящую на подоконнике растерянную и задумчивую Онору, которая странно поглядывает на застывшего у двери Морта. Мой тасгарёныш, мило свернувшись в комочек, благополучно спит на моей же кровати. А еще я не могу не заметить, что Дуан с Гантом как-то уж очень расстарались, притащив целую корзинку с едой. Судя по всему, там не на одну меня еда рассчитанна. И где столько раздобыли?

– Нас наказания отбывать не только в питомник отправляли, – правильно угадывает значение моего удивлённого взгляда молодой горняк. Подмигивает мне лукаво, ставя корзину на стол и принимаясь извлекать оттуда не только снедь, но и парочку кувшинов, как я понимаю с ягодным душистым сидром, который подаётся преподавателям на стол. – За четыре года учёбы мы как только не нарывались. Даже успели с поварихами крепко так сдружиться, так что раздобыть еды для нас не проблема. И ещё кое-чего сверху. Вот и отметим твоё здесь появление, Тайра, наконец-то. Раз уж выловили тебя. Мы своё обещание выполнили, теперь давай ты. Рассказывай.