Оружие владыки (СИ) - Островская Ольга - Страница 4

– Вполне, – пожимаю я плечами. – А сейчас прошу меня извинить, должна вас оставить.

Кивнув напоследок мужчинам, задержав взгляд на дяде, я покидаю комнату, намереваясь для начала привести себя в порядок. А потом… да собираться в дорогу.

Шагая коридором ставшего родным домом замка, ощущаю, как грохочет в ушах глупое сердце. А пальцы немеют от волнения и даже страха. Чувствую себя, как перед прыжком в бездну. Собственно, уже прыгнула. Теперь главное не разбиться и выплыть.

Надо ещё как-то тёте сказать, что я уезжаю. Или она уже знает? Наверное, догадалась.

Рассеянно отмечаю, что атмосфера в замке царит напряжённая и тревожная. Попадающиеся на моём пути слуги взволнованны и взвинчены. Бросают на меня осторожные взгляды. Даже наша невозмутимая экономка ещё более чопорная, чем обычно. Губы аж побелели, так сильно сжаты. Интересно, что её так сильно вывело из себя?

– Герта, не подскажешь, где леди Мариэл? – интересуюсь, когда наша почтенная домоправительница замечает меня и здоровается.

– На кухне, ваше высочество. Обсуждает новое меню на ужин, – вытягивается она в струнку.

Ожидаемо. Ртов ведь больше будет. С ними ещё и общаться придётся. Я с тоской смотрю в окно на дядину лабораторию. Из груди вырывается невольный вздох. Не сидеть мне сегодня над своими стрелами. Хотя… можно взять с собой заготовки. В столице пиктарусы точно не растут.

– Герта, пришлите в мою комнату горничных через час. Я отдам распоряжения, какие вещи мне собрать в дорогу, – прошу у экономки.

Пока девочки сложат одежду и прочие нужные мелочи, я займусь личным оружием и артефактами. Да и с дядей надо поговорить, когда он освободится. Уверена, у моего опекуна есть что мне сказать в напутствие. Интересно, как он видит данную ситуацию? И знал ли, что так будет? Как минимум предполагал. Чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю, что к этому дню он меня готовил все эти годы.

– Вы действительно уезжаете? – после секундной паузы, с тревогой спрашивает Герта.

– Да. Завтра, – подтверждаю, в уме прикидывая, стоит ли брать с собой инструменты. Тоже ведь личные, для меня сделанные. Может попрошу дядю прислать? Нет надёжней артефактов, чем те, что создаёшь для себя сам.

– Мы все сердцем с вами, ваше высочество, – внезапно произносит наша строгая и сдержанная экономка, смотря на меня с материнской заботой и гордостью. Кивает грустно и удаляется, оставив меня растерянную и ошарашенную.

На глаза внезапно наворачиваются слёзы. Мотнув головой, разворачиваюсь и бегом взбегаю по ступенькам на второй этаж. Кажется, прощание с домом будет гораздо сложнее, чем я могла себе представить. Здесь остаётся часть моей души. Огромная такая часть. Здесь остаётся моя семья. Крепкая, любящая и сплочённая. Но опору, которую они мне дали, не отнимет никто.

2.3

Дальше время понеслось так стремительно, что впору было ударить по замку стазисом. Сил мне бы может на нервах и хватило. Жаль толку с этого не было бы никакого. Всё равно ехать надо. И тянуть с этим не стоит. Раз уж решение принято.

Тётя нашла меня в оружейной. Вошла, шурша пышными юбками. Посмотрела на то, что я отобрала для себя, и привычно вздохнула.

– Ты же не на войну собираешься, Талли. Может стоит продемонстрировать другую свою сторону? В Осирине ведь принцессу ждут, а не воина, – Мариэл проводит пальцем по скамье, проверяя нет ли пыли, и осторожно опускается на краешек. Спина прямая. Осанка идеальная. Вот только голубые глаза полные тревоги.

– Тут ты ошибаешься, тётя, – криво усмехаюсь, вспоминая письмо отца и услышанный разговор. – Его величеству нужна не принцесса а живой щит.

– Что ты имеешь в виду? – потрясённо выдыхает она.

Но ответить я не успеваю, ибо к нашей компании неожиданно присоединяется и дядя. Заглянув в оружейную, окидывает нас насмешливым взглядом, заходит в комнату и плотно закрывает дверь. Проводит по ней ладонью, активируя глушилки. Полностью и все.

– Вот где мои девочки прячутся от столь важных гостей. Если от Талли этого можно было ожидать, то тебя, любимая супруга, видеть в оружейной весьма необычно.

Баронесса со вздохом закатывает глаза, а я не могу сдержать смешка. О стойкой нелюбви тёти к оружию знают все в замке. Осенённая даром Мотры, она едва выносила тот факт, что я с малых лет тренировалась наравне с мальчишками, билась на мечах, стреляла по мишеням из арбалета и метала ножи, а потом ещё и носилась по лесам, охотясь на кабанов вместе с Когом и его товарищами.

– Я узнала, что Талли здесь и пришла поговорить, – она разглаживает складки на юбке. – И хорошо, что ты к нам присоединился. Думаю, не одна я хочу задать тебе вопросы о том, что происходит. Зачем Вальдару после стольких лет сдалась наша Талли? Почему девочка говорит, что нужна ему в качестве щита?

Смешинки из дядиных глаз мигом исчезают. Взгляд становится серьезным, острым.

– Талли весьма верно оценивает ситуацию, – признаёт он. Закладывает руки за спину, идёт вдоль стены с развешанными на ней клинками. Седые волосы слегка растрёпаны, как бывает, когда он в задумчивости их ерошит. Широкие плечи напряжены. На скуластом лице играют желваки.

Тётя сжимает губы, хмурится задумчиво. Бросает на меня внимательный взгляд.

– Ты знал, что наследник не Оерик? – интересуюсь я, проводя пальцами по рукояти боевой секиры. Взять что ли? Для полного образа дикарки из провинции.

– Предполагал, – подтверждает мои выводы дядя. – Никаких доказательств обратного Вальдар не предоставил. А ты всё-таки старшая дочь Милрэт.

Он подходит к супруге, берёт её ладонь в свою, сжимая в молчаливой поддержке. Она привычно прислоняется к нему плечом. Двое, как одно целое, все совместно прожитые годы. Возможно ли согласиться на меньшее, когда видишь перед собой такой пример любви?

– Тогда я не понимаю логику его поступка. Зачем было отсылать меня? Это же глупо! А если бы я не выжила? Если бы не справилась с силой? Кто бы принял мамино наследство? – задаю я мучающие меня вопросы.

– Тогда Оерик стал бы единственно возможным наследником. Магия артефакта признала бы его за неимением других кандидатов, – вышибает дядя почву из-под моих ног. Это что же получается? Меня просто… попытались устранить. Собственный отец. За что?

Я ошарашенно мотаю головой. Перед глазами на миг темнеет. Нет. Нет. Не любит. Не нужна. Это одно. Но думать, что он, возможно, рассчитывал на то, что я и не выживу… это мучительно, безумно больно.

– Торо, зачем ты так говоришь? – тут же вскакивает со скамьи тётя, стремительно подходит и обнимает меня. Гладит по голове, прижимает к себе, как делала это множество раз в детстве, пытаюсь унять мои печали и обиды.

– Я так говорю, чтобы Талли была готова к любому варианту развития событий, – ровно сообщает барон. Смотрит твёрдо ей в глаза. – Чтобы выжила в конце концов. Нас больше не будет рядом, Мари. Девочке придётся сражаться против всех в одиночку. И обманываться в благих намерениях Вальдара и его приближённых точно не стоит.

Прижимаюсь щекой к ладони тёти Мариэл. Позволяю себе этот миг слабости. Здесь и сейчас можно. Напитываюсь её любовью и заботой впрок. Но смотрю при  этом на своего опекуна и наставника.

– Ты прав, дядя. Обманываться я не могу себе позволить. Что ещё мне нужно знать? К чему быть готовой?

– Прежде всего к тому, что просто подчинить Зирх мало. Я сделал всё, чтобы ты была способна это сделать, когда придёт время. Но управлять им, тебе только придётся учиться. Все Эббони в своё время обучались в Академии Высшей магии. Наследники на боевом факультете, как ты сама понимаешь. Думаю, тебя тоже туда отправят, и сомневаюсь, что на первый курс. Слишком король боится Империи, значит будет требовать, чтобы ты из кожи вон вылезла. Будет сложно, но это тебе на пользу. Там лучшие преподаватели в королевстве. И условия для полноценных тренировок. У меня ещё остались кое-какие связи, тебя поддержат.

Дядя, принимается деловито расхаживать перед нами.