Синдром второго шанса (СИ) - Риз Лаванда - Страница 43

– Мать? Отец? – удивлённо посмотрел на меня Нил, взглядом требуя немедленных объяснений.

– Приёмная мать, но я так и не успела оформить опекунство, мы живём по поддельным документам. У Мэтта и Джери один отец – Натаниэль Прайс, который даже не знает о существовании своего старшего сына. Родная мать Мэтта была … проституткой, я встретила его совершенно случайно, взяла его к себе не подозревая кто его папочка, это выяснилось чуть позже, когда мы сделали тест. У мальчика было очень тяжелое детство. Он плохо контролирует свои эмоции и может легко нагрубить, но на самом деле он замечательный, без него я бы не справилась. Я бы сломалась, если бы не Мэтт. Он и Джери это моё всё – я умру без них. Но если меня найдёт Эйдан – у меня отнимут детей, он сделает всё возможное чтобы отомстить мне за боль. Я … ужасно с ним поступила, … он вряд ли простил.

Нил продолжал всматриваться в мои глаза даже после того, как я замолчала. Он снова что-то мысленно взвешивал, пропускал через себя, не делясь со мной ни единой мыслью.

– Я не собираюсь лишать тебя свободы – ты просто изменишь условия своей жизни. И это не подачка – это человеческое участие плюс трудовое соглашение. Ничего личного. Даже когда я трогаю тебя за грудь. Это сострадание, а не похоть. Просто собери вещи, – закончив свою речь, Нил вышел за дверь. Он обескураживал меня. Этот мужчина ставил меня в логический тупик всё чаще и чаще.

Его особняк стоял на холме. Изысканные детали интерьера не позволяли сомневаться во вкусе его хозяина. Дом быль большой, в три этажа, слишком просторный и через чур уж одинокий, как для одного человека. Но этот дом словно ждал нас. Он ожил, вздохнул, как только мы оказались внутри этих стен. С самой первой секунды этот дом навевал ощущения домашнего очага. Не знаю почему. Может из-за тепла в глазах его хозяина.

– Это комната Джери, – через распахнувшуюся дверь я увидела полностью обустроенную детскую комнату, с кроваткой, игрушками, креслом качалкой и пеленальным столиком, очень теплую и милую.

– Это комната Мэтта, – комната подростка тоже отвечала всем запросам этого возраста – свой телевизор, компьютер, стерео система, ортопедическая кровать, полки с книгами.

– Твоя комната рядом с комнатой Джери, – Нил распахнул передо мной последнюю дверь. Придраться было не к чему – сдержанное оформление в пастельных тонах, роскошная кровать, туалетный столик, картины на стенах, дверь в ванную и гардеробную, которая, как я подозревала, уже была заполнена вещами моего размера.

– Ты был уверен, что мы поселимся здесь, – выдохнула я, не выражая особого восторга. – Ты даже не сомневался, что всё будет по-твоему.

– Да, и я не собираюсь оправдываться. Располагайся, я зайду через час. Сегодня уже поздно, завтра вы осмотрите дом полностью. И не нужно этой истерики во взгляде.

Через час я продолжала сидеть на кровати в той же позе. Я всё ещё не решилась заглянуть в гардеробную и распаковать свои неприглядные пожитки. Мне вообще не хотелось думать о случившемся. Нил вошел размашистым хозяйским шагом. Молча стянул с меня кофточку, принявшись втирать мазь в мою больную грудь, но уже стоя позади меня. На этот раз я не видела выражения его лица, что было к лучшему.

– Как ты себя чувствуешь, … Тина? – нарочно выделил он моё фальшивое имя, всё ещё продолжая массировать грудь. Странная ситуация, ненормальная, но это происходило именно со мной. Нарочно не придумаешь.

– Мне легче. … Спасибо, – выдавила я, не без труда.

– Тяжело признать благодарность?

– Если бы я ещё понимала, что происходит. Ты прав насчёт условий жизни моих детей, я эгоистка, я виновата перед ними, перед своими родителями, перед мужчиной, которого люблю – это верно. Но ты не можешь меня судить. Мы переехали к тебе временно Нил. Как только мы станем на ноги – я сниму себе жильё. Надеюсь, это случится в скором времени. Я не хочу, чтобы о нас распускали слухи.

– Хм, слухи? – фыркнув, проворчал Нил. – Они множатся как вирусы, из одного – порождаются десятки один нелепее другого, этот процесс невозможно прервать. В офисе и так уже считают, что ты моя новая любовница. Мне лично плевать на слухи. А чьё конкретно мнение волнует тебя Кира? Не своё ли собственное? – обогнув кровать, он встал напротив меня, опершись руками о матрац. Его лицо приблизилось ко мне настолько, что, если бы он опустил голову ещё на пару миллиметров вниз – он бы коснулся меня своими губами. – Относись ко всему проще Кира. И поверь, что не все мужчины мечтают иметь тебя в качестве грелки в свою постель.

Каждые два часа, в течение суток он втирал в мою грудь мазь, но мы больше не произнесли друг другу ни слова. Я злилась. Насколько он был добродушен – настолько же он был и заносчив. Эти два качества совершенно не вязались в нём, но они каким-то образом уживались.

Утром он первым встретил меня улыбкой за завтраком.

– Как ты? Выглядишь намного лучше.

– Так и есть. Если тебе не тяжело, передай своей маме огромное спасибо за мазь. Нил … я бы хотела нанять няню. Я могу провести собеседование в твоём доме?

– Я уже звонил в агентство, они пришлют несколько лучших кандидаток. Я так же договорился за школу для Мэтта. Сегодня у него первый учебный день и я бы хотел сам отвезти его.

– Потому что не хочешь, чтобы я видела какого уровня эта школа, и чтобы я не приставала к тебе с вопросами об оплате? Но я буду спрашивать! Мне это не по карману. Я не хочу чувствовать себя обязанной!

– Тина, завтрак вкусный? – осадил он меня интонацией. – Если ты не против, я бы хотел прогуляться с тобой в парке. Не долго.

Это мало было похоже на прогулку, скорее он быстро шагал, а я еле поспевала за ним, налетев на него в зарослях, когда он свернул с тропинки.

– Послушай, можешь считать это блажью с моей стороны! – бросив это, Нил уставился на меня почти с раздражением. – Мне не на кого тратить свои деньги, я не особо притязателен в жизни, и я не считаю свою обеспеченность таким уж счастьем. Суммы, затраченные на твоих детей для меня совершенно незначительны. Но тебе Кира, по-моему, всё-таки не мешало бы чувствовать себя кому-то обязанной, хоть немного. И впредь, постарайся не устраивать сцен за столом. Пожалуйста. Это плохой пример.

– Ты их избалуешь.

– Нет. Я знаю, как это контролировать! – отрезал он в ответ на мою попытку.

– И секс, либо другие странности здесь совершенно не причём? – настаивала я с маниакальной подозрительностью.

– Вот ведь зациклилась! – нервно усмехнулся Нил. – Если это вдруг произойдёт, это никак не будет связано с моими материальными затратами или ощущением твоей безысходной зависимости. Так тебя устроит? Я не педофил, я не склонен к сексуальным извращениям, и я психически устойчив. Я просто человек, очень жаль, что такие люди очень редко встречались в твоей жизни Кира. Или может тебе предоставить медицинскую справку?

– Нет. Прости. Но и ты должен понять мои опасения, в жизни ничего так просто не даётся. Даже если тебе некуда тратить свои деньги, причина обязательно есть.

– Есть, – кивнул Нил, засмотревшись куда-то мимо меня вдаль. – Но она для вас абсолютно безвредна.

– Но ведь ты мне расскажешь о ней?

Тяжело вздохнув, Нил перевел на меня свой взгляд. Печальный, горький взгляд:

– Только если у тебя получится стать моим другом, – ответил он с грустью. – Давай, наконец, начнем день. За одно только утро ты уже умудрилась выкрутить мне мозг!

Я выбрала няню, он отвез Мэтта. Получалась какая-то атипичная форма семьи. Он, она, дети, няня, садовник, кухарка, водитель, дом. Аномальная идиллия.

– У меня сегодня запланированы три встречи. Форма одежды деловая. Я хочу, чтобы ты фиксировала любые высказывания или замечания. Потом я их проанализирую. Готова поработать?

Если Нил начинал работать, то он уходил в работу полностью, с головой, теряя связь со временем. Но график этой работы возникал и, казалось бы, создавался хаотично, на ходу. Его загруженность выпадала то на утро, то на обед, а то и на целую ночь. И в эти моменты я была его тенью – я делала пометки, классифицировала документы, готовила кофе, таскала ему швейцарский шоколад, растирала плечи, работала переводчиком и «картиной». Я уставала неимоверно. Но зато в свободное время, которое у меня тоже было – я проводила со своими детьми. Мэтт был не совсем в восторге от школы, зато он влюбился в особняк.