Двойная ошибка (СИ) - Морейно Аля - Страница 33

– А я должен спрашивать у вас разрешения? – говорю несколько резко.

– У него – нет, а у меня – да, – представитель полиции отрывается от подоконника и подходит ко мне, протягивая удостоверение и какую-то бумагу. – Вы задержаны по подозрению в совершении преступления по статье….

– Погодите. Но это же абсурд! Скажите, а Морозов вообще в курсе цирка, который вы тут устраиваете?

– Да, вашего шефа мы уже уведомили о результатах расследования. Пройдёмте.

– Прежде, чем я с вами куда-то пойду, мне нужно позвонить.

– Звоните, – имитируя добродушие, соглашается полицейский.

Мысли мечутся. С Морозовым связываться бесполезно. Похоже, у него окончательно крыша поехала на почве потерянных денег. Если он в курсе и санкционировал это представление, то помогать не станет. Юристы нашей компании вряд ли заинтересованы защищать меня. Где за минуту можно найти адекватного адвоката? Мелькает мысль позвонить Инге или даже сразу Жаркову, но я и так у него не самый любимый зять, а тут ещё попал в такой переплёт. Нет гарантии, что откликнется и поможет.

Набираю единственному человеку, который никогда не подводил меня, как бы далеко он ни находился.

– Папа, у меня мало времени. Меня пытаются арестовать по совершенно нелепому обвинению. Организуй мне, пожалуйста, адвоката, только  оперативно. Ну и помоги, чем можешь.

Очень  кратко обрисовываю ему ситуацию. Он не перебивает – понимает, что каждая минута у нас на счету.

Когда-то я считал его предателем. Страдал от развода родителей и был уверен, что отец меня бросил. Лишь став старше, понял и простил его.

Глава 18

Айлин

– Айлин, как насчёт ужина сегодня? – доктор Мирзоев чуть ли не каждую свою смену  упорно уговаривает меня. – Или опять торопишься домой? 

– Увы, – вежливо улыбаюсь, чтобы не обидеть его.

Когда он уже поймёт, что я не соглашусь?

Лёня просил подождать, когда он разведётся. И я не решилась ему отказать. Не зря говорят, что первая любовь никогда не умирает. Как забыть своего первого мужчину и отца моих детей? Ненавидеть его было легко – для этого вовсе не требовалось забывать. А что делать теперь, когда он окружил нас такой поддержкой и заботой, когда говорит, что любит меня и всегда любил? Наверное, я тоже его всегда любила. И мы могли бы попробовать снова. Если бы он не был женат… 

Сердце сжимается каждый раз, когда думаю об этом. Есть ли хоть малейший шанс, что Лёня оставит свою жену ради меня? Очень хочу ему верить, но сомнения раздирают душу… 

Договорилась сама с собой дать ему срок до конца лета. Этого ведь достаточно, чтобы при желании оформить развод? Если он так и не разведётся, значит, жена ему дороже меня. Тут уж ничего не поделаешь. Понимаю, что я ей слабый конкурент.

С осени всё изменится. Надеюсь, что вернусь к учёбе и начну новую жизнь. Заведу новых знакомых и, возможно, решусь встречаться с другим мужчиной. А пока я не могу согласиться даже на ужин.

– И что же это за дела у тебя такие каждый вечер, если не секрет?

Наверное, сейчас самый раз рассказать доктору о детях. Или он уже и так знает? Я не делаю из этого тайны, но и кричать о них на каждом шагу не считаю уместным. Тем более, что даже в обществе со свободными нравами на женщину, родившую детей без мужа, смотрят с порицанием. Оно сквозит во всём – в интонациях, брошенных неосторожно словах и шёпоте за спиной. Я к этому привыкла… Хотя иногда бывает до боли обидно.

– Мне нужно забрать детей у бабушки, уделить им время, проверить уроки.

– У тебя есть дети? – Мирзоев искренне удивлён.

– Да, – улыбаюсь и пожимаю плечами.

Не думал же он, что я в двадцать девять лет всё ещё невинная девица?

– Но ты не замужем?

– Я разведена.

По их правилам, мужчина может иметь несколько жён. Наш брак с Рафиком хотя и не был официальным с точки зрения законов государства, но по их национальным традициям считается полноценным браком, как и последующий вынужденный развод. Так что я не обманываю Мирзоева. Просто не уточняю, что это был только религиозный брак и что дети к нему не имеют отношения. Но правда, вывернутая под таким углом, позволяет не чувствовать себя не падшей… Впрочем, его моё прошлое не должно касаться. 

Не пытаюсь ему понравиться. Я такая, какая есть. Со всеми грехами и проблемами. Нужны ли они ему? Сомневаюсь…

Доктор прищуривается.

– Но если ты свободна, то может, сходим куда-то в выходные? 

Его не испугала информация о детях? 

– Извините, Аслан Тигранович. Это не очень удачная идея. Выходные мы обычно проводим вместе с отцом моих детей, для них это важно. 

Как объяснить мужчине, что я не могу с ним встречаться, и при этом не обидеть?

– Но если вы разведены, то разве ты не имеешь права на личную жизнь? Ты ведь самостоятельная женщина, работаешь…

– Не настолько самостоятельная, как хотелось бы. Поэтому пока так…

Чувствую себя собакой на сене. Нехорошо держать человека в качестве запасного варианта и морочить ему голову. Но и отказать окончательно не хватает духу. Я нравлюсь доктору, в этом нет сомнений. И если его не испугала информация о детях, то у нас могло бы что-то получиться? Вот только хочу ли я этого? 

По правде говоря, даже думать не могу о других мужчинах, пока у меня есть призрачная надежда, что Лёня разведётся. Вдруг у нас появится шанс быть вместе?

А если не разведётся? Доктор мог бы стать хорошим альтернативным вариантом. Он приятен внешне и в общении, хорошо воспитан. У него прекрасная профессия, он пользуется авторитетом у коллег и пациентов. Наверняка хорошо зарабатывает и при этом не связан с бизнесом, который меня так пугает.

А смогу ли я когда-нибудь полюбить кого-то другого? Особенно теперь, когда знаю, что Лёня не по своей вине бросил нас с детьми в прошлом… 

Но сидеть на двух стульях нельзя – выбор нужно сделать уже сейчас. И он очевиден. Вряд ли доктор будет ждать, пока истечёт срок, данный Лёне, и я смогу позволить себе ходить на свидания или окончательно ему отказать. Да и как узнать, чего он от меня хочет – полноценных отношений с перспективой на будущее или встреч без обязательств?

Я так устала быть одна… 

Лёня, как назло, навещает нас всё реже и реже. Теряет к нам интерес? Надеялся, что я стану лёгкой добычей? А после того, как я сказала, что ничего не будет, пока он женат, охладел? Может быть, у него затянулись проблемы на работе? Я даже не знаю, чем он занимается. Жена, небось, в курсе всех его дел… Куда мне да неё?

А потом он и вовсе исчезает. Вспоминаю, что последний раз был у нас дней десять назад. С тех пор  несколько раз писал сообщения, спрашивал, всё ли у нас в порядке. А если у него что-то случилось?

– Галина Степановна, Вы часто с Лёней общаетесь? – решаюсь спросить у бабушки, когда беспокойство становится невыносимым.

– Нет, Линочка, он в последнее время очень занят на работе. У них там какой-то тендер, конкуренты, я в этом не смыслю. А он так близко к сердцу всё принимает, будто ничего важнее в жизни не существует. Знаешь, эта работа была для него спасением все годы, что он жил с нами. Он как заново родился, когда ещё будучи студентом скооперировался с этим своим Морозовым. Очень Лёня по тебе тосковал, я иногда даже боялась за него. Работа его изменила в лучшую сторону. У него цель появилась, стимул к жизни. Он такой тщеславный… Весь в отца. Тот тоже носом землю рыть готов был, чтобы выбиться наверх. А годы тогда неспокойные были! Сколько у меня седых волос появилось из-за его бизнеса.

– Лёня давно к нам не приходил. Дети спрашивают, а я волнуюсь, что могло случиться.

– Не беспокойся, появится, как миленький, как только они там свои первостепенные дела закончат. У него всегда так – то зашив, то относительное затишье. Может, тебе деньги нужны?

– Нет, что вы. Лёня дал мне карту, чтобы я ею всё оплачивала, с этим проблем нет. И я зарплату получила Просто я переживаю. Мне кажется, что бизнес – это всегда рискованно. У моего отца были какие-то конкуренты, из-за которых мы вынуждены были бежать из страны и приехать сюда. А потом наш дом взорвали. И подозреваю, что это всё как-то связано было именно с его работой. У моего бывшего мужа был небольшой бизнес – торговля на рынке. Он перешёл кому-то дорогу, и его вынудили уехать на родину.