Путь тьмы 2 (СИ) - "Sleepy Xoma" - Страница 50

— Опасаешься вторжения?

Советница хмуро взглянула на мужа и поморщилась.

— Шахрион, не говори глупости, мы оба прекрасно знаем, что есть угрозы пострашнее вторжений.

— У меня три дегустатора, — напомнил император, — как же не знать. Даже одаренные Матерью могут погибнуть от яда.

— Сомневаюсь, что маг твоей нынешней силы не сумеет нейтрализовать отраву, — отмахнулась жена.

— Всякое бывает, — пожал плечами Шахрион, затем чуть заметно улыбнулся, и спросил. — Слушай, а раз уж нам предстоит серьезный разговор, может — партию в шемтис? Когда мы в последний раз играли в него?

— Думаю, больше года назад, — с ностальгией проговорила его Госпожа. — Или даже двух. Великая Мать, я и помыслить не могла, что управление по-настоящему большой страной отнимает столько сил и времени!

Она прикрыла глаза, и уже спустя пару минут в комнату вошел рыцарь смерти, в руках которого стояла полностью готовая доска с расставленными фигурами. Мертвец осторожно поместил свою ношу между императором и его женой и удалился.

Шахрион воззрился на супругу, приподняв обе брови.

— А что такого? — невинно поинтересовалась та. — Эта доска стоит в моих покоях с нашей последней партии, полностью готовая к игре. Ты бы знал это, если бы заходил почаще.

В ее голосе император уловил явный упрек, и, говоря начистоту, возразить ему было нечего. В последнее время они действительно здорово отдалились друг от друга.

«Когда она была всего лишь советницей, мы общались куда чаще, чем теперь, когда Тартионна — моя Госпожа», — с грустью, сменившейся внезапной вспышкой раздражения, подумал император.

На удивление — Тень молчала. Впрочем, она вполне могла себе это позволить. Его настроение в последние месяцы менялось чаще и резче, чем у беременной.

— Прошу простить меня за это, — с грустью ответил он, бросая кубик для того, чтобы определить, кто будет ходить первым. Выпала единица. — Управление Империей, и правда, тяжкая ноша.

— Мне кажется, что тебя гнетет что-то еще, — Тартионна пристально уставилась на мужа. — Скажи, ты уверен, что за время, прошедшее с того проклятого дня, когда вы на пару с Гартианом выпустили на волю Безымянное Заклинание, оно никак не ударило по тебе?

— Нет, конечно же, — соврал Шахрион. — Разве что, сделало сильнее.

Госпожа, кажется, не поверила словам своего Властелина, но не стала ничего говорить, вместо этого — бросила кубик. У нее выпало шесть.

— Предлагаю вернуться к разговору о разумности отправки почти всей гвардии на восток, — предложил Шахрион, прикидывая, какую комбинацию супруга попробует разыграть в дебюте.

Ледяная Ведьма выдвинула вперед одного за другим двух копьеносцев и произнесла:

— Враги затаились и до меня доходят нехорошие слухи. Кажется, что-то грядет, и, кстати говоря, неожиданный успех Бича Пустыни явно имеет какое-то отношение к планам остатков Лиги. Как бы ты, выведя из столицы лишние войска, не сыграл им на руку.

Шахрион кивнул, бросая кубик и открывая путь рыцарю.

— Понимаю твое беспокойство, но давай будем смотреть правде в лицо: при всем желании я не мог отправить туда никого больше. Свободных войск прямо сейчас у нас практически нет. Треть легионов защищают границы, треть — поддерживают спокойствие внутри провинций, которые, как ты знаешь и без меня, все еще слишком рыхлые.

— Оставшаяся треть же недостаточно хорошо подготовлена для того, чтобы противостоять закаленным в боях лиосским тысячам, — закончила за него Тартионна, делая свой ход.

— Это, во-первых, — назидательно поднял палец Шахрион.

В этот самый миг император очень гордился собой и лишь спустя пару секунд понял, настроение, подобное флюгеру на ветру, вновь играет с ним злую шутку. Осознание этой мысли окутало его покрывалом неудержимой ярости, и Черный Властелин ущипнул себя за ногу под столом, чтобы хоть как-то унять рвущееся наружу бешенство.

Надеясь, что жена не заметила этой вспышки он походил, не сильно задумываясь над своими действиями, после чего, продолжил говорить:

— Второй немаловажный аспект — время. Допустим, я сумел бы сколотить ударные группы из двенадцатого и пятнадцатого легионов, дополнил бы их парой тысяч всадников и усилил лишней сотней магов. Но сколько бы времени это заняло? А Железный Легион и гвардия — они тут, под рукой, всегда готовы к бою. Уже через неделю они, ведомые, одним из лучших полководцев Империи Тьмы и сопровождаемые одним из сильнейших чародеев мира же вступят в пустыню, а значит, у нас сохранится реальный шанс оказать помощь союзнику.

— Ты уже связывался с Харшшааном? — поинтересовалась Тартионна, выводя своего мага из-под защиты крепости.

— Пока что нет, — Шахрион внимательно вгляделся в доску, пытаясь понять, какую же хитрую каверзу устроила ему жена этим хитрым ходом.

«Если подумать, серьезной угрозы нет, однако, если Тартионна выбросит больше десятки в два хода… Неужели она хочет рискнуть»?

— Но свяжешься? — супруга взглядом подгоняла его, заставляя нервничать.

— Обязательно, причем сегодня.

Шахрион, наконец, решился, и обозначил атаку в направлении мага. Ему было даже интересно, какой из трех предположенных вариантов действий изберет Тартионна.

Та чуть заметно улыбнулась и кинула кубики.

Кости медленно покатились по столу, стуча, точно отмеряя последние дни его жизни. Они остановились, глядя в потолок тремя парами глаз каждое.

Улыбка Госпожи стала еще шире, в ней появилось торжество.

— Готов терять венценосца? — осведомилась она, нанося магический удар по двум копьеносцам и лучнику, прикрывавшим главную фигуру мужа.

— Пока что нет, — отозвался тот, бросив кубики и надеясь на удачу. — А что б его!

«Две единицы, ну надо же»!

— Кажется, сегодня не мой день, — вздохнул Шахрион, кладя венценосца на бок. — А насчет твоего вопроса о врагах, думаю, тысячи гвардейцев вкупе с городской стражей будет достаточно для того, обезопасить нас от неожиданностей… Но все-таки, утрой бдительность.

— Как пожелает мой владыка, — улыбнулась чародейка, томно и призывно, как в былые времена. — А теперь… быть может, еще одну партию?

Они сыграли еще три, и лишь после этого супруга отправилась по делам, а он, оставшись в гордом одиночестве, извлек тириомаль. По уму, связаться с новым халифом следовало тогда же, когда он вызвал в столицу Китариона, но по какой-то неведомой причине Шахрион оттягивал этот момент.

Возможно, подступающая собственная гибель занимала несколько большее место в его размышлениях, нежели политика, возможно, мешали постоянные перепады настроения, возможно — что-то еще. Но, так или иначе, этот вопрос император отложил на потом, и вот, сейчас к нему придется вернуться.

Активируя магический шар, он невпопад подумал: «Интересно, как там моя свита, сильно ли бесятся из-за того, что я бросил их на самом краю Империи и улетел, что называется в закат»?

Ответ пришел с третьего раза. Изображение разгладилось и на императора уставился молодой лиоссец с очень, очень напуганными глазами.

— Приветствую тебя, халиф Харшшаан Могучий сын Шшиира. Желаю процветания, счастья и доброго здравия, насколько подобное вообще возможно в сложившихся обстоятельствах — поздоровался Шахрион.

— И я приветствую Черного Властелина, да будет Империя Таараш стоять еще тысячу лет. Здравие мое пока что доброе, однако не уверен, сколь долго это продлится.

— Стены уже взяты? — удивился император.

— Хвала Великим Древним, нет! — горячо отозвался лиоссец. — Но, буду честен, шансов победить у нас немного.

Произнеся это, он вопросительно уставился на Шахриона.

Мальчик не был дураком, он все прекрасно понимал, причем получше многих, а потому — не просил и не умолял, а лишь сообщил правду.

«Умница»! — одобрил Шахрион. — «Догадываешься, зачем я связался с тобой и что хочу предложить, но не представляешь, какой будет цена. Что ж, не волнуйся, мальчик, я не собираюсь обдирать тебя, как липку. Впрочем, интересов Империи не забуду».