Ты жена мне, помнишь? - Островская Ольга - Страница 8

– Не очень хорошо, – признаюсь, бледно улыбнувшись.

– Данна Агата уже наверняка приготовила ваши покои, чтобы вы могли отдохнуть. Но если вам очень плохо, думаю, будет нелишним вызвать личного лекаря его высочества.

– Не нужно. Я доверяю заключению мэтра Селестино, – качаю головой. – Мне сильно не по себе сейчас. И я не хочу пока лишних встреч, даже если речь идёт о лекаре. Отдых и покой на некоторое время, это было бы чудесно.

– Как скажете, – кивает мужчина. – Пойдёмте тогда, в дом. Там вас уже ждут.

И снова настойчиво увлекает меня вперёд. На этот раз к особняку. Я позволяю ему это без малейших возражений – самой уже хочется оказаться в помещении. Лишь отстранённо отмечаю про себя, что мой спутник, кажется, избегает даже каких-либо обращений. Словно нас может кто-нибудь подслушать. Тем тревожней мне становится.

– Дан Рэймандо, а вы не знаете, когда вернётся мой супруг? – бросаю на идущего рядом мужчину вопросительный взгляд.

– Точно ответить не могу. Но уверен, что сразу же, как только у него появится такая возможность, – ровно отвечает тот.

– А он… уже знает?

– О том, что вы исчезли из королевского дворца, да. Ему об этом сообщили утром, как только обнаружили ваше отсутствие в личных покоях. О том, что в его дом пришёл мэтр Селестино со сведениями о вас, я ему тоже сообщил. Остального пока не успел.

Быстро у них с этим. Наверняка какая-то магическая почта имеется. Что ж, теперь мне остаётся только ждать мужа и пока держать оборону. А там смотреть по ситуации. Если он находится в другом городе, да ещё приграничном, а тут у нас столица, то принцу наверняка понадобится не один день, чтобы добраться домой и прийти жене на помощь.

Расстояние до дома, оказывается гораздо большим, чем я думала. И чем дольше мы идём, тем сильнее начинает ощущаться жара. После зимы в моём родном мире, это дико непривычно. Давит сильно. И переставлять ноги становится всё сложней. Да и голова начинает кружиться и в ушах шуметь. Я словно плыву. И в совершенно нехорошем значении слова. Дурно мне. Надеюсь, что не грохнусь в обморок, не дойдя до обещанных покоев.

Наверное, именно из-за своего состояния, услышав тихие детские голоса, я не сразу соображаю, что они реальные.

– Смотри, опять она, – возмущённо шепчет один.

– Ага. И под… ил-лю-зией, – старательно выговаривая сложное слово, соглашается второй голосок. И зло прибавляет: – Думает, что хитрая, и мы не узнаем? Решила пробраться сюда тайком, пока папы нет.

– А помнишь, как она быстро сбежала в первый раз? – потешаясь, фыркает первый.

– Помню. Плакала и визжала, как девчонка. И папе на нас жаловалась. У-у-у-у, ябеда. Надо её проучить. Чтобы не лезла к нам больше.

Это они о ком? Обо мне, что ли? Точнее, о принцессе… Я недоумённо оборачиваюсь, покачиваясь на ватных ногах, пытаясь найти глазами в пышных зарослях какого-то цветущего кустарника маленьких заговорщиков. Или заговорщиц. Голоса-то, кажется, девчачьи.

– Тс-с-с, смотрит.

– Ну и что? Всё равно рассмотреть не сможет. У неё другой дар, папа говорил.

– Что случилось, ваше высочество? – тихо интересуется дан Рэймандо, заметив мою заминку. А в кустах становится тихо-тихо.

– Голоса, – растерянно бормочу я, хмуря брови.

– Какие? – удивлённо уточняет мой спутник.

Хочется ответить: «Детские», но какое-то внутреннее чутьё заставляет меня промолчать.

– Показалось. Голова очень болит, – смущённо дёргаю уголками губ. И продолжаю идти, куда шла. К манящему прохладой дому.

– И всё-таки я вызову к вам лекаря, – хмуро сообщает мне дан Рэймандо, следуя за мной.

Глава 9

Может такое быть, что у моего мужа имеются дети? Притом уже достаточно большие, чтобы строить заговоры и устраивать каверзы против неугодной мачехи.

Ну-у-у, теоретически, вполне. Я же ничего о нём не знаю. Может, принцесса Анна, в чьём теле я очутилась, была его второй женой?

Мне ведь даже неизвестно, сколько принцу лет.

Просто рассудила, что муж мне, скорее всего, достался молодой, раз на такой юной девочке женился. И это, честно говоря, тоже мешало воспринимать ситуацию со своим замужеством серьёзно. Ну не привлекают меня мужчины моложе… меня прежней. Конечно это не главная причина для беспокойства, когда человека в глаза не видела, а он на тебя какие-то права имеет. Просто ещё один царапающий момент. Очень сильно царапающий. И один из многих.

А теперь получается, что принц вполне может быть и более зрелым мужчиной. И это делает перспективу супружеских отношений с ним… чуть более приемлемой в моём внутреннем восприятии.

И у него могут быть дети. Точнее, скорее всего, есть. Если эти голоса, конечно, не были моей галлюцинацией.

Значит, я для этих детей теперь стала… мачехой. То есть, у меня не просто появилась возможность родить своих малышей. Мне ещё и готовых дают. Осталось к ним только подход найти.  И они будут… мои.

Хм. Мечты сбываются, да, Лана? Стараниями одной богини в многократном размере.

Ну-у-у, я как-бы не против. Насчёт мужа ещё посмотрим, что там и как. А вот дети… да, такие его достоинства мне действительно по душе.

Разузнать бы о них побольше. И о принце.

Но ведь не спросишь ни у кого. Это я по идее должна знать.

Мне бы мэтра Селестино сюда… вот кто умеет между делом болтать об очень интересных и важных вещах.

Кстати, о нём…

– Дан Рэймандо, а можно в качестве лекаря ко мне пригласить мэтра Селестино? Я не уверена, что смогу сейчас довериться… другому… целителю, – тщательно подбирая слова, прошу я у своего спутника, когда мы, миновав террасу, подходим к неприметной двери, явно служебного назначения.

Все эти размышления о детях меня даже взбодриться заставляют. Молодой организм послушно реагирует на моё воодушевление приливом новых сил.

– Мэтра Селестино? – удивлённо вскидывает брови дан. – Вы уверены?

– Да. Он показался мне превосходным лекарем, – хлопаю невинно ресницами. С огромными, бартатными с поволокой глазами, доставшимися мне от принцессы, это должно выглядеть весьма… впечатляюще. – Или я ошиблась?

И мужчина впечатляется. Смотрит на меня удивлённо, но взгляд ощутимо теплеет.

– Нет, не ошиблись. Он долгое время по праву считался лучшим целителем Арганды, даже был личным лекарем его величества. Но вот уже несколько лет занимается аптекарским делом. И ведёт себя несколько... чудаковато.

– Я заметила, – невольно хмыкаю. – Но мне очень повезло, что он меня нашёл вчера. Этот милый старик спас мою жизнь. Я ему за это безмерно благодарна. И была бы очень рада, если бы он и дальше следил за моим выздоровлением. Если это возможно, конечно. И если он сам не будет против.

– Я-а-а… посоветуюсь с принцем. И если его высочество даст добро, приглашу к вам почтенного мэтра, – уступает дан, который совсем не слуга.

– Спасибо большое! – улыбаюсь я ему с искренней благодарностью.

Дальше мы продолжаем путь уже без особых приключений. Открыв дверь, Рэймандо пропускает меня вперёд в небольшой тускло-освещённый коридорчик. Потом мы минуем несколько помещений, судя по всему служебных. Проходим мимо распахнутой двери кухни, чуть не столкнувшись с девушкой в форменном платье, несущей куда-то огромный поднос, накрытый пузатой блестящей крышкой. Потом дальше по коридору пропускаем ещё двух служанок с корзинами полными белья.

И наконец сворачиваем на неприметную лестницу, ведущую куда-то на верхние этажи. Помню, когда-то смотрела документальный фильм про скрытые угрозы Викторианской эпохи и там показывали похожие лестницы для слуг. И их крутостью и неудобством объяснялась смертность среди горничных того времени.

А тут мне предстоит по такой подниматься.

Само собой я останавливаюсь и внимательно присматриваюсь к высоте, глубине и ровности ступенек.

Но, кажется, с этой лестницей всё в порядке. Наверное, особняк его высочества такой громадный, что нет необходимости экономить место ценой безопасного передвижения слуг.