Наследие проклятой королевы (СИ) - Осипов Игорь - Страница 17

— Что найдём? — уточнила Катарина, поглядывая то на меня, то на бой демона с храмовницей. Если он так легко одолел двух орденских стражниц, то нам и подавно ввязываться в стычку не стоит.

— Оружие большой силы. Как раз против таких вот толстокожих тварей. Кто он вообще такой?

— Не знаю! — огрызнулась Катарина, а потом повторила свой фокус с оставшимся у неё в руках пеплом, создавая новую стену светораздела.

— В усадьбу! — упёрлась Лукреция.

— Нет! В гильдию! — рявкнул я и схватил волшебницу за рукав. — Или я научусь колдовству в сжатые сроки, или нас так и будут тыкать мордой в кровь и грязь всякие выродки!

Лукреция стиснула зубы, тяжко вздохнула, а затем кивнула.

— Побежали!

— Ваше магичество, юн спадин, — встряла в разговор Урсула, сплёвывая слюну и тяжело дыша. — Может, не так быстро побегём, а то я телохранительница, а не гончая псина. Я уже не могу.

— Хорошо, побежим чуточку помедленнее, но всё равно побежим, — кивнул я в знак согласия и поглядел на волшебницу.

Та ещё сильнее стиснула кулаки, поджала губы, потом зло ударила меня веером по затылку, но в итоге сдалась.

— Нам туда.

Мы снова двинулись в путь, петляя в узеньких проулках.

Демон, наверное, всё ещё гонял храмовницу, но надеяться на то, что она сдастся под натиском ревущей твари, не стоило. Останавливаться и думать тоже было некогда.

По пути мы столкнулись с десятком городских стражниц, вооружённых алебардами и мушкетами.

— Что происходит?! — сразу спросила сержантка, остановив нас.

— Демон! Там демон! — громко изобразил я истерику и показал рукой в сторону погони. Некогда было объяснять всем встречным да поперечным, что случилось.

Когда десяток умчался, я сплюнул на брусчатку и вытер лицо.

— Показывай, маэстра, мать твою, путь!

Лукреция проглотила обидные слова. Действительно, было не до ссор.

Минут через десять быстрого шага, ибо на бег сил уже не осталось, мы вышли на небольшую, уставленную клумбами фонтанами площадь. Булыжник на мостовой был выложен так, что среди чёрных камней белые складывались в дорожки, ведущие к высокой башне с яркими витражами. Большие ворота были приоткрыты. В эти ворота мы и влетели на полном ходу, ту же захлопнув. Клацнули затворы, не дающие больше открыть врата.

Я облегчённо выдохнул и оглянулся. Внутри большого гостевого зала бродили почтенные магессы в разноцветных платьях. Несколько служанок натирали пол мастикой.

— Что за непочтительное поведение?! — возмущённо спросила одна из волшебниц и неспешно направилась в нашу сторону. Остальные присутствующие молча замерли, ожидая развития событий. В этой тишине слышалось эхо шагов и голоса гневающейся главной.

Я быстро оглядел стены и потолки, расписанные фресками и украшенные картинами, достойными кистей великих мастеров эпохи Возрождения. Фотореалистичные портреты, пейзажи и батальные сцены были поистине великолепны. Всё забываю, что Реверс сейчас находится примерно на том же культурном уровне, что и великий Леонардо да Винчи на Земле. Эпоха научных открытий, рывка в изобразительном искусстве и архитектуре, военного прогресса. А на матушке Земле примерено в это время только-только родился Иван Грозный, да Винчи десять лет как скончался, испанцы вовсю покоряли ацтеков, а в Британии благополучно правил Генрих Седьмой.

Но сейчас это было не важно. Я лишь отдал приказ системе записать панораму зала, да вдобавок отключил детекторы магии, а то мало ли чем может обернуться их использование в цитадели волшебства.

— Я прошу меня простить, о, госпожа управляющая! — выпалила Лукреция, сделав быстрый книксен. — Дела, не требующие отлагательств.

— Это не даёт тебе права вламываться в обитель без разрешения! — надменно вскинув голову, протянула женщина, а потом быстро поглядела на ворота, за которыми раздались шум и вопли. — Приём окончен! Все прочь!

— Госпожа! Я всего лишь хочу взять себе ученика!

В дверь с грохотом ударило. Все обернулись на шум.

— Прочь! — ещё больше повысила голос управляющая и быстро развернулась, чтоб самой ретироваться.

— Госпожа!

— Ничего не хочу знать! — ответила удаляющаяся волшебница.

Я проводил её злым взглядом, не зная, что делать: силой не заставишь, уговаривать бесполезно, торговаться не время, и денег с собой не густо.

— Стерва! — процедил я.

Женщина услышала и остановилась, но оборачиваться не стала. А когда в дверь снова что-то ударило, продолжила путь.

Вскоре раздался скрежет металла.

— Что делать дальше? — спросил я Лукрецию.

— Говорила же, надо в имение, — тяжело дыша, процедила она в ответ.

Стук в дверь продолжался. Сильна же тварь, если может свободно разгуливать по столице, крошить стражу и ломиться в представительство одной из самых могущественных в этом мире организаций! И что демону от меня надо? Он явно знает, кто я такой.

И пора бы искать пути к отступлению. Я оглянулся, соображая, в какую дверь можно улизнуть, а когда меня схватила за руку Лукреция, показывая на портьеры в одной из декоративных арок, раздался голос.

— Луччи, деточка, ты, как всегда, просто зайти в гости не можешь. Всё время что-то происходит.

Мы обернулись. В проёме одной из дверей стояла седая женщина в тёмных одеждах.

— Госпожа Агата! — воскликнула Лукреция, подобрала полы платья и лёгким бегом направилась к знакомой. На половине пути остановилась и поманила нас. — Ну же, быстрее!

Ничего другого не оставалось, кроме как последовать за магессой. Торжественного приёма не получилось, но Лукреция и Агата тепло обнялись. Пожилая волшебница сразу после этого протянула нашей спутнице свиток.

— Это пустое разрешение. Сама впишешь в него, что надобно.

— Госпожа! — Лукреция радостно поклонилась и приняла свиток. — Я не знаю, как отблагодарить вас!

— Потом угостишь вином и расскажешь о своих приключениях, — улыбнулась пожилая ведьма и добавила: — А сейчас идите. Ты должна помнить путь через кухню на задний двор. Быстрее. Никто у нас не станет нападать на тёмного. Нам проще, чтоб он прошёл насквозь и убрался восвояси. Двери его задержат лишь ненадолго, ну, да не беда, я давно настаивала на новых. Всё, бегите!

Мы все поклонились нашей спасительнице, и Лукреция повела нас узкими ходами. Я бы сам давно заблудился, но волшебница знала, куда идти. Несколько раз мы проскочили мимо брошенных вёдер с тряпками, корзин с едой и прочим. И ни одной живой души, даже в кухне, где на столах лежали разделанные тушки птиц и рыб, а на огне кипели большие котлы. Наверное, уже весь магистрат эвакуировали. Оно и к лучшему.

Выскочили мы на неприметную, но ухоженную улочку, где все прилегающие здания тоже наверняка принадлежали магистрату.

— Теперь точно в имение, — выдохнула Лукреция.

— Нет, — проговорил я, поглядев на Катарину, Урсулу и двух волшебниц. — Нам надо в представительство халумари.

— Нет! — громко начала Лукреция, а потом зыркнула на проход и понизила голос. — Нет. Мы не сможем бегать по всей Коруне, выпучив глаза и высунув языки, как собаки на охоте. На нас самих идёт охота.

— Тогда идите, а я сам отправлюсь. Здесь недалеко. Чуть больше тысячи шагов.

Лукреция набрала воздух, чтоб что-то ответить, но лишь стиснула захрустевший под её пальцами свиток.

— Веди, — выдавила она, наконец, и добавила: — И молись, чтоб погоня отстала. Надоело быть загнанной ланью.

— Ланью? — тяжело дыша, усмехнулась Урсула. — Я чувствую себя загнанной коровой. Ноги еле несут. Это кошке хорошо, совсем свежая.

Я глянул на Катарину, у которой даже мешки под глазами проступили. Нет, марш-бросок — это не её стезя. Вот если бы стометровка за гранью человеческих сил, тогда да, она была бы вне конкуренции. Львица всё же, а не охотничья собака.

Храмовница держалась лишь благодаря тому, что была моложе остальных, а так у самой дыхание сбито. У меня и самого круги перед глазами плавали.

Я сделал вдох, приложил руку к боку, в котором начало колоть, и сверился с картой. В самом деле, около километра. А раз так, значит, погнали.