В поисках памяти (СИ) - "Элсэртис" - Страница 64

Элмио зажмурился и уткнулся лбом в мягкую шерсть ездового зверя. Про авелори он решил пока больше ничего не спрашивать — мешала скорость и подступающая к горлу тошнота. К тому же, сейчас, когда его самочувствие оставляло желать лучшего, к нему вернулись мысли об увиденном сегодня во сне. Вспомнился голос и плач женщины, которая, похоже, была его матерью… Сложно было осознавать, что образы и события из странного сна могли происходить на самом деле. Хотелось верить, что все это просто ночной кошмар — игра воображения, но интуиция подсказывала обратное. Слишком все было реалистично и болезненно. А потом еще этот Смотрящий…

Элмио открыл глаза, чувствуя, как головокружение постепенно начало отступать. Его волк все так же стремительно несся сквозь темный лес, толком не разбирая дороги. Ночной прохладный ветер дул в лицо. Метров на шесть впереди ехал Клэйрохс, по-прежнему сосредоточенный и с явным намерением уйти от предполагаемой погони. Где-то позади с развивающимися по ветру рыжими волосами неслась Ксариэль.

Какое-то время ничего не происходило, только угрожающе торчащих над головой сучьев стало больше. Волк капитана чуть не поранив себе морду, сбавил скорость и сипло рыкнул, недовольно лязгнув зубами по стальным удилам. Клэйрохс резко дернул за узду, обрывая недовольное ворчание, и заставил зверя свернуть влево, а затем правой рукой для чего-то достал из-под воротника свой амулет мантхарна. Маленький красный кристаллик в его центре тут же засветился бледным оранжевым огнем, и по нему пробежали желтые искры. В свете вспышки на бордовой перчатке капитана воинов совета блеснул довольно большой золотой перстень, которого Элмио почему-то раньше не замечал.

— Я говорил во сне? — крикнул он, ловя момент, пока головы их волков опять оказались почти вровень.

— Да, что-то такое было, — неуверенно ответил Клэйрохс, убирая обратно свой амулет. — Давай пока без лишних вопросов. Если нам повезет, мы можем даже ни с кем не…

Капитан резко оборвал фразу. Лес озарила внезапная вспышка. Справа от них, примерно метрах в пяти, на массивном дубообразном дереве возникло широкое серебристое пятно магического портала. Из него моментально выскочил какой-то мужчина в сером потрепанном плаще, с двумя горящими красным пламенем энергетическими сгустками в обеих руках. В одном гигантском прыжке воинственно настроенный тип оказался возле Элмио.

Перепуганные золотые волки шарахнулись в стороны, удерживаемые натянутыми поводьями только Клэйрохса и Ксариэль. Элмио свалился со своего удирающего зверя и, не успев подняться, тут же почувствовал, как на его шее сомкнулось что-то обжигающе горячее и потащило его вверх.

Объявившийся из портала мужчина держал его за горло левой рукой, превратив один магический шар в горящую перчатку. В правой же руке этого типа огненный сгусток уменьшился до размера теннисного мячика и теперь беспокойно пульсировал, нацеленный прямо в лицо Ксариэль, которая оказалась всего в паре метров от рухнувшего в траву Элмио.

— Приветствую тебя, господин капитан! — с издевкой в голосе заговорил мужчина.

Элмио узнал его. Это был тот самый иланр из Хайлероса, которого они однажды встретили раненым на лестнице возле штаба воинов совета.

— Не могу сказать, что рад тебя видеть, Беренвар, — осторожно ответил Клэйрохс, стараясь не делать резких движений.

— Я же сказал, что отомщу, — иланр хищно улыбнулся, а затем сильнее сжал пальцы левой руки, отчего Элмио тут же судорожно закряхтел. — Правда, тогда я еще не знал, что мне придется мстить вдвойне, — фиолетовые глаза бывшего воина совета наполнились яростью.

— Ты сам во всем виноват, — Клэйрохс пристально смотрел на непрошенного гостя и не двигался с места, словно выжидал подходящий момент. — Ты нарушил устав, а твое недостойное поведение только позорило штаб. Отобрать у тебя плащ для меня было естественной необходимостью. Поэтому сейчас, если ты хочешь сохранить хотя бы тень своей давно утерянной воинской чести, советую тебе идти домой и перестать вести себя, наконец, как жалкий неудачник.

— Поосторожней с оскорблениями, мой друг. Они могут дорого тебе обойтись! — Беренвар осторожно повернулся, не снимая прицела с Ксариэль, и перевел взгляд на Элмио. — Чтобы мне такое с ним сотворить? Может, руку оторвать?

— Хоть голову оторви, — равнодушно ответил Клэйрохс, — Ты же знаешь, что этим ему не навредишь.

— Возможно, — Беренвар снова хищно оскалился. — Зато я могу дождаться прихода авелори и вручить его им. Они вроде как за ним сюда явились, верно?

Клэйрохс промолчал.

— Интересно, чего это они так переполошились? Простой мальчишка из мира людей не мог нарушить наших законов. Небось, ты опять вляпался в какое-нибудь дерьмо? Ты же это дело любишь! А он тут так, за компанию, чтобы не скучно было, — иланр говорил медленно, получая удовольствие от каждого сказанного слова. — Впрочем, это все мелочи, кто и в чем виноват. Авелори в любом случае уже в нашем тонком измерении и вот-вот нас найдут. Так сказать, вопрос времени. — Вдруг он резко обернулся в сторону Ксариэль, которая сидела в оцепенении, вцепившись в узду перепуганного золотого волка, и лишь на секунду шелохнулась. — А ну не дергайся, дура! Еще звук от тебя или твоего зверя, и я вам обоим шерсть подпалю так, что мало не покажется!

Увигелис промолчала, не отводя взгляда от нацеленного ей в голову пульсирующего красного шарика.

— Не осмотрительно было брать в такое опасное путешествие свою женщину.

— Она не моя женщина, — с полным безразличием ответил Клэйрохс.

Задыхающемуся Элмио показалось, что в этот самый момент на лице Ксариэль промелькнул легкий испуг.

— Я, в отличие от тебя, не завожу романов с коллегами. Ты ведь из-за Ситиары прошлый раз взбесился, не так ли?

— О, да ты даже помнишь имена кого-то из своих рядовых подчиненных! — похоже, Беренвара задели его слова, и он еще сильнее сжал левую руку. — Как трогательно!

Элмио почувствовал, как ему катастрофически не хватает воздуха, но сделать он ничего не мог. Его пальцы и ладонь от каждого прикосновения к руке иланра охватывало пламя и дикая боль, а если он пытался дернуться, то жжение усиливалось на самой шее.

— Ты сам пожелал, чтобы она вступила в ряды воинов совета. С чего же это я не должен давать ей поручений? — поинтересовался Клэйрохс и с весьма печальным видом вздохнул: — Бедная Ситиара. Каково, наверное, ей было узнать, что ее любимый лишился не только плаща истинного воина, но и остатков собственного достоинства, разгуливая по человеческому миру, нарушая закон и вынуждая, тем самым, своих бывших подчиненных себя ловить.

— Никто из них даже подойти ко мне не посмеет! — Беренвар презрительно плюнул себе под ноги.

— Выходит, не слишком ты воспитал в них боевой дух, — Клэйрохс сделал паузу и заинтересованно спросил: — Кстати, насколько мне известно, Ситиара уже как пару дней в штабе не появлялась. Тоже решила распрощаться со своим плащом?

— Ей нездоровилось. И не впутывай ее в это!

— Да ну? — в наигранном удивлении Клэйрохс еле заметно усмехнулся, — На моей памяти Ситиара на здоровье никогда не жаловалась. Может просто все дело в том, что ее, по твоему примеру, давно ловят, как сбежавшего дикого зверя? Или, возможно, пока я тут делами был занят и собрание пропустил, ей уже мозги вправили в какой-нибудь дальней камере нашего подвала?

— Еще раз ляпнешь про нее какую-нибудь глупость, и я тебя!.. — взбешенный Беренвар собирался сделать что-то, судя по всему, малоприятное, но странный угрожающий визг со стороны Элмио заставил его резко дернуться.

Одного мгновения было достаточно. Когда иланр снова взглянул в сторону Клэйрохса, огромная фиолетовая молния стремительно ударила ему прямо в грудь, едва не задев корчившегося от удушья Элмио. Беренвар мгновенно выпустил его, и юноша рухнул на землю, схватившись руками за обожженную шею. Сверху на него с криком упала Ксариэль:

— Пригнись!

Прямо над ними в прыжке пролетел Клэйрохс, догоняя убегающего иланра и закрываясь своим плащом от его оборонительных атак.