Люби как в 20! - Набокова Юлия - Страница 2

Взгляды коллег скрестились на мне, а потом кто-то рассмеялся:

– Девчонка еще! Самый лучший возраст.

– А мне, девочки, скоро сорок! – трагически вздохнула преподаватель риторики – миниатюрная брюнетка Алла с короткой стрижкой, которая удивительно ей шла, делая похожей на французскую актрису.

– Правда? – удивилась я. – Я думала, Алла Викторовна, вы всего на пару лет старше меня.

– Не зря я, значит, ботокс колю, – повеселела Алла.

Разговор плавно перешел на антивозрастные процедуры для поддержания красоты – уколы красоты, золотые нити, подтяжка век. Мои коллеги выглядели ухоженными в свои сорок, пятьдесят и шестьдесят с хвостиком, но я никогда не задумывалась, сколько времени и усилий они тратят на внешность. И сейчас с удивлением слушала их откровения.

– К хирургу надо только проверенному…

– Нижние веки шьют под местным наркозом. Тут главное в обморок не хлопнуться, когда врач нити начнет натягивать!

– Да после того, как родишь, веки подтянуть уже не так страшно!

Я отвела глаза и заметила, что на меня смотрит одна из коллег – златоволосая красавица Анна Павловна. Она была похожа на мою любимую актрису Николь Кидман – такая же высокая, стройная, изысканная и чуточку неземная. Ей было уже за сорок, но студенты по-прежнему оборачивались ей вслед и ее занятия по мировой художественной культуре не пропускали.

– Давно хочу вам сказать, какие у вас густые и красивые волосы, Анна Павловна, – сделала я ей комплимент.

– Ах, это… – Анна тонко улыбнулась, проведя рукой по пышным и светлым, ниже плеч, локонам. А затем одним быстрым жестом сняла их. – Это парик, милая.

Я так и вытаращила глаза, глядя на ее голову, покрытую легким темно-русым пушком и сеточкой для волос. Другие женщины за столом восприняли это спокойно, видно, только я была не в курсе.

– Хороший парик, Ань.

– А где брала?

– Дашь адресок магазина?

Обсудили магазины париков, средства от облысения, потом перешли на зубные импланты и фейс-лифтинг. Одна из дам стала показывать упражнения для тренировки мышц лица, другие – повторять за ней. Потом все расхохотались, глядя друг на друга.

– Мой вам совет, девчонки, хотите быть для мужа всегда молодой – выходите замуж за того, кто старше! – весело заявила Лариса. – Вот мне сорок пять, а мужу – шестьдесят. Я на его фоне еще девочка! Тем более, я за собой слежу, хожу в фитнес-клуб, а мой Коля располнел, пузо отрастил…

– Мужикам можно, – вздохнула полненькая Татьяна, которая весь вечер тянула пустой чай. – А нам, женщинам, и работать надо, и детей растить, и за собой ухаживать…

Я вздрогнула, когда взгляды коллег снова скрестились на мне.

– А у тебя, Полин, как с личной жизнью? – поинтересовалась заведующая кафедрой Римма Георгиевна, самая старшая из нас. Недавно она стала бабушкой уже в третий раз и свой возраст не скрывала. Седые волосы она стригла под короткое каре и напоминала мне актрис из советского кино. – В декрет не собираешься?

– Нет, – я замотала головой. – Какой декрет!

– Ну и хорошо, а то работать некому, – добродушно проворчала заведующая, глядя на кругленькую, на пятом месяце, Наталью, которая уже не могла скрыть своей беременности. – Вон Наталье замену на следующий год искать придется.

– Ой, девочки, я уже думала, не стать мне мамой, – заулыбалась Наталья, которая вела семинары по устному народному творчеству у первых курсов. – У нас ведь с мужем десять лет детей не было. И вот в сорок два такое счастье!

Все оживленно загалдели, радуясь за коллегу. А Наталья, взглянув на меня, по-дружески посоветовала:

– Ты бы, Полина, тоже с детишками не тянула. Пока молодая-то!

– Да у меня и нет никого, – смутилась я.

– А чего так? – удивилась Татьяна. – Молодая, красивая, умная! Хочешь, познакомим тебя? У меня двоюродный брат как раз недавно развелся…

– А у меня племянник холостой, как раз твой ровесник! – подхватила Алла.

– А у моего мужа приятель есть – такой положительный мужчина, – оживилась Лариса. – Патологоанатом!

– Спасибо, не надо! – наотрез отказалась я. – Я как-нибудь сама.

– Ты в Интернете ищи, Полин, – посоветовала Татьяна. – Сейчас все пару в Интернете ищут.

– А лучше в Тиндере, – подсказала Марина. – У меня соседка как раз там мужа нашла.

– Главное, чтоб никаких шур-мур со студентами, – заведующая пристально взглянула на меня поверх очков. – У нас с этим строго!

– Что вы! – Я замотала головой. – Какие студенты? Они же дети неразумные!

– Вот и хорошо, – начальница одобрительно кивнула. – А то не хотелось бы повторения с Анжеликой…

Все помолчали, вспоминая молодую преподавательницу английского языка, которую пришлось уволить за роман со студентом.

– Их застали во время секса прямо за этим столом, – прошептала мне на ухо Алла Викторовна.

Я вздрогнула, уставившись на стол, заставленный чашками и пирожными. Про скандал с Анжеликой я знала, но деталей не слышала.

– Не знаете, как она, девочки? – спросила Татьяна.

– Судя по Инстаграму, прекрасно! – фыркнула Лариса.

Скандальный роман со студентом сделал Анжелику популярной блогершей. И хотя с парнем она рассталась, теперь заделалась коучем и учила женщин развивать свою сексуальность.

– Ну что, девочки, по домам? – поднялась заведующая. – А то наши охламоны нас уже заждались!

Коллеги поспешили к своим семьям, а я в свою пустую квартирку – в надежде на спокойный вечер в одиночестве.

К дому я подошла, неся охапку тюльпанов и мимозы, и с трудом выудила из сумки ключи, чтобы открыть домофон.

– Дамочка, подержите дверь! – крикнул какой-то парень.

Да я даже не подумала, что это мне! Какая я дамочка? Так обращаются к женщинам за пятьдесят.

Зашла в лифт, ткнула в кнопку своего этажа. Двери стали закрываться, но тут в них нагло влезла чужая нога в кроссовке не меньше сорок третьего размера.

– Вы так лифт сломаете! – зашипела я, бросив раздраженный взгляд поверх очков. Однажды я уже застряла в лифте, когда такой борзый курьер пихал свои ноги. Ему-то что – уехал на следующем, а я еще два часа просидела в лифте, пока меня не вызволили ремонтники.

– Я же просил дверь подержать, дамочка! – упрекнул меня наглец, втискиваясь в лифт вместе с барным стулом на колесиках.

Стул он впихнул между нами, и мне пришлось вжаться в заднюю стенку. Курьера я разглядывать не стала – уткнулась в цветы, которые подняла повыше, чтобы не помялись. Лифт тронулся.

– На работе поздравили? – не умолкал парень. – Наверное, в школе работаете?

Я промолчала. Не люблю пустых разговоров. Да и зачем поддерживать беседу, если мы больше никогда не увидимся?

Не дождавшись ответа, парень хмыкнул и отвернулся. А я бросила взгляд на приборную панель, чтобы посмотреть, на какой этаж он едет. Но из-за цветов не было видно.

Лифт остановился, я узнала свой этаж – по рисунку с пальмами и морем во всю стену, его сделала соседка-художница.

– Красиво у вас тут, – похвалил парень.

Но выходить не стал, только подвинулся со своим стулом, когда я протискивалась мимо него с букетом. Я зацепилась носком сапога о его стул и споткнулась, чуть не упав.

– С наступающим, соседка! – пожелал он мне вслед.

Да чтоб он провалился со своим стулом! Я сердито загремела ключами и до меня не сразу дошло. В каком смысле – соседка?! Я пораженно повернулась к нему.

– На всякий случай предупреждаю: у меня завтра вечеринка будет, – заявил борзый. – Пошумим, вы уж не ругайтесь, дамочка.

Я захлопала глазами, глядя на него и осознавая, что передо мной тот самый невыносимый сосед. Блондин с широкими плечами и с модной растрепанной прической, лет двадцати. Высокий, красивый и борзый! Самый худший вариант из всех возможных – первый парень на курсе, который любит потусить с приятелями. Тем более, что отдельная жилплощадь позволяет. Вот я попала!

– Никаких чтоб вечеринок! – рявкнула я. – Хватит с меня того, что я два месяца твой ремонт слушала!