Последний из Первых Миров - Эпоха Тишины. Том 2 (СИ) - Лагутин Алексей - Страница 64

— Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что Дума уже дважды пожертвовал собой ради нас, как это когда-то сделали Нис и Корть, пускай от старого Думы теперь и остались лишь одни злобные доспехи. И коли судьба распорядилась так, и наш герой окончательно потерял личность за Черным Пламенем, мы должны оказать ему последнюю услугу. Мы атакуем его вотчину, и подарим ему достойную смерть в бою. Из уважения к его подвигам. — снова остановился, серьезно кивнув воинам, Чеистум. — Из уважения к его жертве.

С лиц всех Демонов уже давно пропали улыбки, но свет доблести и чести в их глазах светил даже ярче висевшего над их головами солнца, а руки крепко сжимались уверенностью и мужеством. Как по команде они крикнули «Да!», уже совершенно серьезно, громко, и невероятно энергично. Даже Чеистум был опечален тем, что, совсем скоро, им всем придется сделать, и с тем сам от волнения крепко сжимал кулак левой руки, а правой рукой сжимал посох. Только Гоклон продолжал молча улыбаться, глядя на людей впереди, как и на самого Чеистума. Он чувствовал будоражащее их разум волнение, но совсем не чувствовал страха. Под командованием Бога даже новые воины в том строю впереди не чувствовали страха перед именем Думы, которым уже столетия люди по всему миру пугали своих детей. Это воодушевляло и радовало Бога Страха. Пускай он еще изредка поглядывал в сторону двух героев, с которыми, также молчаливыми, они с Чеистумом делили сцену. Волнение девушки переплетал почти подсознательный страх, пускай сама она по-прежнему старалась не выдавать волнения перед куда более спокойным юношей рядом. Но и в нем Гоклон чувствовал страх, и был то страх неизведанного перед собственным прошлым, которого он никак не мог, а иногда и боялся вспомнить.

— Мы выступаем немедленно через правые ворота города, на тропу, что ведет к Лесу Кортя. — уже оживленнее, пусть и так же серьезно, поднимая посох, отправился к огромной карте на двух тонких балках позади Чеистум.

Воины замолчали и начали вглядываться в карту, пытаясь понять, куда там теперь вдруг вышедшим из бутона Завядшей Розы острием указывал сам их командир.

— По этой дороге мы пройдем до этой развилки, и повернем налево, в сторону деревни Кирпичники. Это ближайший к городу населенный пункт, и там мы сможем закончить последние приготовления к штурму. Это родные земли Гоклона, и мы можем использовать часть его информации о них себе во благо. На основе этой информации мы разработали план не штурма, а осады, и для того же я заранее распорядился спрятать под деревней составные части крупных осадных механизмов.

Воины с большим интересом начали перешептываться между собой, чаще всего спрашивая, что это вообще за механизмы, и как они работают. Простые катапульты уже использовались некоторыми Демонами в древние времена, но совсем редко. Всегда было проще ломать стены имтердовых укреплений собственными лбами, чтобы лишний раз не думать о тактиках и стратегиях, все равно не позволяющих людям вести долгие осады на оккупированных врагом землях. Принцип работы баллист был им, наверняка, и без того понятен, сравниваемый с обычным луком, бьющий по баллистической траектории. С требушетами было уже сложнее.

— Среди вас уже присутствуют специально приглашенные мной осадные мастера. Кому из вас будет интересно, что такое требушет, ибо не застал их появления столетия назад, и чем они отличаются от катапульт — спросите у товарищей. — поддев уголок карты снизу острием посоха, с шелестом бумаги перевернул карту Чеистум. — Это карта Эмонсена. Но нас интересует не сам город, а его подступы. В первую очередь, обратите внимание на эти ворота.

На карте город напоминал строением нечто очень похожее на Ренбир, с той лишь разницей, что холм был не в центре города, а ближе к его дальним стенам, совсем не такой большой, и возвышалась там над городом не Пирамида, а огромных размеров хотя бы в высоту собор. Большая дорога шла напрямую от ворот к тому собору, и именно на эти ворота указывал теперь посохом Чеистум.

— Здесь довольно густая лесополоса. — обводил кругом зеленый простор перед воротами слева и справа Бог. — Мы возведем механизмы за деревьями на заранее подготовленных пустырях, и подготовимся к осаде уже там. Снаряды накроют улицы, выходящие из главной дороги, а мы сами отправимся на штурм центральных и боковых ворот, чтобы привлечь все внимание врага к себе. Наша задача — вести не прорыв вглубь города, а показательный штурм без продвижения.

Воины в недоумении начали чесать затылки и бороды.

— Видите ли, дорогие друзья… — решил подать голос и все последнее время молчавший Гоклон, чуть обходя Чеистума сбоку, подходя к карте с другой стороны. — Сражаться с Думой столь обширными силами будет невозможно, и центральная армия имтердов в Первую Войну это отлично показала. Но наша задача заключается именно в победе над Думой, а не в захвате города. Эмонсен — мой родной город, старательно возведенный имтердами, затем захваченный нами. В свое время враг строил под городом дренажную систему, еще сохранившуюся у правых ворот города. Вход в нее можно откопать вот здесь.

Строй смотрел на указанное Гоклоном место уже с большим интересом, предвкушая сбор диверсионной группы, уже заранее желая в нее попасть. Диверсия в тылу врага — для закаленного в боях воина это было даже лучше, чем атака в лоб, ибо сопровождалась большим риском.

— Именно для поддержки диверсионного отряда, который войдет в город этим путем, мы с вами и будем отвлекать внимание врага на штурм городских ворот.

— Задача диверсантов также проста, пусть и не так проста в исполнении. — продолжил уже Чеистум, наконец отходя от карты, подходя уже ближе к краю сцены, глядя на солдат. — Они установят местоположение Думы, и уничтожат его. Так просто звучит, не правда ли? С тем осада города будет завершена, ибо без Думы пораженные Черным Пламенем жители сражаться не будут, и так нами будет достигнута победа.

Кайла и Тиадрам оттолкнулись спиной от опор, на которые опирались, и встали ровнее, даже с некоторым волнением перед подобной публикой ожидая дальнейших слов Богов, которые уже точно будут связаны с ними.

— Это Кайла и Тиадрам. — уверенно указал рукой в сторону наших героев Чеистум, мгновенно переведя так изучающие и заинтересованные взгляды публики к ним. — Они возглавят диверсионный отряд, и лично вдвоем сразятся с Думой.

«Вдвоем?», «Почему они?» — пошел по строю неуверенный шепот.

— Вижу, вы в замешательстве. — перебил шепот толпы Чеистум, так же мгновенно его почти упредив. — Я понимаю. Но уверяю вас, что эти люди единственные среди здесь присутствующих имеют шансы одолеть Думу в равной схватке. Девушка совсем недавно сражалась с Самумом, и, как видите, стоит на этой сцене живая и здоровая. Не многие среди нас могут похвастаться, что, хотя бы, видели сего монстра сами. И лишь единицы пережили с ним бой.

Все поняв, в изумлении многие воины уважительно закачали головой и тихим монотонных «Ооооо» между собой выразили почтение сей храброй и могучей, даже прекрасной в глазах вечно страшноватых Демонов, девушки. Кайла, разумеется, лишь неуверенно кивнула им головой, отвечая на дарованное ими ей внимание. Она понимала, о чем они думали, услышав слова Чеистума о ее бое с Самумом. Лучше было не уточнять, что произошло тогда в Храме Актониса на самом деле, и чем на самом деле кончилась та схватка.

— Юноша многие годы обучался боевому ремеслу лично у нашего старого товарища, Бога Природы Серпиона. Он входит в число воинов, специально подготавливаемых нами для уничтожения сильнейших имтердов, их Генералов и Военачальников. Помимо того, он унаследовал и Красное Пламя, что принадлежало самому нашему герою Кортю.

С примерно той же реакцией, что и на слова о Кайле, уважительным взглядом, уже с немалой радостью и улыбками, воины смотрели на Тиадрама, для вида даже зажегшего в руке небольшой сгусток Красного Пламени, сам воодушевленно улыбаясь, чувствуя себя тогда не иначе, чем вторым солнцем.

— Это первоклассные воины, и мы полностью можем им довериться. — теперь упираясь обеими руками в Завядшую Розу перед собой, кивал Чеистум, пока Гоклон сзади возвращался на свое старое место чуть поодаль. — Им в помощь для нахождения Думы мы хотели отправить еще одного героя, но…