Эффект Эха (СИ) - Граменицкая Елена Владимировна - Страница 9

Если мужчина выглядел как статист балета, то его спутница скорее как героиня сексуальной ролевой игры.

Оба посетителя вид имели нездоровый, под неоновым освещением лица их приобретали землистый, а местами зеленоватый оттенок, оттого ярко накрашенные губы женщины казались зияющей кровавой раной.

Театр Ермоловой находился неподалеку, гости скорее всего были актерами, поэтому странные костюмы и жуткую игру цвета на лицах посетителей Оля списала на театральный реквизит и грим.

Эта версия показалась ей самой вероятной, иначе как еще объяснить появление двух чудиков?

Никто, кроме Оли принять клиентов не мог, две коллеги грипповали, а ее подруга Марина занималась месячным отчетом. Увидев посетителей, Марина многозначительно завела глаза в потолок, мол, сочувствую – это полный трэш, но ничем помочь не могу.

Поэтому Оля нацепила вежливую улыбку, прихватила бланк заказа, прошла в клиентскую зону и невольно поморщилась – в воздухе витал явный запах гнили, словно уборщица забыла вчера вынести мусор с остатками обеда.

Только «артисты» не замечали неприятный запах и оставались «в образе», мужчина развалился на офисном диване, закинув ногу на ногу, и с тоской разглядывал свой облезлый помпон, его спутница листала лежащие на столе туристические каталоги, да так отчаянно, что страницы не выдерживали и рвались.

На появление Ольги оба отреагировали безразличным стеклянным взглядом.

На предложение приготовить кофе или чай – ответили отказом.

– С утра предпочитаем томатный сок, – процедил мужчина в кафтане, оголив редкие пожелтевшие зубы, выточенные в форме клыков.

В голове Ольга закончила фразу – « точнее, с похмелья».

В ее голове метались мысли:

«Что за пьесу ставят в „Ермоловой“, если там играют спившиеся демоны со сточенными зубами? Скорее всего, у мужика вставная челюсть. Шел с репетиции, забыл вытащить? А если, правда, зубы себе сточил, вжился в роль. Осталось тогда вставить в лобную кость рога и пожизненно играть монстров».

Воочию представив на редковолосой голове незнакомца коровье достоинство, Оля улыбнулась и достала их холодильника пакетики с томатным соком. Заодно заглянула в урну, но вчерашнего мусора не заметила.

– Все для наших клиентов. Соль принести? – спросила она и поставила сок перед актерами.

Мужчина передернулся как черт от ладана.

– Соль ни в коем случае!

Фрики с утра пораньше, что баба с пустым ведром или перебежавшая дорогу черная кошка, точно не к добру.

Примета оказалась на редкость верной, а цель визита настолько неожиданной, что версия об актерах из театра Ермоловой скоро разлетелась в пух и прах.

Траурная пара явилась с желанием провести грядущее бракосочетание в средневековом замке.

– Скорее всего, в Уэльсе или Шотландии. Франция отпадает – это уже моветон! Франчи давно не в тренде и все «наши» там побывали, – с невозмутимым видом выдал жених и закатил мутные глаза к потолку.

Кто это «ваши»? Сумасшедшие демоны?

Последовавшие ремарки повергли Ольгу в настоящий шок.

– Нужен замок с призраком. Именно с неупокоенным духом, а не артистом в простыне. Во избежание недомолвок, предупреждаю, мы в «теме» и на дешевый трюк не поведемся. Заплатим за истинное ощущение, чтобы мурашки с кулак! И заплатим сполна, вот, задаток.

И тут мужчина расшнуровал кафтан, достал из-за пазухи внушительную пачку пятитысячных, перетянутых резинкой, и шлепнул ее о стеклянный столик.

Оля догадалась – ее сейчас разыгрывают! Снимают на скрытую камеру, а потом по телику покажут в программе Пельша.

Она внимательно оглядела приемную, костюмы траурных фриков— нет, вроде не видно объектива.

Значит это не розыгрыш?

Перед ней свихнувшиеся богачи? С помпонами и заячьей лапкой. В латексе и в жутком декольте.

Кто они, черт побери?

«Семейка Адамсов»?

«Мистер Адамс» выдвинул новые требования.

Аренда замка под ключ, с приходящим персоналом, поваром, горничными, исключение делается лишь дворецкому, которому позволено остаться с гостями, но запрещено выходить из комнаты по ночам.

Обязательное наличие тринадцати спален, не менее и не более, по числу приглашенных пар, зала с камином, подвального помещения, желательно со склепами, а не имитацией из ритуального салона, в роли бонуса – чердак со старыми фарфоровыми куклами. Без глаз, без ног, и чем больше увечий – тем лучше.

Пока Ольга записывала заказ, по ее спине пару раз пробежался холодок.

Она заполняла бланк, не упуская деталей, мужественно встречала каждое новое условие. Понятно, почему именно в их агентство обратилась пара.

Услышав подробности заказа, уважающие себя консьерж-сервисы уже отказали сумасшедшим клиентам. Но такое удовольствие не входило в правила их компании, недавно появившейся на рынке. «Лампа Алладина» отвоевывала место под солнцем и кусочек сладкого пирога, бралась за все, вплоть до поиска подснежников зимой и снятия звезд с неба.

Стоит директору узнать, что клиентов не обслужили, Ольгу бы уволили в два счета.

Потому, стиснув зубы, Оля записывала все пожелания. В голове пока не складывались варианты, каких партнеров просить, где заказать черный атлас для постелей, несметное количество витых свечей и курильниц с набором благовоний, на каких помойках искать сломанных одноглазых и безногих кукол. Мало того, каким образом организовать бал-маскарад с финальным жертвоприношением.

Слово «жертвоприношение» заставило ее вздрогнуть и оторваться от бланка заказа. Гнилью пахнуло все сильнее.

Оля наклонилась голову, оглядела пол.

Может мышка где-то сдохла? Заползла в уголок и благоухает?

Неужели кроме нее никто не ощущает запах?

Подняла глаза на погрузившегося в жуткие фантазии жениха.

Жених словно прочел ее мысли.

– Чем так вкусно у вас пахнет? Прямо слюнки текут. Трупы клиентов?

Не дождавшись ответа, продолжил:

– Это будет символическое жертвоприношение! Мы следуем нелепым и навязанным правилам. Навязанным извне, что прискорбно. Эти правила заглушают наши истинные порывы. Лишь омытое кровью младенца перевернутое распятие избавит людей от власти церковников. Но нет! Всевозможные запреты, нелепые препоны. Монополия. А у нас своя церковь, Ла Вея Лучезарного.

«Так они сатанисты. Только их не хватало» – догадалась Ольга.

– Итак, жертвоприношение будет символическим? – уточнила она, сохраняя выдержку.

Девушка старалась не смотреть в глаза заказчику, во избежание подхватить от него вирус безумия.

– Зачем по сто раз повторять? Именно – символическим. Словно на масленицу сожжем деревянную куклу, – раздался шелестящий голос, похожий на трещотку гремучей змеи.

Ольга вздрогнула и повернулась к подавшей признаки жизни «мисс Адамс». Неопределенного возраста, легко дать и двадцать пять и сорок, с алебастровой кожей и волосами цвета вороного крыла, женщина нетерпеливо потянулась. Муркнула по-кошачьи томно и выпустила ногти, с треском продырявившие перчатки из латекса. Пробежав коготками по поверхности журнального столика, подмигнула Оле – видишь, как умею!

Мутная пленка упала с глаз незнакомки, приоткрыла почти черную радужку.

«Линзы или тату на радужке это понятно. Но, ногти…» – пронеслись в голове Оли испуганные мысли.

Бледноликая и черноокая мисс Адамс обратилась к будущему мужу.

– Вольдемар, мон шер. Нам пора. Девушка все поняла, все законспектировала. Сегодня она ничего не забудет.

Вольдемар вопросительно взглянул на Ольгу. Его стеклянные глаза приобрели осмысленность.

Новая паническая мысль – «что означает « сегодня она ничего не забудет?», тут же сбежала.

Главное сейчас выпроводить клиентов. Святой воды бы сюда – все опрыскать!

На случай появления подобных демонов надо держать бутылочку.

– Не сомневайтесь. Я сейчас же займусь вашим заказом, подпишите договор вот тут и тут, пожалуйста. И оставьте контактный телефон, я свяжусь с вами как можно скорее.

Мужчина вырвал из Олиных рук бланк, пробежался глазами по тексту и поставил в указанном месте жирный крест.