Вожделение (СИ) - Магдеева Гузель - Страница 29

В офисе кипела жизнь. Я старалась не крутить сильно головой, но внимания избежать не удалось. Секретарь сразу же заметила нас с Ланских, ему улыбнулась так радостно, точно ждала его всю жизнь и, наконец, дождалась, я удостоилась лёгкого кивка в знак приветствия.

Она меня не вспомнила, и это уже хорошо. Сейчас я не была накрашена, как на корпоративе, где могла пересечься с кем-нибудь из людей, встретившихся нам по дороге в кабинет. Но исключать то, что меня узнают до того, как я назовусь следователем или кем-то в этом духе, нельзя.

— Минералки и кофе, — попросил Ланских, пропуская меня первой в свой кабинет.

Большие окна в пол, за которыми крупными хлопьями кружил снег, начисто скрывая от нас город.

Я подошла к ним вплотную, пытаясь разглядеть двор, но с такой высоты казалось, будто здание уходит в снежную глыбу.

— Красиво, — я стояла, прижимаясь лбом к холодному стеклу, спиной ко входу. Слышно было, как открылась дверь, цокот каблуков секретаря.

— Кофе, минералку. Что-нибудь ещё, Максим Евгеньевич? — спросила она, но Макс, судя по всему, мотнул головой, что ничего не надо. Я не видела его, только догадывалась.

Когда девушка вышла, развернулась к нему лицом. Он пил воду из высокого стакана, губы касались прозрачного стекла, а я вспоминала, какой колючий у него поцелуй.

Все, нужно ближе к делу.

— Когда ты позовешь их?

— Позову, — вроде ответил, а вроде и нет. Это его стиль общения, странный и порой очень раздражающий. Он подтолкнул ко мне чашку кофе, я взяла ее аккуратно двумя руками, боясь пролить. Кофе был вкусным, обжигающе-горячим, и пах маняще. Я сделала небольшой глоток, не сводя глаз с Максима. Он зажал кнопку на стационарном телефоне, обращаясь к кому-то:

— Вика, позови Владимира, а потом через пятнадцать минут — Веронику Сергеевну.

Я не стала комментировать его слова. Надеюсь, пятнадцати минут мне хватит.

Первым зашёл мужчина лет тридцати. Крупный, даже грузный, но передвигался на редкость легко. Владимир тоже работал водителем, я слышала его имя в разговорах с Лёшей, но не могла вспомнить ничего, за что можно зацепиться.

— Владимир, с тобой побеседуют по поводу Чернова, — кратко просветил Ланских. Ни представлять меня не стал, ни в объяснения вдаваться. Ну что ж, не особо мне это и требовалось, водитель тоже лишние вопросы задавать поостерегся.

Владимир кивнул мне, сел на стул напротив.

— Скажите, когда вы видели Чернов в последний раз?

— В тот же день, — не задумываясь, ответил он, — мы обедали вместе. А потом разошлись, и все, дальше уже…

Он замолчал, поглядывая на меня, я сделала пометку на сложенном листе белой бумаги.

— О чем вы с ним разговаривали? Может, были какие-то странности в его поведении?

Владимир осторожно скосился на Ланских. Черт, как я не догадалась поговорить с ним наедине? Теперь он если и захочет что-то рассказать, то побоится.

Внутри неприятно кольнуло. А что, если всё-таки не Вадим, а Ланских замешан в этом деле?

— Мы о работе говорили, о женах, я про детей рассказывал. Обычный треп, ничего больше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А что про жену он говорил? — не стоило задавать вопросы про себя, но я не сдержалась. Следователь из меня не очень.

— Что любит, — пожал плечами Владимир, а я карандаш сжала так сильно, что того гляди, переломается.

Спрятала руки под стол, водитель мог заметить мои нервные движения.

Я задала ему ещё несколько вопросов, но ничего нового не узнала. Изредка он смотрел на Ланских, но тот никакого участия в нашей беседе не принимал. Сидел, уставившись в экран ноутбука, пальцы летали над клавиатурой что-то быстро печатая.

— Спасибо, — кивнула, наконец, я Владимиру. Разговор, как и предполагал Максим, занял ровно пятнадцать минут. Нострадамуса хренов.

Настроение мое, и без того не особо радостное, стало хуже ещё на несколько пунктов.

Прежде, чем начать разговор с Вероникой Сергеевной, я повернулась к Ланских.

— Максим, — сказала, — мне надо, чтобы ты вышел. Я хочу поговорить с ней наедине.

Он так хлопнул крышкой ноутбука, закрывая его, чудом не сломал. И если я считала его спокойным, то поняла, что внутри у Максима настоящий пожар страстей.

Он подошёл ко мне близко, опустил ладони на стол по обе стороны от меня. Наши лица были так близко, что я чувствовала его мятное дыхание.

— А ты не обнаглела, девочка? — произнес он таким тоном, что я должна сразу же капитулировать.

Черта с два. Я подалась ему навстречу и медленно повела головой из стороны в сторону:

— Ещё не совсем.

Глава 41.

Я знала, что обнаглела.

Я читала это на лице Максима, я видела в глубине его зрачков плохо скрываемое раздражение.

Обычно он контролировал свои эмоции лучше. Быть может, только что я зашла за край.

Но сегодня моя стратегия — идти напролом.

Мы смотрели друг другу в глаза. Долго.

Мне хотелось, чтобы он сорвался. Чтобы его обычное хладнокровие изменило ему окончательно. Пока он сдерживался, мне сложно было его понять.

В принципе, Ланских добился от меня того, чего хотел изначально — секс между нами случился, пусть немного странный. Не дикий и необузданный.

Не знаю, даже. Рациональный? С моей стороны точно нет, с его — непонятно.

Я бы и дальше продолжила его провоцировать. Но мне нужно было поговорить с бухгалтером. И все ещё с глазу на глаз.

— Тебе есть что скрывать от меня?

Ни один мускул не дрогнул на его красивом лице. Каменная маска, за которой снова спрятались все эмоции. Ланских не хотел раскрываться.

— А может, ты боишься, что у мужа были от тебя маленькие грязные тайны?

Его губы расплылись в улыбке, но глаза по-прежнему оставались холодными и серьезными.

— Что?

Захотелось отодвинуться. Глупости. Не было у Лёши от меня никаких тайн, я бы знала. Он простой, как три копейки… был. А Максиму просто захотелось меня уесть.

— Или ты думала, что только у тебя могут быть секреты?

Он вышел, оставив последнее слово за собой. Я бы возразила ему, я хотела возразить.

Но слова застряли в горле.

Если я обманывала, не занимался ли тем же Леша? На первый взгляд, ему нечего было от меня скрывать. Но когда зерно сомнения посеяно, любой факт можно притянуть за уши…

— Сукин ты сын, Ланских, — пробормотала я. Он все верно рассчитал. Теперь я постоянно буду об этом думать.

Вероника Сергеевна вошла через пять минут. Я почему-то ожидала увидеть главбухом женщину в возрасте, крупную, солидную. Почему-то именно так, мне казалось, должен выглядеть типичный главбух.

Но Вероника мне понравилась. Высокая, стройная, с темными густыми волосами, подстриженными в каре. Она носила круглые очки, в духе Гарри Поттера, за прозрачными стеклами скрывались умные и внимательные глаза.

— А я вас помню, — кивнула она, занимая свободный стул. Голос у нее тоже был очень спокойный и располагающий, — мы за соседними столиками на корпоративе сидели.

Теперь и я вспомнила, почему ее лицо казалось знакомым. Моя легенда не выдержала никакой критики.

— Я вам буду благодарна, если вы не будете говорить остальным, что я жена Лёши.

— Хорошо, — согласилась она. — Такая трагедия… мне очень жаль. Соболезную.

— Спасибо, — на такие слова я не знала как реагировать. «Спасибо» звучало по-дурацки, а что ещё скажешь? Почему-то в ее присутствие думать о Лёше было больно. В носу щипало, и прикусила щеку изнутри, чтобы переключиться. Нельзя здесь разрываться, это будет полное фиаско.

— Вы, наверное, хотите узнать про тот день? — подсказала она, перенимая инициативу. Я кивнула пару раз с благодарностью, почти справившись с собственными эмоциями.

— Все было как обычно, мы не в первый раз ездим в этот город. Там находится наш филиал, подразделение новое, и пока все встаёт на ноги, приходится лично контролировать. С водителем, потому что так безопаснее, везти с собой документы, иногда деньги, — она посмотрела на меня, может, боялась, что сказала лишнего? Я кивнула, подумав, что не зря настояла на том, чтобы мы беседовали вдвоем. Рядом с Ланских сложно быть разговорчивым.