Тебя больше нет (СИ) - "Mother Fox" - Страница 141

Стеклянные глаза уставились в темный свод подземного зала. Казалось, в них умерла жизнь.

Джинни снова рухнула на колени и разрыдалась. Сквозь слезы она нашла в себе силы приложить пальцы к шее Гермионы. Слабый пульс бил в подушечки пальцев рыжей.

- Что здесь произошло? – раздался голос зельевара за спиной гриффиндорки.

Джинни вытерла глаза и отпрянула от тела подруги.

- Все кончено, ее больше нет.

- Нет, нет, нет! – закричал Северус Снейп, подбегая к Гермионе Грейнджер. – Нет, этого не должно было случиться! Моя Гермиона!

Он прижал ее тело к себе, как когда-то прижимал бездыханное тело Лили.

- Гермиона жива, – сказала Джинни. Теперь о Гермионе было кому позаботиться. – Она просто без сознания.

Маг посмотрел на бледное лицо лежавшей у него на руках девушки.

- Ты уверена?

Джинни молча взяла руку Снейпа и приложила к шее подруги. И зельевар почувствовал. Почувствовал, как под его пальцами бьется жизнь.

- Но как? – спросил маг.

- Я произнесла непростительное заклинание. Вы теперь оповестите Министерство?

Снейп внимательно посмотрел на Уизли.

- Есть в жизни вещи, за которые можно простить даже самые непростительные заклинания.

Джинни грустно улыбнулась и прошептала тихое «Спасибо».

- Нам надо уходить, – уже решительно произнес маг, поднимая обмякшее тело Гермионы, с которого уже исчезли путы.

- Для того чтобы выйти отсюда, не нужно знать парселтанг, – сказала рыжая, посмотрев куда-то в сторону. – Но с Гермионой на руках мы не сможем выйти через Подземелья. Я выберусь на Молнии через люк и позову кого-нибудь, чтобы вас встретили.

Снейп внимательно осмотрел девочку. Он пытался понять, где она прятала метлу. Джинни, заметив это, как-то печально усмехнулась и протерла лицо грязной ладонью.

- Метла у входа. Я ее оставила в кустах. Догнать Герм… Беллатрису было быстрее на метле.

Зальевар молча кивнул, и направилась к выходу тем путем, которым пришел. Дождавшись, пока Северус Снейп исчезнет в водостоке, Джинни сказала:

- Теперь покажи мне, где спрятаны твои вещи. Я обещаю, что позабочусь о них.

Дух Октавии Тиммонс, девочки, которая тоже пострадала от рук Тома Риддела, предстал перед глазами Джинни Уизли.

- Ты сидишь на этой плите, – отозвалась Октавия.

Джинни Уизли отползла в сторону и с трудом отодвинула кусок ровного булыжника. Под ним оказался маленький браслет из крупных синих бусин и потрепанный старый дневник, которые лежали на старом деревянном стуле с давно порванной обивкой.

- Это ведь не хоркруксы, верно? – спросила рыжая.

Дух отрицательно покачал головой.

- Октавия, – позвала Джинни. – Боюсь, нам придется попрощаться с тобой прямо здесь и сейчас. Все это время тобой руководили гнев и жажда мести. Таким духам, как ты, здесь не место. Извини.

Октавия Тиммонс понимающе кивнула и улыбнулась. Гриффиндорка произнесла заклинание и дух девочки обратился в пыль. Блестящие, как серебро, блестки осыпались на Джинни.

- Да упокоится твой дух с миром, Октавия.

***

Гермиона Грейнджер открыла глаза. Яркие солнечные лучи освещали больничное крыло. Девушка посмотрела на фигуру с длинными рыжими волосам, сидевшую на ее кровати, которая поедала шоколадных лягушек.

- Ты так похожа на своего брата, – тихо произнесла Гермиона и улыбнулась.

Джинни замерла и повернулась к Гермионе.

- Какое счастье, ты проснулась, – обрадовалась подруга, не заметив, как одна из лягушек ускакала по больничному полу в неизвестном направлении.

- Так мы снова дружим?

- Мы никогда и не ссорились, Гермиона, – виновато сказала Джинни. – Я знаю, что это делала Беллатриса.

- Беллатриса, – в голосе Гермионы прозвучала нотка ужаса.

- Не бойся, ее уже нет. Я убила ее.

- Ты?

- Да.

- Но откуда…

- Помнишь, когда осенью ты оказалась в больничном крыле? Мы с ребятами вызвали дух Октавии Тиммонс ради развлечения, но она решила остаться и рассказала мне о Беллатрисе. Но и Октавии больше нет. Ее жажда мести многое сломала в моей жизни, да и в твоей тоже.

- А хоркруксы, их уничтожили?

- Хоркруксы, – усмехнулась Уизли, – это были не они, это были просто вещи Октавии. Она хотела, чтобы их нашли, чтобы прочитали ее дневник. Но МакГонагалл все равно вызвала Авроров, чтобы они удостоверились, что все в порядке.

- Выходит, директор знает, что произошло.

- Да, и знаешь, она не в восторге.

- И неудивительно, – улыбнулась Гермиона.

- Знаешь, что она сказала, когда Гарри и Рон прилетели в школу? Она сказала, что с вами тремя всегда одни проблемы. Когда кто-то из вас находится даже на расстоянии мили отсюда, то хорошего не жди, – потом Джинни рассмеялась.

- И ради этого нужно было столько жертв?

- Давай не будем об этом. Лучше расскажи мне, как давно у вас это все со Снейпом.

Гермиона Грейнджер вспомнила о том, что ей было плохо перед тем, как произошли последние события.

- Что с Северусом? – паника в ее голосе буквально требовала ответа.

- Успокойся, с ним все в порядке. Принимает экзамен по ЗОТИ вместе с Йоргенсеном у третьего курса. Так что у тебя с ним?

- Я не знаю, – смутившись, ответила Грейнджер.

- А мне кажется, все понятно, – лукаво улыбнулась Джиневра.

- Что тебе понятно?

- Много чего. Знаешь, он думал, что ты умерла.

- Наверно радовался…

- Он испугался, что потерял тебя.

Гермиона Грейнджер покраснела и опустила глаза. Выходит, он все это время врал. Так искренне, что она даже поверила в его безразличие. Гриффиндорка отвела взгляд в сторону, улыбаясь чему-то своему.

- Джин, – обратилась вдруг Гермиона к подруге. – Как ты смогла избавиться от Беллатрисы?

Рыжая напряглась и опустила голову.

- Я использовала Аваду, – грустно произнесла она.

Чувствуя, что это как-то печалит Джинни, Гермиона потянулась к ней и взяла за руку. Рыжая продолжила рассказывать:

- Самое ужасное, что я ничего не почувствовала. Ни страха, ни ужаса – ничего. Я просто знала, что это единственное верное решение. – Уизли сжала руку подруги. Видимо, воспоминания не доставляли ей удовольствия. По голосу было слышно, что слезы подступают к глазам.

- Ты все сделала правильно, – подбодрила ее Гермиона.

- Правильно? – Джинни подняла голову и посмотрела на белую ширму, отделявшую кровать Гермионы от других. – Разве это не значит, что я могу просто так взять и убить. Хладнокровно.

Гермиона отрицательно покачала головой.

- Нет. Ты просто истинная гриффиндорка. Ты могла выбрать любой факультет сама и шляпа бы тебя послушалась, но она чувствовала твое сердце. И оно выбрало Гриффиндор. Ты посчитала это решение верным, потому что тебе подсказало сердце. Это уже случалось в прошлом, и ты знала, что это сработает.

- Ты говоришь про Гарри?

- Да, но Гарри был защищен хоркруксом, а ты…

- А я видела перед собой Беллатрису, а не тебя.

- Вот именно, Джинни, – Гермиона подсела чуть ближе и обняла подругу. – А теперь помоги мне разобраться с этой горой сладостей, потому что одна я все не осилю.

Гермиона Грейнджер указала на гору коробочек с всякими батончиками и мармеладками, которые прислали ей далеко не Трелони или Йоргенсен, а друзья.

- Да, кстати, Гермиона, можно я кое-что у тебя спрошу? – спохватилась Джинни.

- Спрашивай.

- Помнишь урок по Амортенции? Ты мне так и не ответила, какой у тебя четвертый запах?

Гермиона Грейнджер смущенно улыбнулась и ответила, опустив глаза:

- Приятный запах трав, который исходит только от профессора Снейпа.

***

Началось лето и потянулось время, когда все ждали выставления оценок за экзамены. Уроков не было и была целая неделя, когда можно было делать, что душе угодно. В один из таких теплых дней Гермиона принесла Хагриду браслет и дневник Октавии Тиммонс. Добродушный великан долго рыдал, предаваясь воспоминаниям. Во избежание проблем Гарри и Рон, прибывшие в Хогвартс, проверили предметы на наличие черной магии, но браслет и дневник оказались чисты.