Дингир (СИ) - Касперович Виталий - Страница 41

Оставшееся теплокровное создание почти выбралось из своей куртки. Тот, находясь в стрессовой ситуации, не понимал, что с ним вообще произошло; он лишь дёргался и мотался из стороны в сторону в интуитивной попытке: “идти на свет”.

Раш быстро вынул пистолет у лежащего тела и на развороте швырнул. Этот металлический бумеранг отличался от предыдущего, так как Раш кинул его с большей силой.

Цыган ничего не видел и во тьме он ощутил резкую сильную боль, что начала отыгрывать в ноге, как медвежий капкан. Снаряд превратил малоберцовую кость в раздробленный щебень. Раздался приглушённый курткой крик, а затем падение.

Раш быстро подполз и провёл удушающий захват со спины…

“Фухх! — прозвучал Нибрас. — Когда надо только вырубить врага — это та ещё морока! А вот вырубить при поднятой тревоге и ещё сделать это незаметно…”

“Нибрас, что на тебя нашло? С чего это вдруг ты так взбесился?”

“Хе! — остро произнёс Нибрас. — Извиняться не стану!”

“Мне не нужно твоё извинение, Нибрас, меня интересует лишь причина”.

“Недавно… моя память начала восстанавливаться”.

“Ты про те воспоминания, когда ты был в Аду?”

“Да. И я вспомнил одну деталь… очень неприятную деталь… В Аду я был посмешищем. Ни как шуты у королей, а скорее, как официантка, что раздаёт всем вкусности”.

Раш слушал его и прятал бессознательные тела в кабинку под номером: “5”.

“Я всегда следовал только их желаниям, был организаторам развлечений для каждого демона: плоть, декорации, инвентарь, души. Я был грёбанной шестёркой в Аду!”

“Так вот почему ты так бурно среагировал на одну лишь мысль о порицании в твою сторону?.. — Раш самокритично вздохнул и добавил: — Извини, Нибрас”.

“Да я сам психанул. Я не должен был вываливать это на тебя”.

“Как бы то ни было… сейчас ты гораздо сильнее, чем тогда. Явись перед тобой хоть сам Дьявол — ты и его разорвёшь на куски”.

“Ну, его вряд ли”.

“Это пока что… не забывай, Нибрас — мы то, что эволюционирует. И нам нет конца. Я хочу донести до тебя мысль, что ты теперь сильнее всех низших демонов и вероятно даже своих хозяев, поэтому тебе следует оставить их в прошлом”.

“Вот как у тебя получается так здорово поддерживать хорошее отношение к себе? Ведь из тебя импат такой же важный как хер бумажный. Но глядя на все твои успешные манипуляции: Пак, Мика, те два горе киллера, мафия…”

“Чтобы качественно манипулировать другими, нужно просто верить в свой разум и верить в отсутствие разума у других. Эмоции — это математика. Как бы человек не наслаивал на эмоции что-то возвышенное, он только усиливает своё лицемерие… И как бы это парадоксально не прозвучало: для меня самая заметная маска — это маска притворства. Люди настолько лицемерны, что потеряли сами себя. Поэтому у обычного человека нет и шанса избежать моего контроля”.

“Да, вот только когда ты начинаешь думать о Мике, то всё. Твой контроль над собой становиться вялым, а контроль над другими и подавно приобретает очертания вонючего, старческого, сморщенного, как ненадутый воздушный шарик и висящего между ног как…”

“Я понял тебя, Нибрас”, — прервал Раш, положив третье тело к остальным в пятую кабинку.

Наконец он смог покинуть эту белую арену, и дверь тихо закрылась с наружной стороны.

Запах сигарет в этот раз был слабым — пары спиртного встали им на замену. Голосов так же было меньше, и все они доносились только с первого этажа. Раш прокрался к лестнице и осторожно осмотрел тамошних обитателей: Круглый стол в центре, но ближе к стене, за ним сидело трое цыган; и три стула пустовали. Алкоголь, оружие, денежные свёртки. Они играли в карты. Однако, несмотря на высокий приоритет в области торговли наркотиками, у этих бандитов не было ни грамма белого порошка.

Наклонив голову чуть вперёд, Раш заметил и четвёртого цыгана. Этот стоял особняком, и его лицо было сконцентрировано на некой задаче. Или этот грозный образ всего лишь был вызван автоматом в его руках, калибр которого казался довольно болезненным.

“Ого, ты видишь этого монстра у него в руках?” — спросил Нибрас.

“Да, вижу. Один выстрел и нам точно конец. Думаю, он главный телохранитель наркобарона”.

“Тогда сам наркобарон точно один из этих ребят”.

“Вон тот, который сидит у стены”.

“И как ты это понял? Ведь у них даже одежда похожая?”

“Когда один человек говорит с другим, то 55 % информации они получают из невербальных сигналов. То есть — без слов, но при помощи микромимики, жестов, движений, поз и т. д. А в сфере: “начальник и подчинённый”, таких различительных сигналов просто целая куча, вычленить их было очень легко”.

“Раз ты такой умник, то у тебя уже должен быть и план: как их разделить, да?”

“Разделить их действительно придётся, но пока я не знаю, как”.

“Раш я задам странный вопрос: кого хрена ты до сих пор не надел маску? Или что: это очередной твой сегодняшний тупизм?”

“Нет. Просто я хочу кое-что проверить… Хм, иногда я будто специально выбираю самый сложный путь”.

“Не знаю, что ты там удумал, но это можно было проверить и с другим лицом. Не со своим. Попросил бы Шельму снова наколдовать тебе новое лицо”.

“Она может использовать это заклинание, только один раз в полнолуние. И обычно те вещи, которые я прошу её сделать, она переносит очень тяжело. Я хочу, чтобы Шельма приберегла свою энергию для одного конкретного случая”.

“Какого?”

“Для ритуала, который приумножит нашу демоническую силу вдвое”.

“Ого!.. А разве человек на это способен?!”

“Я же пропускаю твою силу через себя и впоследствии использую её. Почему ты считаешь, что Шельма этого не может?.. Я даже больше скажу: её разум должен лучше справляться с контролем тёмной силы, чем мой”.

“Понятно. И ты специально ждёшь до последнего? Ведь чтобы воспользоваться этим умножением мы должны порядком отожраться и тогда эффект от этого заклинания будет гораздо сильнее”.

“Я бы сказал, что он будет победным… Да Нибрас, я сделаю это в самом конце, чтобы раздавить Пака”.

Лидер цыган закрыл глаза и обхватил свою шею, начав её массировать. Потом он медленно встал из-за стола, в процессе случайно ударив по нему коленом.

“Все признаки усталости и алкогольного опьянения на лицо. Он не спал примерно 25 часов”.

Зевнув, он обратился к тому крупному телохранителю с автоматом — тот ответил. И потом цыганский наркобарон ушёл в другую комнату.

“Отлично, овечка осталась беззащитной!”

“Да, вот только её стерегут трое пастухов, и у них в арсенале есть не только палки”.

“Мика бы здесь пригодилась да, Раш?”

“Да. Когда присутствуют две фигуры, то количество стратегий многократно возрастает”.

Раш ухватился за потолочную балку и сжал её настолько сильно, что пальцы вдавились в дерево, будто металлические клещи. Потом он перекинул ноги через лестничные перила и повис на одной руке. Поджав ноги для незаметности, он вцепился и левой рукой в балку, а далее Раш начал передвигаться по ней вперёд как по рельсе. В итоге он оказался поверх того круглого стола.

“Я не вижу, где здесь можно бесшумно спуститься” — сказал Раш. И поджав ноги ещё сильнее, он ступил ими на потолок, будто на пол.

“Тогда нам стоит напасть на того громилу с автоматом, — предложил Нибрас. — К тому же он самый трезвый из всех”.

“Дельная мысль, Нибрас, незаметное нападение — одна из немногих тактик, где силами противника можно пренебречь. Однако если мы поднимем шумиху, то нам придётся сражаться и со всеми, кто стоит снаружи. Будет бойня, в которой наш шанс на выживание составит примерно 17 %”.

“Даже если ты используешь Ауру?”

“С ней уже 38 %”.

“Ну а если ты освободишь меня?”

“100 %. Но это крайний вариант”.

Раш словно паук пополз дальше по потолку. Прекратив движения над дверью, куда ранее вошёл лидер цыган, он внимательно осмотрел окружение. Оно было угловым, а за спиной Раша находилась выпирающая из стены колонна.

“Раш, как ты думаешь, он уже заснул?”