Когда мертвые открыли глаза (СИ) - Панасенков Вадим - Страница 17

А ведь Настя верит в меня…

Глава 10: У порога врат

Постановление старост вызвало неоднозначную реакцию. Кто поддержал его, а кто открыто выступал против, но все сводилось к одному — вялотекущей жизни в поселке пришел конец. Старосты на время закрылись в своей резиденции, Ивар же, то и дело устраивал проповеди и вещал, вещал, вещал о скором спасении, он так же пытался затащить меня в церковь, чтобы воочию показать пастве спасителя, но я всеми правдами и неправдами отбрыкивался. Создавалось впечатление, что Ивар паразитирует на образе мессии, чтобы привлечь еще больше народу в церковь. Затем ко мне в хлев заявился представитель старост, и настоятельно рекомендовал, пока не закончат с приготовлениями, не выходить за пределы данного сооружения. И прежде, чем я успел, что-либо ответить, представителя, как ветром сдуло.

Вот те на! Это что получается, теперь — я узник? — Возмущению не было предела. — “Настоятельно рекомендуют”- где только таких словечек понабрались!

Но иного выхода не было, если я хочу поскорее покинуть это место, то должен придерживаться навязанных властью правил.

Прошло несколько дней, и вот мы, с большей половиной жителей поселка, стояли у порога, перед запертыми вратами, и с нетерпением ожидали открытия. Если подумать, то совсем недавно, это считалось самым тяжким преступлением, но вот через какие-то считанные минуты, сами же старосты нарушат данное правило. За железным занавесом находился, тот самый мост, а так же механизм, способный опустить разведенные створки — связав два берега воедино. Практически никто из местных не остался равнодушным к этому событию. Старосты не исключение. Они с недовольным видом стреляли взглядами, то в меня, то в Ивара, последний не скрывал собственной радости и изъявлял желание без промедлений выдвинуться на тот берег. Правда планы несколько изменились, и теперь нас шло не четверо, как указывалось ранее в документе, а шестеро. Это Ивар настоял. Проповедник рассчитывал повести всех своих последователей, но услышав отказ, заупрямился. Потребовались сутки, чтобы Ивар принял предложение. Вот и сошлись на шестерых.

— Ты живой. — Подошел ко мне Тимофей Иванович, и, заливаясь смехом, по-дружески, похлопал по плечу.

— А что, должен быть мертвым. — Я сделал удивленное лицо и уставился на старца, но этот седовласый плут с легкостью выдержал взгляд.

— Да что может случиться-то. — Смеялся Тимофей Иванович. — Поселок у нас тихий, спокойный. Тебе нужно неупокоенных бояться, а не живых.

Ну, учитывая то, что именно старец подослал убийцу. Бояться, конечно же не следовало, о нет-нет. Интересно, Тимофей Иванович знает о провале Андрея? Если же знает, то в старейшине умер хороший актер. Староста некоторое время болтал со мной, затем откланявшись, пошел к проповеднику, чтобы уточнить кой-какие детали.

Из толпы вынырнул Андрей. В руках, у которого, было неизменное ружье погибшего отца.

— Ты, наверное, и спишь с ним. — Я кивком головы указал на ружье, на что Андрей ответил.

— Я с тобой иду. — Сказав это, парень перевесил ружье на другое плечо, и плотнее прижал к себе, как парень прижимает любимую девушку.

Я опешил, признаюсь, данное заявления меня озадачило:

— А как же сестра? — Спросил я. — Что с ней будет, если ты погибнешь!

— Я хочу отомстить за отца. — Решимости парню не занимать, даже ни один мускул на лице не дрогнул. — Я для себя уже все решил.

— А кто еще идет? — Поинтересовался я.

Я увидел это сразу. Андрей как-то замялся и погрустнел, затем собрался с духом и ответил:

— Должен был идти Антон, но его группа наткнулась на неупокоенных, парни тогда очищали территорию. Антон и еще один сейчас в коме, остальные погибли. Кто еще идет, я не знаю.

Переживая за Настю, мне не хотелось видеть Андрея в нашей группе. Поэтому, первым делом, принялся отговаривать парня от глупой затеи. Шансы вернуться живыми, с нашей вылазки равнялись нулю. Но упертый и упрямый Андрей был категоричен.

— Твое право. — Наконец-то сдался я. Отговаривать Андрея бесполезно, поэтому, оставалось только одно — надеяться, что с ним будет все хорошо.

— Настя верит в тебя. — Вдруг произнес ее брат. — И… эта вера передалась и мне. Если сможешь. То… спаси нас…. Спаси НАСТЮ.

Я ничего не ответил Андрею. Просто оказался не в силах подобрать нужные слова. Ситуация с вылазкой становилась все более непредсказуемой. И мой, на первый взгляд, хорошо обдуманный план, давал трещину. Я всего лишь хотел перейти мост, а далее, оторвавшись от группы, пойти своей дорогой. Да! Я хотел бросить всех, признаю. Проповедника не жаль. А Андрея? Что же будет с Настей? Жизнь и так не простая штука, и если, что-то случится с её братом, то сестра пропадет, сгинет в этом жестоком мире.

Я запутался… запутался настолько, что не мог выбрать один, из множества продуманных мной вариантов событий. А мысли так и вовсе смешались в непонятную кашицу. Захотелось отвлечься. Оглядевшись, мне на глаза снова попался Тимофей Иванович, он стоял в сторонке и наблюдал за происходящим.

— О, это снова вы, Влад. — Поприветствовал старец, когда я подошел к нему.

Все же у меня осталась парочка вопросов к этому седовласому прохвосту, чтобы полностью определиться в собственном выборе.

— Почему после провала Андрея, вы снова не пытались меня убить. — Выстрелил прямо в лоб я. И стал наблюдать за реакцией.

Но староста не смутился, а наоборот, повеселел, даже заулыбался. Старец осторожно осмотрелся, и убедившись, что нас никто не слышит, ответил:

— Почему же, пытались. — Махнул он рукой. — Яд в еду сыпали.

— И что? — Спокойно ответил я.

— В том-то и дело, что ничего. — Старик поник. И с опаской посмотрел на меня. — Совсем ничего.

Думаю, Тимофей Иванович сильно удивился, когда я, отведав отравленной стряпни, остался живым и здоровым.

— И на этом все?

— Знаешь… странник… — Старик подошел вплотную и шепнул на ухо. — После этого, я поверил словам Ивара…

— И ты туда же, старик. — Устало промолвил я.

— А не чудо ли это! — Воскликнул он, но тут же взял себя в руки. — Не знак ли, о котором постоянно упоминал наш безумный пастырь???

На трибуну поднялась представитель старейшин. Это, та самая женщина, которую я наблюдал в административном центре среди остальных старост. Тогда женщина была не многословной, но ее харизма запомнилась мне больше остальных. На вид дамочка была той еще стервой. Надменность так и сочилась со всех щелей. Женщина, аккуратно подняла подол платья, взошла на трибуну и поднятием руки, прекратила все разговоры разом.

— Друзья, полагаю вы уже осведомлены, почему мы здесь собрались. — С ходу начала представительница власти.

— Ясень пень. — Хохотнул кто-то. Но под тяжелым взглядом старосты, тут же прикусил язык.

— Видит Бог, мы, СТАРОСТЫ, всячески отговаривали Ивара от данной затеи. Так же, мы предупреждали об опасности. Но увы многие из вас, в том числе и Ивар, настояли, чтобы мост был опущен. — Женщина недовольно фыркнула, но продолжила. — Старосты пошли на уступки и вот через четыре года, после ужасной трагедии, мы снова решили соединить две половинки моста и открыть путь на тот берег.

— Ура!!! — Закричали из толпы и женщина в красном снова недовольно сморщилась.

Данная затея была ей не по душе. Сомнения терзали женщину, имя которой я так и не удосужился узнать. Железная леди — так я прозвал ее про себя. Ее здесь боялись и ее уважали. Как лихо староста успокаивает народ одним лишь взмахом руки.

Тем временем староста продолжала:

— Мы выбрали шестерых добровольцев, которые согласились войти в логово врага…

Поселяне радостно загудели. Предвкушение грядущего подпитывало людей и дурманило рассудок. Каждое слово старосты воспринималось на ура. Толпа радовалась! Толпа пребывала в эйфории!

Обведя взглядом толпу, цепкий взгляд старосты остановился на проповеднике:

— Ивар, выйди вперед. — Приказала она.