Рабыня черных скал (СИ) - Кальби Иман - Страница 16

– Ты хотел видеть меня, Зверь… Ну что ж, вот она я, получай…– развела руки в сторону, то ли с вызовом, то ли жадно впиваясь в него глазами.

Он сидел за обеденным столом, явно ожидая ее. Окинул тяжелым взглядом. Задержался на вырезе…

– Не устала воевать? Может быть, отложишь в сторону свои ментальные копья и поешь со мной?

– Не откажусь,– она прошла к столу, виляя бедрами, села за приготовленный для нее массивный стул напротив мужчины, с удовольствием и аппетитом тут же принялась пробовать богато украшенные блюда, от которых стол ломился.

Он улыбался, наблюдая за ней.

– Смотрю, тебе пришлась по вкусу еда моих земель.

– Да, еда замечательная,– ответила Иллирия, не прекращая есть и не церемонясь со Зверем, – хоть что– то мне здесь нравится.

– Только еда, Лира, а мой член?– усмехнулся, приподняв кончики чувственных губ.

– Ммм… – деланно задумалась,– в последний раз все было так стремительно, что я не успела распробовать… – намекая на то, как он жестко поимел ее в рот.

– Могу дать попробовать тебе снова…– принял он ее словесный вызов,– хотел оставить на десерт, но если ты настаиваешь…

– Разве мне там что– то осталось? Было ведь, кому попробовать… А объедки я не доедаю…– вскинула голову, смотря в него смело и решительно. Дерзко.

– Ревнуешь…– усмехнулся довольно.

Иллирия лишь скептически приподняла одну бровь, намекая на абсурдность его догадок…

И все равно, Зверь был явно доволен ситуацией… Хотя мрачные, нависающие угрозой флюиды, исходящие от него, не давали покоя…

– Слышал, ты проявляла интерес к происходящему на моих Землях, Лира… К форме организации управления… Так что скажешь? Какова твоя оценка?

– Честно?– немного откинулась на спинку стула, имитируя расслабленность, прожевала еду и аккуратно вытерла рот,– я думаю, что твоя власть продлится очень недолго, Зверь… И дело даже не в том, сколькие люди из числа свергнутых правителей кровно ненавидят тебя, как это делаю я… Дело в другом… Ты ставишь на тех, кто ниже по социальной лестнице, беднее и слабее… Очевидно, они охотно поддерживают «освободителя»… Только полученный таким образом успех недолговечен… Пойми, что самое главное, самое естественное и очевидное качество любого человека– ненасытность… Завтра те, кого ты освободил и возвысил, перестанут довольствоваться тем, что ты им дал… Потребуют большего… А еще они займут место тех, кто притеснял их «до»… И тогда у тебя появится вдвое больше врагов, потому что всех тех, кого ты сверг, уничтожить «под корень» не сможешь… Твой план провален, Зверь… И время твое уходит…

Он смотрел на нее и улыбался… Мрак в глазах словно усиливался, но он пока держал его в узде.

– Твой голос меня очень сильно возбуждает, Иллирия. Продолжай…

– Я закончила…– ответила отставив приборы, – на этом все или сегодня ты тоже будешь меня терзать?

Встала из– за стола, с гулким скрежетом по полу отодвинув стул.

– Я не разрешал тебе вставать… – его голос стал более резким, гортанным.

– Приказывай своим наложницам, Зверь…

– А кто ты, если не наложница?– резко встал сам, преодолевая расстояние между ними. – Все сказала, что хотела? Точно?

Лира молчала, с вызовом смотря на него. Ее грудь в слишком откровенном платье предательски соблазнительно вздымалась в такт дыханию.

– Хорошо, тогда начну говорить я.– многозначительно опустил глаза на вырез…– Ты шла из «сада развлечений» до моих покоев неприкрытая…– не спрашивал, констатировал…

Ну вот они и подошли к главному. А Иллирия удивилась, почему это он все это время молчал… Она даже ненароком расстроилась… Так хотела вывести его из себя… В очередной раз ослушаться глупого приказа… И почему только ей нужно было натягивать на себя этот убогий черный плащ, закрывающий даже ее лицо, если все остальные девушки передвигались по замку свободно и фривольно одетыми… Подумала даже, что это Эсмер решил перестраховаться, что Зверю наплевать на то, как она ходит… Но нет, оказывается… Он выжидал… Вынашивал очередной изощренный ответ…

– В твоем наряде ни одной красной детали… Почему? Тебе не сделали платье с красными элементами? Или не дали украшений?

– Почему же… Весь мой гардероб похож на одежду, снятую с мясника после рабочего дня… Я сознательно выбрала платье без твоей символики… Я не надену ничего красного, Зверь… Я не твоя… Я не поддерживаю тебя… Ты можешь сколько угодно уродовать меня своими стигмами и пирсингами, заливать спермой, но от этого я не стану одной из твоих подданных…

Его взгляд жадно, но недобро прошелся по ее лицу, опустился по телу, задержался на туго обтянутой кожаным ремнем талии… А потом снова поднялся к золотой броши, которая красовалась у нее на груди. И как он ее сразу не заметил? Всему виной сияние свечей, которое отсвечивало от сверкающих нитей, вплетенных в черное полотно платья? Или это золотой блеск ее глаз затмевал даже настоящее золото?

– Что это такое?

– Это символ моей власти, Зверь… Знающие люди поймут… Брошь аллоридов.

– Откуда?– теперь его голос стал глухим, даже немного хриплым…

Она молчала… Грудь Зверя так клокотала, что ей все– таки стало страшно. Невольно сделала шаг назад.

– Эсмер!– раздался громкий крик Эмиля, буквально сотрясший стены его покоев.

Не прошло и мгновения, как в дверях появился испуганный евнух.

– Откуда у нее на груди эта брошь?

– Гггг… господддииин…– его зубы застучали. На глазах, как смогла заметить Иллирия к своему ужасу, проступили слезы…

– Я забрала ее у твоего стражника! Он отдал мне ее, потому что я обещала его поцеловать! – закричала Иллирия, выступив вперед с вызовом,– оставь Эсмера в покое. Он ни при чем… Это наше с тобой противостояние… Не его…

Эмиль засмеялся… С каждой секундой его смех становился все громче и раскатистее… Под конец он перешел в рык.

Бедный евнух дрожал, как лист на ветру. Иллирия с ужасом взирала на происходящее, сожалея о своей выходке.

– Стража!– закричал Эмиль.

В комнате тут же появились двое мужчин.

Зверь с силой схватил Иллирию за локоть и подтолкнул к стене.

– Стой спиной ко входу. Не смей сверкать перед ними своими прелестями!– прорычал ей прямо на ухо, оглушив. Она содрогнулась. От него исходила такая дикая ярость, что на место браваде и решимости пришла робость и кротость…

– Держать его…– раздалась очередная яростная команда.

– За то, что ты позволил ей идти по дворцу, как шлюхе, десять ударов кнутом!

Иллирия зажмурилась. Каждый раз, когда воздух рассекал неприятный свист, обрывающийся глухим ударом и громким всхлипом мужчины с мягким женственным голосом, она вздрагивала. Казалось, секут ее… Как же она такое натворила… Зачем подставила Эсмера, единственного благожелательно здесь настроенного в отношении нее человека, под удар… Просто из– за своей гордыни, из– за разжирающей внутренности злости на себя… Он пытался заставить ее ревновать… Что же, она тоже может… Даже не прикладывая к этому усилий…

Наконец, удары затихли.

Бедный Эсмер стонал, явно страдая от нанесенных безжалостной твердой рукой Зверя увечий…

– Уведите его в его комнату… Обработайте раны.– а потом обратился к Эсмеру, корчащемуся от боли,– Впредь я ожидаю от тебя неукоснительного выполнения моих приказов, иначе закончишь так же, как старуха Герра…

– Так, а ты останься,– обратился он к стражнику, на груди которого зияла дыра. Он понял, это тот самый несчастный, кто осмелился посмотреть на нее…

– Иллирия, обернись,– последовал его жесткий приказ. Она молча повиновалась, словно ноги сами ее толкали ему подчиняться, вопреки желаниям головы. Правда, сейчас и голова была готова покорно склониться перед его яростью…

– А теперь смотри, что будет с любым, кто осмелится смотреть на то, что принадлежит мне…

Ее мозг даже не успел воспринять информацию, которую он озвучил. Потому что то, что последовало дальше, выбило почву из– под ног, заставило в ужасе распахнуть рот…