Босс под елкой (СИ) - Вельская Мария - Страница 12

— Детей заведем, когда оба будем к этому готовы, согласен, — меня снова приобняли, поглаживая пальцами шею и вызывая приятные мурашки, — но я уже не мальчик, Нора, я говорил тебе, — меня обожгли жгучие темные глаза, — я готов отвечать и за свои слова, и за свои дела. Я готов к ответственности. Я готов пойти на компромисс. Но, Нора, пожалуйста, и ты меня пойми. Я не хочу скрывать свою девушку от родных. Антонио, как сорока, уже все равно всем растрезвонил. Я не хотел тебя беспокоить, но мои близкие мечтают увидеться с моей девушкой. Я никогда не представлял им никого в таком качестве и тем более не давал понять, что готов жениться, и…

— Тсс, — прижала палец к губам. Его тут же бессовестно лизнули, вызвав смешок, — Чезаре… Чез, ты и так для меня делаешь гораздо больше, чем я вообще могла мечтать. Неужели ты думаешь, что я бы отказалась от знакомства с твоими родственниками?

Говорю — а у самой волосы почти дыбом встают. Богатые итальянские бизнесмены и намекающий на свадьбу Чезаре… Испытание для моей нервной системы, однако! Честное слово, будь он обычным генеральным даже — и то было бы проще! Да, его дядя и тетка (на самом деле родня куда более дальняя, но Чез сам не вдавался в подробности их родства) отнеслись ко мне по-доброму, но это не значит, что его родители будут так же рады подобной невестке.

К тому же, я ещё и в компании его работаю. А Чез отпускать в другую отказывается наотрез. В чем-то любимый итальянец действительно так и остался ужасным диктатором. Впрочем, учитывая, что мне позволялось все, кроме увольнения и переезда из его квартиры — смешно так говорить! Как будто я сама рвалась!

— Птичка моя невеличка, — Чез вдруг трется щекой о мою ладонь.

К горлу подкатывает ком. Таких не бывает. Просто не бывает. Господи, неужели мама мне у тебя вымолила этого нереального мужчину?

— Чез, не надо. Это пустяки, — говорю почти сердито, чтобы он не заметил блестевших в глазах слез.

— Это не пустяки. Нора, моя семья — это моя жизнь. Bellezza per un giorno e bontà per sempre. Красота быстротечна, а доброта — вечна, — меня целуют в уголок губ. — Ты делаешь то, чего боишься, то, чего тебе совсем не хочется делать, ради меня. Тебя не прельщают мои миллионы, ты предпочитаешь простоту роскоши, а свои переводы и книги — салонам красоты и светским раутам. Я не смог бы найти женщины лучше, даже если бы весь мир объехал, Нора, — Чез смертельно серьезен.

Меня поражает, как Чезаре умудряется говорить самые пафосные вещи с таким видом, что ему веришь. Это кажется естественным, как дыхание.

А у меня щеки горят. Каждый раз, когда мне кажется, что я его знаю, мой итальянец выдает что-то новое. Тут заработаешь, пожалуй, комплекс неполноценности на фоне чужого совершенства! Зато какой стимул «догнать и перегнать»!

— Чез, я все понимаю, но давай ты все-таки поумеришь свой поток комплиментов, — отзываюсь, посмеиваясь, а не то…

Не успеваю договорить. У Чеза разрывается телефон. «Mamma Maria» намекает на знакомство с родственниками, и крик в трубке это подтверждает.

— Сын, мы будем сегодняшним рейсом. Пришли за нами машину. Разберёмся, что за провинциальная нахалка решила тебя окрутить. Я предупреждала отца, чтобы он не вздумал тебя отпускать в эту дикую страну! — врывается с треском и шорохом экспрессивный женский голос.

Ну, слава Небу, а то я уже беспокоиться начала, что все слишком благостно! А это просто мама мужа, тьфу ты, Чеза на горизонте не появлялась.

Чезаре хмурится, искоса глядя на меня. Понимает, что жаркий спич его матери я мимо ушей не пропустила и все поняла. Каждое слово. Внутри вдруг тонко-тонко зазвенела нить доверия. Неожиданно для себя я поняла, что мне важно знать, что ответит Чез.

Он безумно любит свою семью, я это знаю и никогда не смогу встать между ними. Но все-таки… все-таки мне важно знать, что и я ему дорога. Дорога достаточно для того, чтобы… что? Я и сама не знала, что может взрослый состоявшийся мужчина ответить на такую речь матери.

— Мама, я безумно рад тебя слышать. Но, во-первых, — голос Чеза был спокойным, но от новых странных ноток я невольно передернула плечами и отошла в сторону, собираясь и одеваясь. У меня тоже на сегодня были планы.

День рабочий, но после работы хотели с Алькой в кафе сходить…

— Во-первых, у меня есть свои дела и обязанности, поэтому лично встретить я вас не смогу при всем горячем желании, — мой итальянец экспрессивно жестикулировал в такт словам, — во-вторых, можешь не напрашиваться ко мне домой, потому что я прекрасно знаю — у отца здесь давно куплена запасная квартира.

— И, в-третьих, — лицо Чеза похолодело, — мне не семнадцать, чтобы выслушивать твои наставления и советы по поводу девушек, мама. Я очень люблю и ценю тебя, но настоятельно попрошу воздержаться от подобных выражений в адрес моей Норы. Я говорю это в первый и последний раз…

Чез махнул мне рукой, подмигнув, и вышел в соседнюю комнату.

Я поспешно бросилась одеваться и собираться, понимая, что у нас ещё есть все шансы успеть на работу вовремя! Сегодня должен быть интереснейший проект в сфере искусства. Большая совместная постановка российского и итальянского оперных театров. Чезу заказали какую-то технику, оборудование для выступлений, а к нашему отделу перевода обратились с интересным предложением по поводу перевода сценария и его адаптации для российских зрителей.

Я уже предвкушала работу в любимой мной теме, поэтому, выбросив из головы настырную Беатрис Нери — мать Чезаре — забросила в себя пару бутербродов, запила чашкой какао и собрала нам с собой перекусить пару контейнеров с поджаренной в духовке курицей, салатами и бутербродами про запас. А что? Бутербродов мало не бывает!

Чез вернулся спустя десять минут уже полностью одетый. Хлебнул заваренного мной кофе, улыбнулся, поцеловал в макушку.

— Мать не посмеет тебя обидеть, обещаю, — посмотрел серьезно, — была просто в моем прошлом одна неприятная история, — он махнул рукой, — с тех пор иногда на неё нападает синдром наседки. Обычно она адекватная.

— Это хорошо, что у тебя есть мать, — ответила с нажимом, — всегда хорошо, когда есть те, кто заботятся о тебе и переживают.

— Птичка моя, — Чез на мгновение прикрыл глаза. Не знаю, пришелся ли ему по душе мой ответ — иногда по лицу босса было ничего не разобрать, — едем. Я знаю, что у тебя сегодня важный день. Удачи со сценарием! Если все получится — обещаю, тебя ждет приятный сюрприз, — подмигнул мне уже в машине Чезаре.

И тут же стал серьезным.

— Спасибо. Когда… — запнулась, то все же продолжила, — приезжает твоя мама? Она приедет к нам домой? — ох, только бы не сегодня!

— Не волнуйся, раньше завтрашнего дня нас точно никто не побеспокоит, отец проследит, — успокоил меня Чез.

Офис встретил суетой, деловитой и упорядоченной и радостными возгласами коллег. Работа закрутила, завертела, да так, что я выбросила утренний разговор из головы. А зря! Потому что в обеденный перерыв, который для меня наступил в четвертом часу, меня ждал неожиданно неприятный сюрприз…

Часть 7. Маленькое нашествие большого монстра

Я отпустила Любочку, свою неизменную в последнее время помощницу на обед. Тоже студентка, и очень способная, если только преодолеет свою извечную рассеянность и неуверенность в важных вопросах — цены ей не будет! Лингвист из неё очень талантливый! А ещё говорят, что провинции небогата на кадры. Да ещё как богата! Просто нужно знать, где искать.

Любочку я нашла, например, в магазине косметики, где она подрабатывала консультантом. Просто услышала, как она щебечет по телефону на английском, как на родном, абсолютно свободно и беззаботно — и не смогла пройти мимо. Чез, к слову, моим «приобретением» был очень доволен. Так я получила себе бессменную помощницу, а компания — прекрасного специалиста.

Все коллеги так или иначе заняты, Чез на встрече, на этаже высшего руководства было тихо и спокойно.

До тех пор, пока по коридору не разнесся стук каблуков. Да-да, буквально в течение пяти минут стало вдруг очень шумно. Послышалась итальянская речь, захлопали двери, как будто к нам приехала целая труппа актеров! Я даже с расписанием успела свериться — но нет, никого сегодня принести не должно было, да и не пустят просто так в здание без договоренности. Тогда это что такое?