Генерал для попаданки (СИ) - Карагина Юлия - Страница 12

— Вам нужно поговорить с Владимиром. Как наследник он должен вам сообщить нечто важное. Он говаривал, что сделает это позже.

Саша удивилась.

— Разве я упомянута в завещании? Мне сказали, что я не имею права рассчитывать на приданое.

— Вот увидите брата и сможете узнать поподробнее.

Саша расстроилась: значит, Немировский не хочет оставлять ее в полку. А то, что она может рассчитывать и на княжеский титул, и на приданое, ее не волновало. Это могло бы заинтересовать только настоящую Анну, но не ее, самозванку.

Глава 8

Возвращались к привязанным лошадям неспешно, говорили о разном. Полковник вспоминал время, проведенное в имении Тугиных, Саша поддакивала. Когда всплыло имя Сержа, она почувствовала, что разговор перестал ее спутнику быть интересным. Но посчитала нужным добавить:

— Аврора уже не испытывает к нему прежнего чувства. Наоборот.

Немировский искоса посмотрел на нее.

— Зачем об этом говорить? Она мне написала то же самое.

— Да, она повторила и мне эти слова дважды: до ее похищения и после, в день моего отъезда.

— Почему же она передумала приехать?

— Ну, не знаю. — Саша солгала, ведь невозможно было полковнику знать, что те, кто вначале рассчитывал на Аврору, теперь передумали и к сотрудничеству с ними привлекли ее. — Она сказала, что будет ждать вас в отпуск.

После этого Немировский замкнулся, был хмур и за ужином. Сказал, что видел Григория на постоялом дворе, где тот и заночует.

Отодвинув прибор, он с бокалом вина пересел в кресло. За круглым столиком и Саша выпила чаю со сладостями. Робко спросила, известно ли, когда он ожидает приказ о новом назначении.

— Да, вот-вот прибудет. А насчет вас, Анна, могу решить, только когда его получу.

— Понятно. Понимаю также, что вы считаете меня авантюристкой. Я не хочу настаивать на своей просьбе. Я просто рада, что вы приняли меня, мой маскарад вас наверняка развеселил. Хотя вы хотели бы видеть на моем месте другую женщину…

Тут Немировский прервал ее:

— Анна, зачем вы все время повторяете одно и то же?! Извините меня, но готов прямо сказать вам следующее.

Он резко встал и в раздражении прошелся вдоль обеденного стола, с которого слуги уже убрали приборы. Саша замерла.

— Из вашего рассказа следует, что вы обманули княгиню, обманули вашего отца. Как мне не думать, что вы обманываете и меня?!

«Боже, как он умен! Ведь почувствовал, что я лгу…» С этой мыслью Саша тоже встала, не зная, как дальше себя вести.

— Я обманываю вас, вы верно это заметили, — дрожащим голосом начала она говорить, — это трудно было не заметить. Если говорить правду, я ищу выхода из своей ужасной ситуации. Не могу я смиренно принять ту судьбу, которую уготовили мне… И если быть честной до конца, я хотела бы просить вас… на самом деле…

Тут Саша споткнулась на слове. В горле встал ком, и она закашлялась. К стыду своему расплакалась. Закрыла лицо рукой. Все переживания, страхи последних дней сказались на ее самочувствии, и слезы хлынули потоком

Немировский остановился возле нее и, казалось, не знал, что ему делать в этой ситуации. Саша не могла остановиться. А нужно было просто вытереть глаза, щеки, нос и успокоиться. Полковник протянул ей свой платок. Всхлипывая, Саша вернулась в кресло. Он присел рядом, подвинув стул, и Саша увидела в его глазах жалость и сочувствие.

Ей вспомнилась реакция Николя на пляже — он тоже жалел ее. Вот кого можно было просить о том, о чем она решила попросить Немировского сейчас. Ох, если бы не эта организация, не эти двое незнакомцев со своими инструкциями! И она со страхом произнесла эту просьбу, в которой не было ни капельки лжи — сейчас она была одновременно и настоящей Анной, и самой собой, Сашей из будущего:

— Полковник, на самом деле я прошу вас … чтобы вы женились на мне… Нет, нет, не взаправду! Чтобы женились фиктивным браком… Чтобы ни княгиня, ни отец не принудили меня сочетаться браком с человеком, который хочет купить меня!..

Тут она осмелилась взглянуть на Немировского. Он застыл, изумленно взирая на нее.

— Да… и этот маскарад был ложью… вынужденной. — Саша с раскаянием смотрела в глаза полковника. — Я понимаю, что никто не возьмет меня, женщину, на службу в действующую армию. Была бы я простой женщиной…. можно было бы попроситься поварихой… Да-да! Я умею хорошо готовить! Я часто на кухне бывала… у повара княгини училась…

И тут же осеклась и сказала мысленно себе: «Ох, Саша, когда ты остановишься и перестанешь лгать, вернее, воображать себя бедной Анной?! Какая же ты дура! Скажи, что ты, а не Анна, на самом деле чувствуешь к этому человеку!»

— Но нет! Мне нужна защита… Мне нужен такой человек, как вы! Другого такого человека нет!.. Это самый верный способ спасения! Поймите же вы!

Саша закрыла лицо платком, и удивилась тому, что снова из глаз полились слезы.

Полковник молчал. Потом, задумавшись, присел на столик, который под его весом затрещал. Он вскочил и ругнулся под нос. Вконец растерянный он снова заходил по комнате. Подошел и сокрушенно вздохнул.

— Вот что я подумал… Во взаимоотношениях с женским полом нашему брату служивому нужно быть осторожным. Немало было порушено судеб на этой почве… Пришлось в этом убедиться. Лучше будет, если я приму вас своим ординарцем… Как думаете, Анна? Справитесь?

Саша не ожидала такого благоприятного исхода. Вот как сильно действуют женские слезы на дворян-мужчин! Она отчаянно закивала головой:

— Да, согласна. Я справлюсь, если научите меня… Я смышленая. Буду очень стараться.

Их взгляды встретились, и его карие взволнованные глаза засмотрелись в ее черные, влажные от слез глаза. Саша смотрела на него преданно и благодарно, вера в него помогала ей так, что она даже забыла, для чего оказалась рядом с ним. В его взгляде она уже не нашла подозрительности, а наоборот, смотрел он с мягкостью и прощением.

Но эта минута длилась недолго. Полковник вздохнул и отошел от Саши. Уже сухо предложил ей пройти в свои покои и перед дверью пожелал доброй ночи.

Утром после завтрака он познакомил ее со своим адъютантом Дубровиным, молодым поручиком, чем-то напомнившим Саше Николя. Его, светловолосого и голубоглазого, даже звали так же — Николаем. Он-то и сообщил Саше, что была почта, а стало быть, сегодня уже станет известно, какая судьба ждет их полк. Также передал просьбу полковника, чтобы он познакомил ее с обязанностями ординарца: находиться рядом с командиром, быть всегда наготове, беспрекословно исполнять его задания. Ему же, адъютанту, немало надо отлучаться в гарнизон. Познакомилась Саша и с денщиком Немировского, его звали Никитой, который доставил ей воинское обмундирование.

Оба подчиненных Немировского уважительно, но почти по-домашнему называли его и по имени: наш Дмитрий Алексеевич: «Полковник Дмитрий Алексеевич доверил мне ваше обучение»; «Наш господин Дмитрий Алексеевич завсегда добр, не пожалеете, что станете его ординарцем».

И тут Саша забеспокоилась о Григории, ведь ему было приказано сразу отбыть в имение. Никита, отосланный ею на постоялый двор, придя, сообщил, что Григорий ранним утром ждал ее у ворот. Схватив головной убор, Саша решила встретиться с ним.

Григорий ожидал ее, был готов отправиться в дорогу. Лошади были готовы, дрожки начищены, а сам Григорий миловался с хозяйкой на высоком крыльце постоялого дома. Увидев Сашу, обеспокоенно встретился с ней и, выведя за ворота, задал вопрос:

— Госпожа Анна, все решилось? — Облегченно вздохнул, когда она кивнула головой. — У меня для вас есть письмецо.

Саша вскрыла конверт, в письме все тем же почерком, что и в прошлых двух, было написано: «Сегодня в полночь у конюшен». Так что ничего нового в тексте письма Саша не увидела. Григорий был рад отложить поездку до завтра, к тому же он знал о предстоящем ночном разговоре — она была уверена в этом.

— Григорий, как ты получаешь эти записки? Видел, кто это был?

— Госпожа Анна, не знамо как, но завсегда находил их в моем кармане.