Стая. Ковчег 5.0 - Пинчук Алексей - Страница 16

Полный недоумения и обиды вопль первого часового. Шаг вперед, левая рука выдергивает винтовку из рук второго преследователя, и как только оружие меняет владельца, следует удар ножом в сердце. Неяркая вспышка – и убитый исчезает, открывая мне путь к пока еще живому преследователю. А вот оборачиваться на шум ему неудобно – застрявшая нога мешает. Повторяем операцию с винтовкой и освобождаем врага от мук. Все, можно дышать… Скоро этот мир пополнится двумя голыми напуганными переселенцами. А двумя работорговцами стало меньше.

А вот и новый сюрприз от этого странного мира: под ногами остались лежать вещи убитых. Как можно быстрее надеваю штаны, прямо через ботинки, накидываю китель, остальное в вещмешок и бегом отсюда.

У самой кромки леса я рухнул под густой куст и стал лихорадочно осматривать одну из винтовок. Вторая болталась на ремне за спиной, если честно, я на нее и не рассчитывал, но не бросать же теперь. Оружие здесь стоит дороже человеческой жизни, так что неудобство придется потерпеть.

Так, что мы имеем? Длинная, неудобная смесь железа и дерева, да еще и весит как хороший пулемет. Я такие только в музее видел. Магазин на пять патронов, как меняется – непонятно, потом разберусь. Затвор корявый, после каждого выстрела нужно дергать назад и загонять патрон в ствол. Ладно, хватит привередничать, если бы хоть такой не добыл – что бы сейчас делал? Лопатой кидался? То-то и оно.

В лагере работорговцев легкая суета, трое, скорее всего смена с разводящим, не спеша трусят к лесу, высматривая своих товарищей, увлекшихся поимкой беглеца. Ну а чего им волноваться, у них оружие, а у жертвы нет. Ну-ну. А вот и пулеметчик. Ствол повернул к лесу, а сам вальяжно развалился на крыше маяка и наслаждается жизнью. Ему бы еще сигарету для полноты картины, но в новом мире такого не предусмотрено. Кажется… Вот с тебя мы и начнем.

Хлопнул выстрел, и пуля высекла искры из камня под пулеметчиком. Перезарядка. Выстрел – и кинувшегося к оружию врага отбрасывает назад. Перезарядка. Пулеметчик вскакивает на ноги, на мгновение замирает, приникая к прицелу, и исчезает с хлопком третьего выстрела. На этом мое везение кончилось. Кустарник задрожал от попаданий, и я, выстрелив наугад, попятился за ближайшее дерево. Все, война на сегодня закончилась. Выщелкнув из винтовки единственный патрон, я убрал его в карман и, бросив винтовку, пополз в лес. За спиной разгоралась канонада.

План дал трещину в тот момент, когда в этом мире что-то изменилось и вещи перестали исчезать вместе с убитыми, просто в тот момент я этого не понял, радуясь выпавшей из преследователей одежде. А потом было поздно. Пулемет не исчез вместе с убитым пулеметчиком, и его подобрал кто-то другой еще до того, как я смог покинуть место перестрелки. И патронов этот кто-то явно не жалел, перестав стрелять, только когда преследователи добежали до леса. И вот теперь я бежал со всех ног, преследуемый по пятам бандой из десятка человек, которым даже темнота не мешала находить мои следы. Бодрость уже приближалась к нулю, когда я узнал тот участок леса, в котором впервые появился в этом мире. Похоже, мой «последний и решительный» откладывался. Резко свернув вправо, я ускорил бег, буквально спиной чуя взгляды преследователей. Проклятая луна…

Распадок, по которому я впервые вышел к реке, появился внезапно, и я, рискуя сломать ноги, со всех ног рванул вниз, перепрыгивая крупные камни и обваливая целые лавины щебня. Все, я внизу. Укрыться за камнем и взять на прицел спуск. Больше здесь в округе спуститься негде, так что подождем.

Первым в прицеле появился вольфар. Так вот почему они не отставали. Он меня чуял, зараза… Выстрел – и Мухтар отправился на перерождение. Какой-то он дохленький, на пулеметчика больше пуль понадобилось. А вот и второй, и тоже исчезает в тусклой вспышке. Теперь затаиться и ждать, пока бодрость не восстановится. Сверху раздаются редкие выстрелы, но, похоже, бьют не прицельно, пока боятся высовываться. Или отвлекают, пока основная часть группы ищет обходной путь. Ищите, ищите. Тратьте бодрость, а я отдохну. Без вольфара им меня не догнать. Да только интересно, сколько народу осталось в лагере?

– Эй, Сильвер, это же ты? Сдавайся, и останешься жив! – о как, впервые за всю погоню со мной решили поговорить. – У тебя патронов с гулькин нос осталось, надеяться не на что.

– А для чего, чтобы в клетку попасть?

– Ну зачем же так сразу? Посидим, поговорим. Нам такие бойцы нужны!

Не скажу, что у меня не появились сомнения, но я задавил их в зародыше. Должны же у человека, даже такого, как я, быть принципы? А может быть, я не был уверен, что мне простят убитых этой ночью… Так или иначе, я мельком глянул на шкалу бодрости, выстрелил на звук голоса и как можно тише пополз вдоль скалы. У меня было несколько минут форы и четыре патрона.

Удалившись на безопасное расстояние, я поднялся на ноги и побежал вдоль реки, внимательно посматривая по сторонам и выискивая подходящее место для новой засады. Наконец искомое обнаружилось: заросли густого кустарника, выступающие далеко на песчаный берег. То, что нужно. С размаху опустившись на колени, я достал лопату и в несколько взмахов набросал под кустом продолговатый бугорок. Теперь берем запасной китель из вещмешка и изображаем засадный полк, состоящий из песчаного чучела, вооруженного подобранной здесь же палкой, и страха преследователей. Не бог весть что, но в потемках сойдет. Теперь бежим дальше.

Выстрелы за спиной раздались, когда я отдыхал, сидя на песке, восстанавливая бодрость. Долго они возились со спуском к реке: не хотели рисковать.

Задумка с засадой позволила мне точно определить, где противник, и я сумел без лишней нервотрепки восстановить бодрость, не опасаясь, что враг неожиданно выскочит из-за очередного поворота реки прямо сейчас.

Оставшийся путь до лагеря бандитов я преодолел в более спокойном темпе, с небольшим запасом времени. А вот и баржа. Здесь все без изменений, один часовой у леса, один на барже и проклятый пулеметчик на крыше маяка. Где они берут патроны? Взять бы одного живым да порасспросить с пристрастием… Нет, даже пытаться не буду. Если мне сейчас удастся угнать баржу, это уже будет подарком судьбы.

Луна, которая так досаждала мне всю ночь, словно решила извиниться за свое поведение и даже сделала мне подарок как раз в тот момент, когда я брал на прицел пулеметчика. Как? Да просто спряталась за тучи, мгновенно увеличив мои шансы выжить на порядок. Вздохнув с облегчением, я забросил винтовку на спину и пригнувшись побежал к барже, торопясь укрыться за ее бортом раньше, чем вредное ночное светило передумает и вновь выглянет на свободу. Раньше, в старом мире, после этой пробежки я бы замер, восстанавливая дыхание, а здесь все просто – никакой одышки, просто бодрость падает, и все. Так что, продолжая дышать бесшумно, я быстро вскарабкался на баржу и укрылся за одной из клеток. Интересно, а зачем они на ночь закрывают их брезентом? Словно и вправду попугаев везут. Ладно, потом, все потом… А вот и спина часового. Закрываю ему рот рукой, одновременно несколько раз втыкая нож в спину. Исчез он на третьем ударе, оставив на палубе бесформенную кучу одежды.

Продолжая прятаться за клетками, ползу к катеру, но на середине пути замираю и, развернувшись, возвращаюсь. Вот и каюта шкипера, к сожалению, пустая. А вот теперь можно и на катер. Надеюсь, что мне удастся его достаточно быстро завести и сдернуть баржу с мели.

Дверь кабины открылась без скрипа, и вот я уже на сиденье водителя. Что тут у нас? «Флажок» вместо ключа зажигания, несколько рычагов и большой руль. Или штурвал, как там у них, мореходов, правильно? Впрочем, как ни назови, смысл тот же. Бортового компьютера нет, сканера отпечатков нет, техника на грани фантастики… Ладно, начнем. Выкарабкиваюсь из неудобного кресла, поднимаю винтовку и выцеливаю пулеметчика. Выстрел, перезарядить и бросить винтовку на пол, сейчас она будет только мешать. Катер завелся, как только я повернул флажок, а вот дальше начались трудности… Рычаг газа я определил сразу, а при попытке двинуться с места едва не загнал баржу еще дальше на мель.