Его воля (СИ) - Богушева Екатерина - Страница 14

— Нет, — отталкиваю от себя Волка. Часто дышу, смотрю в раздраженное лицо мужчины.

— Что, «нет»? Ты здесь для этого. Будь добра выполнять то, что написано в Коране, будь моей женой! — недовольным тоном говорит он мне, снова пытаясь повалить меня на кровать.

— Нет-нет-нет, подожди! — зажмуриваюсь, ударяю его кулаками по спине.

Я так не могу. Я не хочу. Я не готова. Мне нестерпимо хочется выбраться из-под этого тяжелого тела, вжимающего меня в кровать. Я не понимаю, что со мной происходит, почему под этими совершенно новыми для меня ласками я ощущала себя словно мороженое, которое готово растечься лужицей у ног мужчины. Снова пытаюсь спихнуть с себя мужчину, продолжаю отчаянно стучать кулаками по широкой спине, в надежде избавиться от него. Мне необходимо остаться одной, обдумать произошедшее. Неожиданно все заканчивается. Я вновь ощущаю лёгкость и прохладу, что приходят на смену гнетущей беспомощности и бессилию. А когда открываю повлажневшие от надвигающихся рыданий глаза, наблюдаю картину: Волк, вскочивший с кровати после моих слабых, не способных причинить ему вреда сопротивлений, мечется по комнате, задевая мебель, снося все на своем пути.

— Да что с тобой такое? — рычит он на меня. — Что тебя не устраивает? Я же чувствовал твоё возбуждение! Ты…я ведь не применяю силу. Цветочек я не делаю тебе больно! Что не так?!

— Нет, — мотаю головой. — Тебе хотелось так думать. Но нет. Ты привык, что все женщины готовы прыгнуть в твою постель. Ты даже не учитываешь мои желания! А я…я не хочу тебя.

— Значит захочешь! — Волк явно был зол, его прямо передергивало от злости Он собирается поиметь меня против моей воли. Нет…что же делать?!

А потом у меня в голове промелькнул интересный такой план. А что если…если мне обмануть его…

Я присела, согласно кивнула — Ладно…ты ведь любишь меня, и я лучше буду с тобой чем с твоим папашей…но…ты ведь не будешь со мной грубым, да Волк? Я просто очень сильно тебя боюсь…

— Я никогда не причиню тебе боль… — Волк в мгновении оказался рядом — Клянусь, я буду настолько нежен с тобой насколько смогу сдерживаться, я ни с кем и никогда не был нежен, а с тобой буду…клянусь…

— Тогда… — я легла на подушки и закрыла глаза… — Иди ко мне…

Волк не заставил себя долго ждать. Его руки заскользили по моему телу, а губы нежно накрыли мои, он с жадностью впивался в них, все настойчивее и грубее становился его поцелуй…А руки медленно расстегнули ширинку на моих брюках, и стянули их с меня…Боже мой…как же страшно! А ЕСЛИ У МЕНЯ НЕ ПОЛУЧИТСЯ ПЕРЕХИТРИТЬ ЕГО?!

— Расслабься…просто расслабься цветочек…все хорошо, я так долго этого ждал…посмотри на меня

Я открыла глаза, он обхватил руками мое лицо — Ты так дрожишь…замерзла? Сейчас я тебя согрею…Ты никогда не пожалеешь о том, что станешь моей, я тебе клянусь. В моей жизни было много, да чего врать, очень много женщин, но я выбрал тебя…и буду с тобой навсегда…

Я сглотнула… «Боже…, да он реально втюрился, что же делать?! Он так просто не сдастся, но я тоже так легко не сдаюсь!»

— Поцелуй меня… — я провела ладонью по его щеке, скользнула вверх по высокой скуле…

— Попроси меня еще раз… — с придыханием зашептал Волк, опаляя кожу на шее своим пряным, горячим дыханием — Скажи, что любишь меня…скажи что хочешь быть моей…обещай, что, когда я войду в тебя ты будешь кричать мое имя!

— Обещаю… — зашептала я, глядя ему в глаза обещания, которые не собиралась сдержать!

— Обещай, что полюбишь меня…а я…каждый наш раз сделаю незабываемым…ты для меня как фарфоровая дорогая ваза, Вася, я клянусь что буду пылинки с тебя сдувать… Обещай, — его рука скользнула мне в трусики и я вздрогнула когда его палец приласкал меня там — Обещай что все это только мое…что никто и никогда не посмеет прикоснуться к тебе? Обещай, потому как я обещаю, что все это только мое…ты только моя и ничья иначе…

Он не договорил, просто принялся покрывать поцелуями мою шею, а его палец стал поглаживать мою промежность…

Блиин…блиин…блииин!!! Ой-ой-ой… Я слегка сжала ноги…

— Не надо меня бояться, тебе понравиться… — Волк все же вынул руку из моих трусов, но тут же начал их с меня стягивать за резинку… — Ч-ш-ш-ш-ш…спокойно, расслабься…

Его губы вновь накрыли мои, а я обвила руками его шею, незаметно дотянулась кончиками пальцев до статуэтки стоявшей на полке…сжала ее в руке и…

— Хочу тебя… — страстно зашептал он и принялся покрывать поцелуями мое лицо, Господи помоги!

С размаху я огрела его этой небольшой медной статуэткой его по затылку

— Ах ты ш… — только и успел выругаться он, и грохнулся на меня…

— Скотина! — я кое как скинула его с себя, подобрала с пола вещи и пулей выскочила из спальни. Забежала в свою спальню, забрала документы и карту. Натянула брюки и…выбежала прочь из дома…

14

Птицу можно поймать. Но можно ли сделать так, чтобы клетка была ей приятнее вольного воздуха?

"Душа — она как птица, ей в клетке не сидится. Лишь только если клетка та — любимые ладони, в которых та душа — ручная, и ей не надо воли. И если хочешь в живых остаться — Иди за место под солнцем драться. Закон зверинца — убойся плетки, но есть и право — грызи решетки!"

***************************

Неделя спустя

Василиса

Я медленно шла по магазину, блуждая между рядами супермаркета и складывая в тележку необходимые продукты и вещи первой необходимости, ведь из дома я сбежала абсолютно ни с чем. Лишь только карта, на которой было теперь мое состояние, а из документов удалось в состоянии шока найти лишь паспорт, на мне был тонкий серый топик и черные слегка протертые на коленях джинсы. Поэтому в том же торговом центре я купила белую теплую кофту и кожаную куртку.

Новые, белые кроссовки, потому как бежала и вовсе в тапочках, и кое-что из средств личной гигиены. Пришлось остановиться на квартире у одной русской женщины, с которой я совершенно случайно познакомилась на вокзале…поняла что ехать мне никуда сейчас нельзя, да и останавливаться в отеле тоже опасно, они ведь могут вычислить меня по карте…Поэтому с самого начала я сняла немного денег рядом с домом и оказавшись на другой части города, просто расплачивалась наличными.

Расплатившись за покупки, я поймала такси и накинув на голову капюшон кожаной куртки, села в машину. Такси остановилось возле шестиэтажного дома. Я вышла из машины и…входя в подъезд совершенно случайно налетела на девочку лет шести. Едва не сбила ее с ног…

— Прошу прощения

извинился передо мной красивый, темноволосый молодой мужчина. Взял девочку за руку и кивнул

— Эбру, мила, идем…

эти двое явно были отец и дочь, так похожи были их глаза. Серые, прекрасные и одинаково печальные, словно в них отражалась такая боль…Мужчина надел темные очки и вместе они прошли мимо меня… Квартиру я снимала у женщины, которая, как и я была русской. Ее муж был политологом и работал здесь при правительстве, но потом его убили и она осталась здесь одна с тремя детьми.

Сейчас же дети ее выросли и у нее даже есть трое замечательных внуков. Зоя Ахматова с радостью согласилась пустить меня пожить в принципе за небольшую плату в ее довольно немаленькой квартирке. Ну а что, Турция это вам не Россия, здесь в априори маленьких домиков или квартир не бывает, все довольно просторные и даже если некоторые и не роскошные, то довольно все без исключения комфортабельные. Зоя как раз готовила ужин, когда я вернулась с покупками.

— Зоя, я дома.

я кинула ключи на трюмо с зеркалом, которое стояло в коридоре.

— Ой как хорошо!

Эта милая пятидесяти пятилетняя женщина, которая выглядела довольно неплохо и одевалась в стиле нашем, а не Турецком тепло мне улыбнулась

— А я как раз борщ сварила и перцы нафаршировала! Небось соскучилась по-нашему, по родному?

Я лишь рассмеялась в ответ

— Да. Россия щедрая душа и только здесь я поняла смысл этой фразы на века! Соскучилась еще как! А то эта долма кислая и пахлава сладкая у меня уже в печенках! Я мяса, мяса хочу!