Обещание (СИ) - Голубь Валерий - Страница 36

— Ты же мог погибнуть! Ну и дурак ты, Райс — Сказала мне разъяренная Лили.

— Я знаю и еще какой …

— Дурак! Дурак! — Она схватилась за воротник моего плаща. — Но тебе же это нипочем? Правда?

Не знаю, что на меня нашло, но я начал медленно ползти вниз. Отпустив дробовик, на котором держался, я рухнул на асфальт, а затем слабым голосом сказал:

— Похоже, это все… — Я выждал небольшую паузу, а затем сознался. — Ладно шучу, я в полном порядке.

Зажмурившись, я уже был готов получить от Лили за глупую шутку, но ничего не произошло. Открыв глаза, я увидел не сводившую с меня глаз Лили. А затем она резко вцепилась в меня и заплакала.

— Какой ты жестокий. Это же совершено не смешно! — Крикнула она. — Я не могла потерять тебя во второй раз. Ты если о себе совершенно не заботишься, то хотя бы о других подумай.

— Лили… Прости меня, я думал ты просто отлупишь меня за несмешную шутку.

— Может тебе так и кажется, но я далеко не железная и не кровожадная как ты думаешь. Я же девушка, в конце концов.

— Прости-прости… Больше я не буду лезть на рожон, обещаю тебе.

Дикей закашлял от таких сантиментов, но мешать не стал. Не менее получаса Лили все не отпускала меня, а я пытался успокоить её.

*****

— Но там даже кость повреждена — На ходу изучая мою рану, говорила Лили.

— Райс вообще выпотрошил меня и чуть кусок шеи не отгрыз, но ничего как-то выжил. Это вообще комариный укус по сравнению с тем, что я тогда испытал — Подбадривал Дикей.

— Что-то мне не очень хорошо после этого комариного укуса — Почувствовав укачивание, сказал я.

— Ты сейчас серьезно или опять со своими глупыми шутками? — Спросила Лили.

— Облокотите меня о стену — Попросил я.

Чтобы лишний раз не показываться на людях с огромной дыркой в плече мы шли переулками. Также мы не знали, как много людей узнали от Мирея про нас и потому старались избегать вообще каких-либо встреч. Оказавшись возле стены, я сел прямо на асфальт, выпрямив ноги. С минуту стояла гробовая тишина, которую я вскоре прервал:

— Мы уже близко… Дикей, я смогу дойти до Резиденции Отца.

— Мы переночуем в Аристократическом районе. Никуда ты не пойдешь в таком состоянии, мало того, что будешь лишь мешаться под ногами, так меня еще и Лили прибьет, если я заставлю тебя продолжать идти. За день, правда, информация о нас может разнестись по всему району и скорее всего, дойдет до Отца, но твое здоровье сейчас важнее. Завтра как-нибудь прорвемся.

— Есть какие-то идеи, где можно будет остаться на ночь? — Спросила у него Лили.

— Денег нет, я в Аристократическом районе в первый раз и на нас озлобленны здешние жители… Нет никаких идей нет. — Дикей задумался. — Для гостиницы мы слишком бедны, приютов или чего-то похожего здесь нет, так как для аристократа лучше умереть, чем признать, что у него нет денег. Разрушенных или заброшенных зданий естественно нет.

— И что же тогда нам делать? Ты чем думал, когда отдавал все свои деньги? — Недовольно спросила Лили.

— Кто же знал, что Райс решит поймать пулю…

— Я знаю, где можно переночевать. — Перебил их я. — Нам нужно найти богатенького аристократа, у которого есть сарай или просто какая-нибудь пристройка, а затем пробраться туда. Естественно можно не надеяться на какие-либо удобства, но это лучше чем спать на крыше или на скамейке в парке.

— А чего бы нам не взять выше и пробраться в обычный дом? — Предложила Лили.

— Мы и так приравниваемся к преступникам, так не станем усугублять наше положение. Но если мы проберемся в сарай, то нас могут и вовсе не заметить. Мне нравится твое предложение Райс. В-о-о-т голова то работает, значит, жить будешь.

— Ну, спасибо. Давайте выдвигаться — Сказал я и поднялся на ноги.

— Может тебе пока не стоит ходить самому?

— Мне становится легче, Лили. Если я дам себе раскиснуть, то так стану лишь дольше восстанавливаться.

— Все совсем наоборот. — Лили вздохнула. — Делай, как хочешь.

— Обычно богатые аристократы живут равноудалено и от Резиденции Отца, и от Четвертого блокпоста, поэтому нам в “середину” Аристократического района.

— Хорошо, тогда выдвигаемся — Сказал я, и слегка пошатываясь из-за боли в плече пошел за Дикеем.

Луна уже давно победила Солнце и заполучила права на владение звездным небом. Мы прошли не меньше нескольких десятков огромных домов с явно богатыми хозяевами, но никак не могли найти, хоть что-то, где можно было остаться на ночь. Я прямо на ходу начал клевать носом, но вдруг услышал знакомый звук в чужом мире. Он моментально разбудил меня и тогда мы вместе с Лили одновременно сказали:

— Конь?

— А? Чего? Какой еще конь? — Повернувшись к нам, спросил Дикей.

— Прислушайся…

Вокруг стояла давящая тишина: ни щебетания птиц, ни храпа мужчин, доносящегося из окон, совершенно ничего. Но вдруг откуда-то издалека послышался звук, который я ни с чем бы, ни спутал — ржание коня.

— Слышал? — Спросил я у Дикея.

— Вроде бы, что-то было, но…

— За мной! — Сказал я и двинулся вперед, ориентируясь лишь на слух.

Я надеялся, что там находится конюшня, где можно было бы спокойно переночевать. Вскоре я удостоверился в своей догадке, когда даже Дикей начал слышать ржание коней. Десять минут, и мы стояли прямо перед невысоким забором из ало-красного кирпича, за которым находилось деревянное здание — конюшня. Также рядом возвышался жилой дом из ярко белого камня, переливающегося под лунными лучами, который подобно замку Короля в Эрекниуме тянулся к небу. Он выглядел красиво, но вызывал сомнения в своей пригодности к жилью. Но нас совершенно не интересовало это здание, ведь наше внимание было приковано к конюшне.

— Я думаю, на одну ночь сойдет — Поделился своим мнением Дикей.

— Аристократы вообще думают о безопасности? Сюда же пробраться легче легкого — Заметила Лили.

— Нет, не думают, ведь никто не станет воровать, ведь это равносильно признанию своей слабости и материальной недостаточности, а вы знаете, к чему это приравнивается. У аристократов идет гонка за красотой, а не за безопасностью и полезностью.

— Это, несомненно, ужасно интересно, но я бы с радостью променял истории о быте аристократов на несколько часов сна. — Сказал я и первым перелез через кирпичный заборчик. — Какой от этого забора вообще смысл?

— Декоративный — Пожав плечами, сказал Дикей и взобрался вслед за мной.

Конюшня оказалась полностью закрытой, видимо, чтобы лошадям не было холодно. Прямо перед нами были довольно большие ворота, дверь и окошко.

— Черт на двери замок. — Сказал я. — На него денег хватило, а вот на забор выше метра видимо нет.

— Неужели нас остановит какой-то замочек? — Заявила Лили и ударом рукоятки ножа сбила его.

Внутри конюшня оказалась максимально идентичной — несколько стойл с лошадьми и гора сена. Даже как-то грустно выглядит по сравнению с главным домом. Облокотив свой дробовик о стену, я сразу же рухнул прямо в кучу сена, почувствовав явное облегчение. Хорошо, что вовремя поисков ночлега, мы перевязали мне плечо, благодаря чему сено не попало в рану.

— Интересно для чего лошади аристократу? — Улегшись, спросил Дикей.

— Не знаю… Может он их разводит, а затем продает? Хотя я не думаю, что в вашем мире существует кто-то, кому они пригодятся. — Ответила Лили. — А ты что думаешь Райс? Райс? Похоже, он уснул.

— Его организм отправил все свои силы, чтобы залатать ту ужасную рану, я вообще удивлен, что он смог провести столько времени на ногах. — Дикей зевнул. — Раз уж он уснул, то и нам стоит последовать его примеру. Доброй ночи.

— Я тоже так думаю. — Лили взглянула на меня. — Доброй…

*****

Не знаю из-за чего, но я резко открыл глаза и уставился в деревянный потолок, освещенный лучами солнца. Ни сонливости, ни желания полежать еще минутку у меня не было. Присев я осмотрелся: Лошади удивленно уставились на меня, боясь издать и звука, а Лили с Дикеем продолжали спать. Поднявшись, я выглянул в окно и увидел то, для чего нужны были лошади аристократу — карету. Я схватился за голову, когда догадался, куда мы попали, и в туже секунду понял, что моя рука может двигаться. Медленно приподняв повязку, я увидел на месте отверстия синяк, как если бы по плечу ударили кувалдой. Решив удостовериться, я несколько раз резко махнул рукой и на последний взмах почувствовал довольно сильную боль в плече — до конца не зажила.