Ковчег изгоев (СИ) - Куницына Лариса - Страница 63

Вместо этого я на глубоком вираже развернула свой истребитель и полетела обратно. Подлетать близко было опасно, поскольку, вполне возможно, что на звездолёте на полную мощность задействованы все сканирующие и локационные устройства, а, значит, меня засекут. Подавать сигнал с браслета тоже не слишком разумно, потому что, хоть противник и будет лишён возможности управлять звездолётом, но он поймёт, что мы нашли пропажу, и успеет подготовиться к встрече. А у нас не так много сил, людей и возможностей, так что внезапность — это один из наиболее весомых козырей в такой ситуации.

Направляясь в сторону каньона, в котором мы обозначили возможную стоянку буквой «альфа», я то и дело поглядывала на экран, где горели строчки расшифрованного штатного сигнала. Мой звездолёт был жив и, я надеялась, были живы мои люди. Счастье переполняло меня, и я уже потихоньку начинала обдумывать дальнейшие действия, и, честно говоря, приходила в уныние. Как незаметно подкрасться к звездолёту, который стоит на ровной, как стол, площадке, подключив все свои новейшие анализаторы и внимательно прислушиваясь даже к колебаниям горячего степного воздуха? Для верности я снова включила локатор, но, на сей раз, направила его наверх, в тот район, где находился «Пилигрим». Умная девочка. Над этой самой степью торчал на средней орбите стационарный спутник и, наверняка, следил даже за мышами, которые бегают по песку, если здесь есть мыши.

А ведь мне нужно было не просто подойти, мне необходимо было подняться на борт, проверить, что там творится, и занять своё место на мостике. Отделить агнцев от козлищ, то есть «наших» от «не наших». И вот если мне всё это удастся, уже можно будет планировать дальнейшие действия.

Ночь накатила внезапно, и мне пришлось вести «грум» по показаниям бортового компьютера.

Стоянка находилась на дне того самого каньона, который не смог пересечь Белый Волк, когда ходил на разведку, а, значит, этот каньон примыкал к тем местам, где остались наши друзья.

Понимая, что со дна каньона я уже не смогу связаться с ними сквозь толщу базальта, на подлёте я вызвала через радиобраслет Хока.

Связь была похожа на тоненькую ниточку, которая вот-вот порвётся, но, по крайней мере, я услышала его голос.

— Мы возвращаемся, — сообщила я. — Стоянка «альфа».

— Понял… Встретим… — сквозь шум и треск ответил он.

— Как у вас? — не удержалась я, зная, что экспедиция, в которую их отправила, вряд ли была безопасна.

— Порядок. Почти без потерь…

— Кто? — встревожилась я.

— Самурай… Но док… обойдётся.

Сообразив, что сеанс итак затянулся, я выключила связь и снизилась. В прозрачном полумраке светлели неровные стены узкого каньона, между ними чернела пропасть. Спустившись ниже, я оказалась в коридоре, который с каждой минутой становился всё уже, словно норовил раздавить мою хрупкую посудинку своими стенами. Ещё ниже, и уже лишь на экране в полной темноте обозначились стены и дно каньона, засыпанное каменными осколками, а потом из мрака выплыли зелёно-красные контуры двух угловатых машин. Посадив свою рядом с ними, я, не выключая экран-поле, распахнула дверь и выскочила из кабины.

Под нависшей скалой мирно пламенел оранжевый шар костра, и были разложены широкие упругие матрасы. В стороне стояли две палатки. Увидев меня, Белый Волк поднялся навстречу.

— Мы обследовали три объекта из семи, но ничего не нашли, — доложил он. — Завтра продолжим.

— Не нужно, я его нашла, — ответила я, садясь на матрас и протягивая к шару руки.

— Правда? — подскочила Митико. — Значит, он цел?

— Я засекла штатный сигнал, и он выдал координаты, — кивнула я. — Но вся проблема в том, что он наверняка под охраной, а над ним постоянно висит спутник.

— Спутник можно сбить, — предложил Белый Волк.

— Рискованно, особенно если учесть, что у нас не так много возможностей для силовой операции… Ладно, — я вдруг почувствовала, что безумно устала, — утро вечера мудренее. Скоро за нами придут, но остаток времени я бы посвятила сну.

— Палатки для дам, — проговорил Белый Волк, — а я посторожу. Может, перекусите чего-нибудь?

— Спать, — мотнула головой я, встала, кое-как добрела до палатки и, забравшись в неё, уснула ещё до того, как легла.

Сквозь сон я почувствовала, как очень сильные руки приподняли меня и уложили так, что под моей спиной оказались чужие колени, а шея удобно устроилась на сгибе чьей-то руки. Кто-то зарылся лицом в мои волосы, и по коже прошёлся тёплый ветерок дыхания. Мне не нужно было открывать глаз, чтоб понять, кто это. Я подняла лицо, приоткрыла губы, и, конечно, тут же ощутила ими вкус его губ.

— Пойдём в пещеру или переночуем здесь? — шепнул на ухо сладкий нежный голос.

Я с трудом разлепила веки и, наконец, взглянула на него. Он с улыбкой смотрел на меня.

— Я соскучилась… — пробормотала я.

— Я тоже.

— Нужно идти… — я со стоном подалась вперёд и села, уныло глядя в темноту за круглым отверстием входа в палатку. — Я нашла «Пилигрим».

— Мы так и поняли, — кивнул Джулиан и пальцами провёл по моим волосам. — Он цел?

— Не знаю, я не стала подлетать ближе, но бортовой компьютер выдал сведения о частичной консервации, и ничего о сколько-нибудь серьёзных повреждениях. Отсюда далеко до пещеры?

— Мы с Окато шли часа два…

— Как мне надоели эти марш-броски по пересечённой местности… — проворчала я и, встав на четвереньки, выползла из палатки.

Оказывается Белый Волк и Митико уже свернули лагерь и с нетерпением ждали дальнейших указаний. Окато стоял возле одного из «грумов» и гладил помятую обшивку, словно это был израненный боевой конь.

Я поднялась на ноги и подошла к нему.

— Нам обязательно тащиться пешком? — спросила я. — Может, где-нибудь поближе есть подходящее место, где можно спрятать наших птичек?

Он посмотрел на меня и кивнул.

— Есть большая пещера, вернее что-то вроде шатра из двух наклонённых друг к другу базальтовых пластов. Её вполне можно использовать под ангар. Оттуда всего четверть часа до нашего лагеря.

— Как Таро?

— Я надеюсь, что всё будет хорошо, — ответил он.

Белый Волк тем временем сдул и мою палатку и, распахнув кабину, закинул её внутрь.

— Мы готовы, — сообщил он.

— Хорошо. Окато, вы полетите с Белым Волком впереди, укажете дорогу. Митико — следом. Я замыкаю.

По дороге Джулиан рассказал о том, что произошло во время их вылазки в катакомбы под Бетом.

— Значит, на сей раз, они были настроены весьма решительно… — пробормотала я, поглядывая на экран локатора, потому что за пределами кабины была такая тьма, что не помогали даже преобразовательные фильтры на окнах.

— Это точно, — подтвердил он. — Но я думаю, что сегодня у них был приказ взять нас живыми.

— Скорее всего… В общем, пошумели.

— Да уж… — краем глаза я увидела, как он посмотрел на свою ладонь. — Думаю, что это их впечатлило.

— По крайней мере, ты не стал кидать в них импульсные шары.

— Я уже кинул за день до этого.

— Значит, им известно, что среди нас есть…

— Кто? — он задумчиво взглянул на меня.

— Опасный противник. Это ещё одна задача, над которой им придётся ломать голову. Вот пусть этим и займутся, а мы пока подумаем, как нам вернуться на свой звездолёт.

Я какое-то время молчала, а потом призналась:

— Знаешь, я очень рада, что Таро на нашей стороне.

— Он надёжный союзник…

— Не в этом дело. Вернее, не только в этом. Отсюда всё выглядит иначе, слишком глубока пропасть между своими и чужими. А Таро всегда нравился мне, не смотря на свой несносный и заносчивый нрав. Может, это тот случай, когда люди не могут найти общего языка, потому что слишком похожи друг на друга? Просто никто не хочет уступить… Ему сильно досталось?

Джулиан какое-то время молчал, глядя в темноту за окнами. Я встревожено взглянула на него.

— Досталось сильно, слишком серьёзно повреждены мягкие ткани. Очень сильный удар поверхностью каменной плиты.