Клякса бифуркации (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 146

- Вы… ВЫ – НЕВЕЖА!!! Вам не место среди командиров РККА!

«Твоё там место, - думаю неприязненно, - вошь жовто-блакыдная!».

Минут пять жевали молча, бровей друг на друга не поднимая…

Затем, как будто не шибко обидевшись на «невежду» - протягиваю мост к взаимопониманию и примирению:

- Николай Евгеньевич! Вот Вы – военную историю товарищам командирам преподаёте, значит - её хорошо знаете…

- Ну, допустим?

- Представьте тогда, что Вы – какой-нибудь средневековый король, любящий повоевать и имеющий амбицию завоевать если не весь мир – то хотя бы его лучшую половину… Английский король Ричард - Длинные Руки, допустим. Представили?

Удивлённо на меня таращится и молчит, а я продолжаю:

- Или даже Киргиз-Хан - Предводитель команчей, Потрясатель вселенных и галактик – ломящийся за каким-то хреном к «последнему морю» с ордой диких кочевников, освоивших древнекитайские технологии взятия «Великих стен»… Представили?

Молчит, как рыбой об лёд.

- Да, хоть сам Наполеон Бонапарт – самый великий из всех великих стратегов во всей истории… Представили?

Уже заинтересованно:

- Хорошо! Хоть с великим трудом, но представил себя императором – готовящемся завоевать весь мир, или хотя бы половину его.

Черчу тупым концом вилки на скатерти, изображая напряжённую мозговую деятельность какого-нибудь Александра Македонского перед вторжением в Ирак через Турцию и Сирию:

- Думаете Вы, думаете-размышляете – не только день-деньской, но и ночи напролёт… Разрабатываете всякие там «стратегии сокрушения», «теорию перманентной мобилизации», «таранную тактику» и прочую лабуду – рассчитанную на равного себе противника… Вот Вы всё обдумали до самой мелкой мелочи, посчитали свои войска готовыми к войне – вплоть до последней пуговицы, пришитой к мундиру последнего солдата.

- Наконец – «ИДУ НА ВЫ!!!».

Черчу невидимые стрелки, как направления главных ударов по «Плану Барбаросса»:

- «Великой армадой» вторгаетесь на территорию государства – которое хотите завоевать и присоединить к своей и, без того - немалой империи… Всё идёт по тщательно разработанному вами плану и, тут вдруг…

Кулаком по столу:

- БАЦ!!!

Все на нас оглядываются - поэтому снизив голос до шёпота, приподнявшись и наклонившись через стол – глаза в глаза, говорю:

- А вместо таких же как у Вас сотен тысяч воинов – закованных в латы, с копьями наперевес - Вы видите несколько жалких групп людей в грязно-буро-зелёной одежде. И странную металлическую «штуковину» возле каждой них. Не успели удивиться, как слышите: «Тттррр, тттррр, тттррр» - как будто великаны гигантский холст рвут… И вдруг ваши отборные, сильные, преданные воины… Которых, Вы - один молодец к другому - собирали десятилетиями, вооружили – буквально до зубов, идеально вымуштровали и мастерски обучили нелегкому ремеслу убивать холодным оружием… Ваши воины - падают рядами как скошенная рожь, под серпом крестьянина…

Сажусь на место и сухо-беспристрастно - как учёный-историк, о уже давно прошедшем событии:

- …И вот вас берут в плен, сажают в железную клетку и везут через - вашу же бывшую(!) Империю. И чернь, с которой ваши мытари сдирали последнюю нитку – ради великой армии, ради великой победы - смеётся над Вами, плюёт Вам в лицо и, бросает в Вас каменья и куски собственных фекалий.

Должно быть, у меня получилось довольно проникновенно!

Дав прийти в себя, склонив голову, ехидненько так:

- И где тогда будут все эти ваши «труды» по стратегии, Николай Евгеньевич?

Придя в себя, тот:

- Очередной фантастический роман Артура Сталка? Где напечатали, не подскажите – было бы интересно самому почитать?

- «Фантастический роман», говорите…?

Слегка зардевшись – приятно осознавать себя известно-популярным, недовольно морщусь:

- Хорошо! От фантастики перейдём к вполне конкретным историческим примерам – бывшим на самом деле, а не в нашей с вами фантазии. Поставьте себя на место Монтесумы – Императора Ацтеков… Должно быть, он тоже разрабатывал для своей бесчисленной армии какие-то «гениальные стратегии» на все случаи жизни. Чем-то же он должен был заниматься? Но вот явилась из-за моря-океана жалкая кучка испанцев на никогда не виданных лошадях и со стреляющими «палками» в руках и, могучая Империя пала. А все стратегии Императора индейцев – улетели кобыле Кортеса под хвост.

Вижу – конкретно грузится.

- Впрочем, можно вспомнить и про более близкую историю – колониальные завоевания европейцев, когда:

«На все вопросы ваши

Такой дадим ответ:

У нас "максимов" много -

У вас "максимов" нет52».

Насмешливо-многозначительно потрясая указательным пальчиком, я прищурившись – будто беру на прицел пулемёта:

- Так что, Николай Евгеньевич – всё это вовсе никакая не фантастика! А всего лишь скучная реальная история - которую оказывается, Вы ни черта не знаете.

Доев, допив и промокнув рот салфеткой, встаю и, положив на плечо Какурину руку - самым доверительным тоном шепчу ему на ушко:

- А свои «стратегии» - все эти «революции извне», «стратегии сокрушения», «таранные стратегии» на основе «последовательных операций» - настоятельно рекомендую: ФТОПКУ!!! Чтоб, руководство страны не дурить – за что и «взгреть» по-пролетарски могут и, грядущих историков не смешить.

Руку под козырёк и, был таков…

Я ни в коем разе не был похож на сумасшедшего и, по всем законам психологии, после этого разговора Какурин должен был решить:

– Этому чеху известно нечто такое – очень важное, что неизвестно мне и Тухачевскому. Что это?

***

В тот же день Кукурин имел беседу с Тухачевским, как мне донесла босоногая агентура, во время которой он изрядно волновался и даже размахивал руками.

На следующий день «бездарно-гениальный» стратег изменил своим привычкам и обедал в Столовой Академии. Видать, как и я – на талоны Какурина. Но «бравый красный командир» с Дальнего Востока к его досаде - там так и не появился, как и в последующие два дня.

Лишь на четвёртые сутки после нашей с ним беседы, я предстал пред преподавателем тактики и истории, имея изрядно изнеможённый вид. Не описать, как тот обрадовался:

- Здравствуйте! Как я рад Вас видеть! Куда пропали, товарищ Швейк?

Тоном кобылы, на коей отпахали всю весеннюю посевную страду – плавно перешедшую в осенне-уборочную и закончившуюся заготовкой дров на зиму, сухо-лаконично ответил:

- Работы было много. Загоняло начальство, будь оно проклято, по лесам, болотам, да оврагам с буераками…

На раздаче было несколько многолюдно, поэтому пришлось ждать - беспрестанно поглядывая на часы.

Это было замечено и правильно оценено:

- Куда-то торопитесь, Йозеф?

Извиняющее улыбаясь:

- Тороплюсь. Сказать по правде – попрощаться с Вами пришёл, Николай Евгеньевич! Человек я такой – не могу удалиться «по-английски».

Огорчённо-озадаченно морщит лоб:

- Вот, как? Снова на свой Дальний Восток?

- Да, туда…, - снова на часы, - буквально через… Спецборт. Самолёт, то есть.

Тот, сперва прикусив губу, затем быстро нашёлся:

- Тогда может, пообедаем в другом месте?

Еле сдержав радость от «поклёвки»:

- Нннн… Не знаю… Ну, а почему бы и нет?

***

В небольшом, уютном нэпманском ресторанчике неподалёку от Академии, посетителей было совсем немного и скучающий оркестр - завидев двух военных, бодро грянул хит сезона из репертуара Марка Бернеса:

«Комбат, батяня, батяня, комбат,

Ты сердце не прятал за спины ребят…».

Проходя мимо, я сунул червонец в карман ближайшего музыканта: