Дети луны: лунария (СИ) - Задорская Виктория - Страница 37

Еще несколько секунд раздавался плач и жалобный вопль. Но через мгновение я услышала, как острое лезвие рассекло кожу, а мольбы о пощаде стихли в противном хриплом звуке.

Солнце наконец полностью выкатилось на горизонт, окрашивая Марш-Лайк в розовые и оранжевые тона. Я сделала несколько шагов назад и увидела под ногами огромную лужу крови, которая стремительно расползалась по белому паркету. В голове почему-то возникла ассоциация с букетом роз, который растоптали и выбросили на снег. Любовь — жестокое чувство. Иногда оно приводит к смерти того, кто его испытывает.

— Теперь нужно собрать всех оборотней и рассказать им правду, — сказал Орион. — Пойдем отсюда.

Глава 49. «Порох и кровь»

Оборотни приняли правду. Я даже не ожидала такого поворота событий и морально готовилась к непростой борьбе. Но не только нас мучили сомнения относительно политики Артана. Поэтому вселенная подарила шанс набраться сил перед решающей борьбой. Решено было после обеда выступать с Марш-Лейк прямо к базе охотников, которая находилась в ста километрах к востоку от города.

Пока небольшая группировка с химическим оружием приедет к озеру Марш, мы будем готовить неприятный сюрприз далеко отсюда. И там уже решится: кто кого. Или сумасшедшие люди, которые перешли все рамки здравого смысла, или существа, которые не виноваты в том, что такими родились.

— Я всегда буду рядом, — шепотом сказал Сирин, когда мы подошли к линии леса, откуда начинался долгий путь в логово врагов.

Его зеленые глаза сияли теплотой и любовью, а выражение лица, будто говорило, что он не даст меня в обиду. Никогда и никому.

— Я люблю тебя, — ответила и взяла мужчину за руку.

Неподалеку стоял Найт с Солом и сестры Менкар. С другой стороны я видела фигуры родителей Сирина и других знакомых волков, с которыми успела подружиться за эти недели. Лица у всех были решительные и какие-то… Готовые бороться до последнего. Будто каждый понимал, что может умереть, но был готов пойти на эту жертву, ради блага большинства. Раньше я не понимала этого: как могли тысячи людей идти на войну, зная, что их там ждет. Но люди шли. Они воевали и умирали. Теряли друзей и семьи. Когда-то мне казалось, что это большая глупость. Что в таких случаях разумно быть эгоистом и закрыть глаза на благо народа. Заботиться о себе и своих близких. Но время вносит свои коррективы и теперь я понимала. Четко знала, что мы можем больше не увидеться с Сирином… Но сомнений не было. Так нужно. Такая цена справедливости и победы.

Орион дал команду бежать, поэтому сотни оборотней одновременно начали превращаться. Бороться мы будем на своих четырех.

Снега в лесу уже практически не осталось. Он встречался только клочками. Я бежала вперед, чувствуя рядом присутствие Сирина и пыталась вобрать в себя всю красоту мира вокруг. Наслаждалась ароматом хвои и земли. Наблюдала, как бабочки боролись с ветром, а ветви деревьев путались между собой, образуя причудливые лабиринты. Рассматривала нежные стрелки травы, которые робко пробивались из почвы. Вдыхала ледяной лесной воздух. Такой свежести не встретишь в других местах. Только в этих, первобытных землях, девственных, не порабощенных человеческой рукой, можно еще почувствовать этот запах.

Я вслушивалась в то, как тяжело дышали рядом мои товарищи, и понимала, какая мы сила. Вся тайга вздрагивала от нашего наступления. Звери расступались и прятались в норы, слыша тяжелый топот лап. Казалось, что вся земля с дрожью ожидала сегодняшнего поединка. Пришла пора справедливости.

Прибыли мы аж в восемь вечера, но перед наступлением дали себе часок на отдых. Нужно было перевести дух и после этого нанести решающий удар. Поэтому по команде Ориона все разошлись по лесу, окружив базу охотников.

Солнце уже зашло за горизонт, а месяц выглядывать не спешил. Было тихо. Никто между собой не общался и не двигался, в конце концов. Мы стояли, со свистом вдыхали холодный воздух и смотрели на металлические здания впереди. Там не происходило ничего необычного. Стражи время от времени ходили туда-сюда и слышались разговоры некоторых людей. Вспомнился Хантер. Интересно, как он там? Видимо, парня убили на месте. Охотники — не способны на милосердие, а после измены, тем более. Поэтому у одноклассника не было ни малейшей надежды на милосердие. К сожалению.

Время бежало как сквозь пальцы, поэтому прошло значительно быстрее, чем всем этого хотелось. Наступил решающий момент. Волки затаили дыхания. Воздух загустел и стал похожим на клей: тягучим и резиновым. Земля под лапами нагрелась. Сердца бились в унисон.

Альфы дали последние секунды, чтобы собраться с духом, а потом отдали команду к нападению.

— Убивать и никого не жалеть. Надо сравнить это место с землей, чтобы не существовало такого понятия, как «охотники на оборотней», — прозвучал в голове решительный голос Ориона. — А теперь вперед, дети луны. Вперед!

Я плавно оттолкнулась от земли и помчала к зданиям, без лишних усилий перепрыгнув защитный барьер. Вокруг смертельными тенями двигались другие оборотни. И хотя в первые секунды было абсолютно тихо, но через минуту послышались первые крики и выстрелы, а потом… Мир превратился в ад из праха и крови.

Сначала показалось, что где-то взорвалась бомба. Но бомбы не было. Была армия противников с оружием в руках.

Когда мне в зубы попала первая жертва, я не успела понять, что, где и как. Просто одним быстрым движением оторвала мужчине голову и помчалась за следующей жертвой. Все вокруг смешалось: разорванная плоть, тела волков, умирающих в конвульсиях, огонь, мертвые тела. Я даже не заметила, когда потеряла из виду Сирина и полуночников. Превратилась в смертельную машину. Наконец все те инстинкты, которые скрывала, которые сдерживала — смогла выпустить на волю. Озверела. Одичала. Убивала.

Кровь медом лилась в горло, добавляя сил и увеличивая голод. Ничто меня не останавливало: ни мольбы, ни слезы. Эти чудовища нанесли столько боли моим близким. Они виновные в смерти Веги, поэтому не будет уродам пощады и милосердия. Умрут все до одного. От маленького до самого старшего.

Звезды этой ночью так и не выглянули из-под пелены облаков. Словно не хотели видеть жуткой вендетты между двумя видами живых существ. А я, когда перестала находить врагов на улице, помчалась внутрь зданий. Вся пасть была в крови, а глаза горели кровавым пламенем. Потерь было много с обеих сторон, поэтому понимала, что до победы еще далеко. Нужно было, как следует постараться, чтобы перебить всех охотников.

Погрузившись в подземелье, я расчищала дорогу когтями и зубами, а потом прямо в голове у меня возникла ужасная картина: Сирин стоял на коленях, поодаль находилась Медея с какой-то черноволосой плачущей женщиной, а над моим любимым склонился Роберт, целясь полуночнику прямо в грудь. Сердце сразу замерло от страха.

Я поняла, что картинку мне передал Найт, поэтому, как ошалелая, помчалась туда, где чувствовала его присутствие. Дороги не разбирала. Бежала так быстро, как только могла. Моя жизнь не будет иметь смысла без Лупула. Умрет он — погибну и я.

Поэтому за считанные минуты забежала в зал, где происходил тот ужас.

— Вот и она, — прошипел злобно Роберт.

Я сразу превратилась в человека, понимая, что нужно будет вести переговоры. И замерла, недалеко от Найта, который весь дрожал от ярости. С одной руки у мужчины лилась кровь, а половина лица превратилась в кровавое месиво.