Грязная жизнь (ЛП) - Аврора Белль - Страница 71

— А ты кто такая?

Я держу рот на замке.

Юлий отвечает за меня:

— Это Мария Гамбриелла из Нью-Йорка. Она работает со мной какое-то время.

— Итальянка.

Коннор вздыхает с явным отвращением. Покачивая головой с притворной грустью, он вздыхает:

— Между нами могло бы быть всё так хорошо, любовь моя.

На этом Шейн оживляется, выглядя заинтригованным.

— Ох? Что тогда случилось с мисс Линг?

Юлий дипломатично сообщает:

— Даже Линг время от времени нужен перерыв.

Но Коннор хмурится в мою сторону.

— Ты выглядишь знакомо.

Мой желудок начинает дико крутить.

Все в порядке. Он тебя не знает. Успокойся.

Я заставляю унять свое беспокойство и ровно отвечаю:

— Мы не встречались. — Я смотрю на его промежность и пытаюсь лукаво улыбнуться. — Я бы запомнила.

Рука Юлия предупреждающе касается моей поясницы. И мои щёки краснеют от сдерживаемого разочарования.

Если мой притворный флирт беспокоит его, ему не следовало говорить мне, что было бы лучше, если бы эти мужчины не знали, что он мой муж. Я просто играю свою роль.

— Итак, — начинает Браден, — зачем ты пришёл? Мы не виделись с похорон нашего брата.

Мой рот без раздумий открывается.

— Мои соболезнования.

Все смотрят на меня.

Через мгновение Шейн искренне отвечает:

— Спасибо, дорогая. Очень мило.

Затем он поднимает руки вверх, потягиваясь.

— Но парень сам навлёк на себя это, засунул нос туда, где не должен был быть, и из-за этого его убили.

Юлий отвечает тихо, но непреклонно:

— Я не хотел его убивать.

И это бьёт меня, как мокрое полотенце, брошенное в лицо, с резкой и гулкой пощечиной.

Юлий.

Конечно.

Судья. Присяжный. Палач.

Шейн пристально смотрит на убийцу своего брата.

— Мы знаем. У всех нас есть своё место в мире. Дэнни не следил за дорогой и попал на встречку.

Коннор наклоняется ко мне и задумчиво моргает.

— Клянусь, я видел тебя раньше, дорогая. Я просто не могу понять, где.

— Не видел, — говорю я тоном, не оставляющим места для размышлений.

Браден внимательно наблюдает за Юлием.

— Хватит болтовни. Зачем ты здесь?

Юлий выходит вперёд, усаживаясь за свободное место за столом, а я встаю позади него.

— Вы можете расшифровать файл?

Браден моргает, явно не ожидая вопроса.

— В первую очередь, это зависит от того, что использовалось для его зашифровки.

— Сколько времени это займёт? — со скучающим видом спрашивает Юлий, постукивая пальцами по ручке стула.

Браден пожимает плечами.

— Если бы у меня был файл…

Юлий лезет в карман, достаёт металлическую флешку и бросает его Брадену.

— Сколько?

Браден Келли сжимает флешку и усмехается.

— Ты думаешь, я дурак, Картер? Деньги для меня ничего не значат. Знаешь жизнь цыган. Я думаю о чем-нибудь более полезном. — Всё ещё улыбаясь, его глаза расширяются, когда он показывает пальцем на Юлия. — Мне нужна услуга.

Похоже, долг Юлия Картера стоит больше, чем все деньги в мире.

Юлий делает вид, что долго об этом размышляет, прежде чем кивает в знак согласия.

— Договорились. Сейчас…

Браден обходит стол и садится перед открытым ноутбуком. Он вставляет флешку и, не говоря ни слова, быстро перемещает пальцы по клавиатуре. Проходит минута, и он весело фыркает.

— Кто бы ни зашифровал это, ему нужен сильный удар по голени. Пятилетка смог бы сделать работу лучше.

Он смотрит на Юлия.

— Это видео. Это не займёт много времени. Не дёргайтесь.

Чёрт.

Видео.

Ох, чёрт.

Моё нутро сжимается.

Они не могут же быть? Дино никогда не был таким глупым. Он не… Он не мог…

Мог ли он?

Юлий, кажется, думает о том же, что и я, потому что его лицо становится жёстким, и он быстро встаёт, глядя на братьев Брадена.

— Простите нас, парни. Нам нужно побыть наедине.

Шейн понимающе поднимает руки.

— Пойдём, Коннор. У меня есть работа.

Когда Коннор встаёт, он осматривает меня с ног до головы.

— Да, я иду.

Он выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.

Браден работает не покладая рук, пока, наконец, он ухмыляется, поднимая руки по сторонам ноутбука в священном жесте.

— Я чёртов гений, да.

— Ты сделал это, — Юлий размышляет вслух. Похоже, он впечатлён.

— Я думаю, что да мой друг. Погоди.

Браден печатает ещё немного, затем внезапно открывается файл, и, хотя я не вижу экран, я слышу шум.

Если бы лицо Брадена не побледнело так сильно от шока от просмотра видео, то я бы все равно по звукам моих слышимых рыданий и болезненных криков на видео поняла, что он смотрит.

Я должна была знать, что Дино запишет то, что он и Джио сделали со мной. В конце концов, он был вуайеристом.

Браден смотрит на меня, на его лице написано замешательство, а в голосе мягкое сочувствие.

— Девочка.

Без предупреждения дверь распахивается, и мы все поворачиваемся. Коннор стоит с гордой улыбкой на красивом лице. Он щёлкает пальцами и объявляет:

— Я знаю, кто ты.

Я тяжело сглатываю, моя рука сжимается в кулаке. Я изображаю высокомерие.

— Ох, правда? — я насмехаюсь. — Кто я?

В следующую секунду улыбка Коннора становится сердитой. Он поднимает руку из-за спины и направляет пистолет мне в голову.

— Мёртвая женщина.

Мои глаза закрываются, и тело вздрагивает от каждого выстрела.

Проходит время, а я не чувствую боли. Когда слышу мучительный стон, мои глаза расширяются в ошеломляющем неверии.

Юлий стоит над Коннором, сжимающим кровоточащую рану на плече, поднимая одну руку вверх, через дырку сквозь неё капает кровь на белый пол с мозаикой.

Его зубы стиснуты от боли, он шипит:

— Ты долбанный осёл. Ты хоть представляешь, кто эта женщина?

— Представляю, — совершенно спокойно отвечает Юлий. — Она моя жена.

Браден медленно встает со стула, подняв руки в успокаивающем жесте, его глаза не отрываются от пистолета, который Юлий направляет в голову брата.

Когда Шейн вбегает в открытый дверной проём, он смотрит вниз на кровавую массу, которую представляет собой Коннор, затем на Юлия, тихо ошеломлённо произнося:

— П*здец.

Браден устало вздыхает.

— Определённо п*здец.

Он смотрит на меня и заявляет:

— Мама будет в ярости.

Глава 40

ЮЛИЙ

Эйлин Келли — уважаемая и почитаемая глава клана Келли.

С того момента, когда Рендмонту «Мяснику» Келли поставили смертельный диагноз, он со злостью сообщил своим сыновьям, что не будет передавать бразды правления кому-либо из них, поскольку они не были к этому готовы. Вместо этого Эйлин встала у руля и взяла на себя управление без сучка и задоринки. Не многие женщины обладают такой властью в этих местах, но Эйлин снова и снова доказывала, что она может перехитрить даже самые крутые компании и удерживать преимущество так долго, как ей было нужно.

Она жестокая, но заботливая женщина, особенно когда дело касается ее сыновей.

Я встречался с ней только однажды, и это было на суде над её сыном. Она смело выдерживала мой взгляд, как бы бросая мне вызов попробовать забрать у неё Дэнни. И когда Дэниел Келли опустился передо мной на колени, почти готовый принять приговор, я спустил курок, глядя на неё. Чтобы выразить своё уважение семье Келли, я был на похоронах. Эйлин даже не посмотрела в мою сторону, не то, чтобы я её винил. В конце концов, она была в трауре.

Эйлин знала закон, и знала его хорошо. У неё не было оснований оспаривать мой приговор, поскольку её сын, младший из Келли, открыто признался в своём преступлении. Но это не значило, что ей это пришлось по вкусу. Поэтому, когда она ворвалась в здание через час, она не замечала своих сыновей и подошла ко мне с широко раскрытыми сверкающими глазами, шипя на меня, как дикая кошка, готовая к драке.