Невеста для Тёмного Лорда (СИ) - Волкова Ольга - Страница 41

— Вы бросили его, — зло рявкнул я, останавливая ее всхлипы и бурчания под нос. — Кай должен был расти среди своего мира. Среди демонов. А теперь он морочит головы земным девушкам, в том числе под чары его заклинаний чуть не попала Анна. Кто станет нести ответственность за его действия? Людовик? Кот, которые более никогда не обратится в демона. Стоила ли его любовь такого наказания, мама?

Геральда замолчала, но гордо принимала каждое мое слово. Мои нападки были несправедливы лишь потому, что я не имел права осуждать их решение. Но какое теперь мне дело, когда на кону жизнь моей любимой.

— Не стоила, — сухо сказала она, — но никто не предполагал такой исход событий. Я не знаю, кто причастен к похищению твоей жены, — мама запнулась, осознав, что приняла мою Анну в качестве своей королевы, и я был этому рад. — Но, Соломон, я прошу тебя об единственном: не надо приплетать Кая к трагедии. Он не виноват, сынок. Мальчик, итак, потерян для нас. Он граничит между двумя мирами, и, поверь, ему очень тяжело быть среди людей, и в то же время знать, что родные тут в Царстве Адовом, а там у него нет совершенно никого. Его приемные родные все давно умерли, Кай один сам по себе.

— Значит, он уже бывал тут ранее?

— Нет, — мама отчаянно замотала головой, и тогда я перевел взгляд на отца, который никогда мне прежде не лгал.

— Нет, Соломон. Мы не приводили его сюда, — тон отца был совсем поникшим.

— И все-таки Анну он смог переместить через портал, — бросил я, удивляя обоих демонов. Геральда и Самуил опешили, переглянувшись друг с другом, а потом выжидающе перевили взгляд снова на меня. — Я попросил Хранителя помочь мне. Из-за угрозы мне пришлось расстаться с Аней, но так бы думала только она… не я. И все же чары быстро развеялись, когда Кай напал на девушку, тогда-то Людовик пришел ей на помощь и уговорил своего сына принять другое решение.

— Ох! — воскликнула Геральда. Моя мать не верила мне на слово. — Соломон, этого не может быть! Людовик не способен переоблачаться. Он погиб…

— Но использовал единственный раз, который сумел сохранить для чего-то большего, — закончил отец, сложив ситуацию в полноценную картину. Я подтвердил лишь кивком, потому что подходящего слова у меня не нашлось.

— Мы проиграли очередное сражение, Самуил, — жалобно простонала мать, утыкаясь носом в грудь отца.

Она горевала по сыну, которого оба не сумели спасти, переживали за внука, ведь он никогда не узнает, кто его родственники и чьему роду он принадлежал. И теперь они теряли меня, потому что я намерен биться до последнего вдоха, потому что полюбил девушку, ради которой готов на всё.

— Я должен созвать армию, — спустя минуту сказал я, разрывая момент, который слишком давил на всех нас. Мать и отец напряглись, выражаясь волнение на своих лицах. — Демоны должны быть готовы. Мы пойдем в леса… я должен убедиться, что не перерожденные души не имели никакого отношения к похищению Ани.

Краем глаза я заметил чью-то тень, словно некто не желал своего обнаружения. Я замолчал резко, и потому оба моих родителя обернулись на мой пристальный взгляд, так же приготовившись к нежелательной встрече с гостьей. Отчего-то я знал, кто прятался и нагло подслушивал.

— Азада! — властный тон моего голоса прозвучал эхом по всему двору замка. — Выходи, я видел твой силуэт.

— Ты уверен, что это она? — нахмурился отец, повернувшись ко мне лицом. Я ничего не ответил, не желая выпускать из виду демоницу, отчаянно желавшую стать моей женой. Она была в поле моего подозрения первой, и потому наглое подслушивание лишь не прибавляло ей шансов остаться невиновной. — Соломон, ты бредишь. Азада никак не могла быть здесь. Ее родители намерены реабилитировать дочь в глазах элиты. Ты ведь сам послал ее к Хранителям, чтобы она прошла обряд на подтверждение своей невинности.

— Да, сынок, — встряла мама, так же с непониманием посмотрев на меня.

Я же застыл на месте, сложив все как дважды два. Затем мгновенно переоблачившись, я тьмой рванул к Азаде, укрывающейся от моих глаз. Демоница заторопилась, почувствовав угрозу, затем сама приняла свою ипостась… только вот совсем не демоницы, а… оборотня, черт возьми!!!

Оборотень – Азада! Как я вообще мог не заметить ее истинной сущности, и кто посмел помочь демонице применить карающее заклятие. О чем Азада только думала, ведь отныне и навеки она останется изгоем в моем мире.

— Азада! — рыком взревел я, нагоняя её. Тьма все мощнее сгущалась вокруг меня, и по мере приближения к демонице, меня все сильнее подпитывала ярость мщения. — Азада!!! — второй раз окликнул ее, но она совершенно не реагировала на мой громоподобный крик. Ее имя звенело в ушах, а в глазах горело огнем, подобно лаве. Безумие погони охватило меня с головой, и я продолжал преследовать демоницу, пока та не скрылась за высокой стеной, граничащей с началом лесного массива. Я резко замер на месте, но продолжал выслеживать Азаду.

Демоница-оборотень остановилась, почувствовав, что угроза миновала. Призрачная надежда в ее глазах вдруг вспыхнула ярким блеском, и я заметил ее нравный кивок, словно она таким образом обыгрывала свое сражение со мной.

— Тебе не скрыться от меня, — сказал я, развивая тьму от себя.

— Я и не скрываюсь, Соломон, — ответила Азада, вновь переоблачаясь в привычное тело демоницы. — Я ведь люблю тебя, мой Лорд, и никогда не смогу разлюбить. Ты моя судьба, и я обязана бороться за тебя, — выкрикнула она, срываясь на гнев. Нотки ревности витали вокруг нас, разделенных стеной и приличным расстоянием.

— Ты должна отпустить Анну, если желаешь доказать свои чувства ко мне, — я принял правила игры, используя ее слабость. Азада ухмыльнулась, покачав головой. Ее длинные волосы каскадом накрыли лицо, а взгляд ее ярко желтых глаз меня озадачили. Разве у оборотней такой он? Испепеляющий. Надменный и гордый. Азада не любила меня, это все иллюзия. Это чувство ей внушили.

— Там, куда я их отправила, им будет хорошо обоим! — закричала демоница. — Авраам солгал мне! Солгал всем, что я останусь такой, какой была! Я не стала прежней, мой Лорд! — она от отчаяния начала суетиться и бродить туда-сюда, запрокинув за голову руки. — Соломон, я никогда не стану прежней…, — захныкала она.

— Что с тобой произошло? — я предпринял другую попытку разговорить Азаду, и внести ясность в наш напряженный диалог. — Почему ты думаешь, что никогда не станешь прежней?

— Потому что я умерла, мой Лорд, — хныкнув, промолвила она. Остановившись, как вкопанная, Азада уставилась на меня, а по ее щекам потекли желтые слезы. Как кровь у Хранителя, когда он умирал на моих руках. Что за чертовщина, черт побери!? — Не иди за мной, Соломон. Ты все равно проиграешь. Я предупреждаю тебя лишь раз, иначе твоя Анна больше никогда не найдет дорогу в мир Царства.

— Что ты сделала с ней?! — я сделал шаг, на что Азада оскалилась и вновь приняла облик оборотня.

— Подумай, Лорд, — она насмехалась надо мной, — прежде чем свершишь роковую ошибку. Анна всегда рядом с тобой, Соломон, и также далеко, словно её никогда не существовало...

Азада умчалась в темень леса, скрываясь из виду. Не перерожденные души кинулись в рассыпную, но я заметил, как несколько отделились от общей толпы и направились к замку...

ГЛАВА 36. Анна

Я касалась невидимой стены, ощущая присутствие Соломона рядом. Моя ладонь замерла в пустоте, но холод, которым опалило руку, словно жалил кожу, и мне пришлось одёрнуть кисть. Я прищурилась, желая разглядеть в странном помутнении ясный облик своего мужа… своего любимого мужчину, ради которого была готова на всё.

— Анна! — закричал он, выглянув из-за перил в библиотеке судеб.

— Я здесь, Соломон! — отозвалась я, помахав рукой, но мой Лорд меня не видел. Затем чьи-то руки обхватили меня за талию и поволокли против силы на выход из огромного помещения. — Авраам! — я начала отбиваться, думая, что именно он стал тем, от которого мы скрывались. Оборотень.

Оглянувшись кое-как, я уловила силуэт теней, но никак не оборотня. В своем воображении я рисовала волка, ведь на Земле мы привыкли считать, что это они – те оборотни, о которых слагают книжки фэнтези. Но нет… ох, как мы ошибались. Это демоны, только вот обличие их безумно безобразное. Изуродованное. Ядовитый оскал пасти привел меня в такой ужас, что я не сдержала своего крика.