Распоротый - Дубов Игорь - Страница 48

– Эй, – позвал я, собравшись с силами, может, вы выключите наконец эту дрянь? Чара вздрогнул и тупо воззрился на меня.

– Что ты еще… – начал было он, но вдруг осекся и махнул рукой. – Ладно, – решил он. – Не хочешь, не признавайся. В конце концов, – пояснил он Коре, – для нас главное, чтобы он перестал действовать. Все равно то, что он скажет, послезавтра будет уже не нужно.

Послезавтра… Я был так поражен услышанным, что даже не заметил, как Кора остановил машинку. Неужели путч назначен на послезавтра?! Как поздно я узнал об этом! Вот, значит, почему Чара на Совете согласился отложить вопрос на декаду.

– Я не спрашиваю, что случится послезавтра, – сказал я вызывающим тоном. – Ты ведь все равно не ответишь.

– Ну почему же? – милостиво разрешил Чара. – Можешь спросить. На этот раз я отвечу. Послезавтра мы избавимся от негодного правителя. Нынешний слишком плохо управляет страной. А власть, советник, тоскует по крепким рукам.

– Та-а-к… – сказал я, делая вид, что перевариваю информацию. – А ты, конечно, считаешь, что будешь годным правителем?

– Ну ты, стакан дерьма! – возмутился Кора и угрожающе потянулся ко мне.

Чара остановил его коротким жестом.

– Люди кипят от негодования, – заявил он. – Еще немного, и они взорвутся. Страну ждет анархия. Нужна жесткая власть, способная предотвратить хаос. У нас просто нет выбора…

– Все, кто пришел с войны, радостно восстанавливают разрушенное, – упрямо заметил я. – Они не хотят воевать и уничтожать. И не будут, если их не подтолкнуть к этому.

– Принцепс не удовлетворяет их ожиданий, – презрительно поморщившись, продолжал Чара. – Они хотят строить, а он не дает. Они едут в село, а он решает сократить производство стимуляторов. Они согласны работать бесплатно, а он говорит о кризисе платежей.

– Он видит, что впереди пропасть, – возразил я. – Ты же был вчера на заседании Совета. Разве Лара не прав?

– А ты видел когда-нибудь табун бегущих лошадей? – спросил меня Чара. – Нет? Так вот я не желаю тебе оказаться на его пути. Но если это все-таки случится, скачи только вперед. Возглавь табун. Иначе тебя затопчут.

– Даже если табун скачет не туда?

– В любом случае. Тогда у тебя хоть будет возможность его завернуть.

– И ты уверен, что знаешь, куда скакать?

– Я знаю.

– Почему вы все так уверены в себе? – брезгливо сказал я. – Вот ведь странно. Чем невежественней человек, тем тверже он уверен, что все знает.

Чара вспыхнул, но сумел взять себя в руки.

– С тобой, жаль, забыли посоветоваться. Но ты не беспокойся. Население нас подержит.

"Еще бы не поддержать! – подумал я про себя. – Обязательно поддержит. Энтузиастам ведь надо все сразу и немедленно. А когда у них не получается, они готовы одобрить любые меры – только бы это вышло. Именно так из энтузиазма рождается фашизм: в отчаянной погоне за мечтой".

– Ну конечно, – согласился я. – А если население не поддержит, у тебя хватит верных хранителей Восстановления. Они постараются вдохнуть в колеблющихся это высокое желание. Чара внимательно посмотрел на меня.

– Похоже, ты все же знаешь лишнее, – спокойно заметил он.

Я прикусил язык.

– Надо сперва снять с него аппарат, – посоветовал молчавший до сих пор Кора.

Слова Коры прозвучали зловеще. Кажется, дело приближалось к концу. Я почувствовал, как меня охватывает паника. Мне отчаянно не хотелось умирать. Сейчас я, как никогда, не был готов к этому. Надо было срочно чем-нибудь заинтересовать Чару. Пытаясь собрать разбежавшиеся мысли, я вдруг вспомнил, что Чара может не знать о встрече чистильщиков и "волчат". Эта информация должна была чего-то да стоить. Во всяком случае, я мог торговаться.

– Я действительно кое-что знаю, – сказал я Чаре. – Но не потому что работаю на кого-то; это вышло случайно. Если ты пообещаешь отпустить меня, я тебе расскажу.

– И что же ты знаешь? – заинтересовался Чара.

– Я расскажу тебе внизу.

– Говори здесь!

– А кто мне гарантирует, что ты отпустишь меня?

– Слушай, советник, – раздраженно произнес Чара, – условия ставить тебе уже не приходится. Твое время кончилось. Так что, если ты хочешь что-нибудь сказать, торопись. Пока тебя слушают.

– Эй! – Кора махнул шоферу. – Сними с него аппарат.

Я почувствовал, как радостно стукнуло и быстро забилось от всколыхнувшейся во мне надежды сердце. И словно ярче заблестели в лучах солнца мокрые камни, засияло светло-зеленым раскинувшееся до горизонта море. Судьба наконец решила снова улыбнуться мне. Сжалившись, она чуть сместила пальцы, и моя чаша весов медленно пошла вверх. Это был по-настоящему последний шанс. И я точно знал, что ни за что его не упущу.

– Ну! – настаивал Чара, – Говори же!

– Погоди, – сказал я, кивая на подходящего ко мне шофера.

Мне казалось, что он движется очень медленно, и, чтобы не выдать себя, я закрыл глаза, концентрируясь перед предстоящим броском. Шаги приближались, потом гравий хрустнул совсем рядом, и я почувствовал запах пота, когда шофер наконец подошел вплотную. Прошло несколько томительных секунд, потом его жесткие пальцы сдавили онемевшее от пытки предплечье, и в это мгновение я резко открыл глаза, впиваясь в него взглядом.

Ошеломленный шофер попытался было отпрянуть, но я вцепился в него мертвой хваткой отчаяния, вложив в едва ощутимую нить все оставшиеся силы. И тогда он безвольно завис надо мной, сжав обеими руками машинку и не двигаясь, пока я пробирался сквозь маленькие зрачки и потом по узким каналам нервных волокон в череп, захватывая и подчиняя себе один за другим сегменты сперва сенсорной, а потом и моторной зон. Я никогда не интересовался, как устроен мозг жителей Керста. Несомненно, в нем были какие-то отличия от мозга землян. Но природа, повинуясь неумолимому закону, заканчивала свои эксперименты на низших тварях, и если решала создать венец творения из млекопитающих, то каждый раз лепила его по одному и тому же образцу.

Я видел, как расширялись зрачки впадающего в транс шофера, по мере того как я овладевал его телом. Один только раз он судорожно вздохнул и дернулся, пытаясь освободиться, но я к тому времени проник достаточно глубоко и без труда подавил бунт.

– Ну чего ты застыл?! – услышал я повелительный окрик Коры.

– Продолжаем! – мысленно приказал я шоферу.

Он покорно склонил голову, и я стал его пальцами медленно ослаблять зажимы. Когда машинка в конце концов соскользнула с плеча, я позволил ему отойти. У меня еще оставалась возможность договориться с Чарой полюбовно, и согласно кодексу я должен был использовать ее до конца.

– Так что там у тебя? – раздраженно поторопил Чара.

Я взглянул на шофера. Тот стоял там, где я велел ему – возле своего электромобиля, в нескольких метрах от Чары, чтобы не вызвать подозрений. У него не было оружия, но я рассчитал, что он схватит Чару и закроется им, как щитом. После этого он должен был забрать у Чары пистолет. Если Кора при этом не бросит оружие, его можно убить. Шофер был явно сильнее Чары, и я надеялся, что у него получится.

– Я знаю о сговоре чистильщиков и "волчат", могу назвать имена, – сказал я, растирая измученное предплечье о свой бок. От щипков оно было багровым, но скоро должно было посинеть, а может быть, даже и почернеть.

Вопреки ожиданиям Чара почти не отреагировал на мое сообщение.

– Ну и что?

Я с изумлением посмотрел на него.

– Ты же воевал против них. Я слышал, ты в списке приговоренных.

– Меня это мало заботит, – безразлично сказал Чара. – Сейчас кланы далеко. Главное – взять власть. А. там разберемся.

"Кто еще с кем разберется…" – подумал я, но вслух удивился:

– Ты же боялся, что меня послали кланы!

Чара медленно поднял на меня тяжелый взгляд.

– Если я чего и боюсь, – раздельно сказал он, – так это того, что тебя послал Принцепс.

– Меня не посылал Принцепс, – сказал я устало Пора было начинать. Время шло, а мне предстояло еще много узнать у Чары. Я встретился глазами с шофером и стал плавно перемещать его поближе к министру. Я действовал честно и знал, что ни разу не нарушил правила. Мирные способы я все исчерпал. Теперь можно было переходить к силовым.