Вариация жизни - Дубинянская Яна - Страница 2

– Придумаете что-нибудь, – бросил Кармелли. – Жители Вариаций наивны и доверчивы, у них ведь отсутствует жизненный опыт. Только не вздумайте выдавать себя за божество или что-нибудь в этом духе. Старо и плоско.

– А в мини-юбке было бы намно-о-го труднее, – протянул кто-то, и Кармелли раскатисто захохотал, захихикала его ассистентка, засмеялись все, и под этот всепоглощающий хохот Айрис провалилась в искрящуюся темноту, полную неясных шорохов и стуков.

– Что бы ни случилось, помните: они не люди, – донеслось до нее неведомо откуда последнее напутствие этого мира.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Справа и слева на розовом фоне неба чернели зазубренные силуэты скал, но посередине линия горизонта была идеально-ровной, и огромный диск солнца касался этой черты своим нижним краем. Потом между ними возник зазор, который непрерывно увеличивался, но уловить это движение было недоступно глазу. Солнце взошло, и новая Вариация начала свое кратковременное существование.

Угловатая тень скалы поползла в сторону и назад, и лучи восходящего солнца хлынули на Айрис. В этой Вариации их свет был слегка оранжеватым, и белая кожа девушки приобрела золотистый оттенок, волосы стали огненными, а складки красной юбки загорелись таким непередаваемо-алым цветом, что невозможно было представить себе ничего ярче и насыщеннее.

Айрис любовалась восходом. Она не почувствовала момента своего перемещения – просто стояла и любовалась восходом, не помня, когда это началось.

Легкий ветер трогал ее волосы, мягкое солнце не слепило глаз, и было хорошо. Она вовсе не чувствовала себя чужой в этом эфемерном мире, она готова была простоять так…

И вдруг ее как ударило – экзамен! Она может простоять здесь весь день – а ведь это единственный шанс в жизни! Солнце… это солнце уже совсем высоко! Быстрее, быстрее!

Но что – быстрее? Айрис беспомощно огляделась по сторонам. Ровная бескрайняя степь, поросшая жухлой травой, скалы на горизонте, у скал что-то поблескивает – может, река… Все это исчезнет через каких-нибудь пятнадцать-шестнадцать часов, мало, безбожно мало времени… И что делать? С чего начать? Куда идти? И она. продолжала стоять, словно прикованная взглядом к солнцу, которое не слепило глаз…

– Дева с волосам цвета пламени…

Это были стихи, и они возникли совершенно органично, неотделимо от огненного круга, и только через несколько мгновений Айрис поняла, что они были произнесены вслух, и произнес их чей-то голос… Она обернулась – мгновенно, стремительно, испуганно. Сверкающий всадник возвышался над степью, невообразимо-огромный, и длинная тень от него стрелой рассекала землю. Его причудливые доспехи крупными чешуями обрисовывали могучие плечи и широкую грудь, и еще одна чешуя была поднятым забралом. Открытое лицо было массивным, черты – недостаточно правильными, но голубые глаза смотрели прямо, а светло-рыжая короткая борода очерчивала контур лица, придавая ему некоторую законченность. Что-то изменилось в этом лице, когда Айрис обернулась, но она не смогла уловить, что именно, его выражение казалось бесстрастным.

Как она могла не заметить раньше этого всадника – в открытой степи? Или он возник только что – ведь Вариация формируется в течение десяти-пятнадцати минут… Человек, которому несколько секунд от рождения. «Они не люди…»

– Кто ты? – спросил всадник тем же самым, слишком мягким для такого мужчины голосом, который произнес строчку о деве.

– Мое имя Айрис, – неожиданно смело и спокойно ответила она. – Назови свое имя.

Уголки его губ дрогнули в вовремя сдержанной усмешке гордости от того, что сейчас прозвучит его гортанное прославленное имя:

– Я князь Джерард Эрл.

Эрл! Братья Эрлы! Лицо Айрис вспыхнуло в неудержимой ослепительной улыбке. Как хорошо, что он оказался, то есть возник именно здесь, этот милый странный рыцарь…

– Я cбилась с пути, – уже почти беззаботно сказала она. – Отвези меня в свой замок, Джерард Эрл.

Она сделала шаг в его сторону, и от этого движения складки длинной юбки всколыхнулись, перетекли одна в другую алыми всполохами.

– Красный цвет, – задумчиво произнес Джерард. – Цвет опасности… Цвет любви… Цвет рода Эрлов. Я не знаю, как ты оказалась здесь, но… почему-то не хочу этого знать. Я отвезу тебя в свой замок.

Он наклонился и, руками в перчатках из толстой кожи обхватив кольцом ее талию, легко оторвал Айрис от земли и посадил в седло впереди себя. Она огляделась по сторонам с этой неимоверной высоты, и тут же увидела замок, высившийся между скал – такой же остроконечный, как и их верхушки и, может быть, поэтому не замеченный ею раньше. Или раньше его просто не было?

Доспехи Джерарда Эрла были теплыми, нагретыми в лучах утреннего солнца, и к ним было так хорошо прислоняться… Потом ей вдруг захотелось поговорить с ним.

– Когда ты подошел ко мне… ты произнес какие-то стихи. Откуда они?

– Это баллада Элберта, – ответил Джерард, и в его улыбке мелькнула печаль.

– Князя Элберта Эрла. Когда-нибудь он споет ее для тебя. А я не слагаю и не пою баллад. Я всю жизнь воевал с неверными, одно только это я и умею делать.

Айрис подняла голову от теплого металла. Всю жизнь – что он хочет этим сказать?

Копыта коня зацокали по каменному мосту, где-то внизу блеснула река.

– Эрелинелле – река Эрлов, – сказал Джерард. Как странно, что в этом мире все имеет свои имена и названия, наверное, они чуть-чуть изменяются от Вариации к Вариации, а может, не меняютоя вовсе. И какой у него удивительный голос… Мягкий, негромкий – а вместе с тем есть в нем что-то нерушимо надежное. Во всех слышанных ею мужских голосах, какими бы твердыми они не казались, Айрис всегда ловила неуверенность. Неуверенность

– чисто человеческое качество. «Они не люди…»

Замок Эрлов встретил Айрис неумолимо надвигающейся стрельчатой тенью, скрипом разводных мостов и лязгом поднимающихся решеток – неприступная громада, начинающая незаметно ветшать. Джерард спешился, и двойной звук шагов человека и коня гулко отразился от каменных стен. Какой-то мужчина, высокий, широкоплечий, одетый в алый и черный атлас, поднялся от ворота, приводящего в движение входную решетку, и жестом поприветствовал их. Еще две фигуры возникли из окружающего полумрака. Айрис смотрела на них с высоты седла, но вез равно эти мужчины казались ей немыслимо-огромными. У одного из них была в руках причудливой формы гитара, и он наигрывал на ней что-то монотонно-печальное.

– Это мои братья, – сказал Джерард. – Князь Элберт Эрл. Князь Эдвард Эрл. Князь Монмут Эрл.

Одинаковые фигуры, похожие имена, почти одинаковые лица… Только черты Элберта чуть более тонкие и скрытные, чем у Джерарда, в лице Монмута есть что-то тяжелое, не то медвежье, не то бычье, а Эдвард прячет за бородой совсем мальчишескую юность. «Братья Эрлы, которые ведут войну…»

– Это Айрис, – просто сказал Джерард, и она увидела, что они поняли. Им не нужно было никаких объяснений, они принимали как должное, что на закованном в броню коне сидит девушка с огненными волосами, и шелковые складки цвета их рода свешиваются с седла.

– Она похожа на Ириду, – медленно сказал Монмут, самый старший.

– Да, – кивнул Джерард, – я заметил… Ирида – это наша сестра, – сказал он, обращаясь к Айрис. – Ее убили неверные четыре года назад.

Это о ней: «дева о волосами цвета пламени», – поняла Айрис.

Четыре года назад… Все они живут не больше часа.

Джерард снял шлем – у него были густые светло-рыжие волосы, прямыми прядями спадающие на шею, но не достигающие плеч. Низкорослый слуга принял шлем из его рук и взял под уздцы коня, с которого Айрис спрыгнула, положив ладони на широкие плечи Джерарда. Опираясь на его руку, она прошла в длинный зал с витражами в стрельчатых окнах, и трое братьев тяжелой поступью последовали за ними. Здесь был накрыт узкий дубовый стол, и в воздухе стоял щекочущий аромат жареного мяса и пряностей.

– Приглашаем вас разделить с нами утреннюю трапезу, – сказал Элберт. Это прозвучало несколько натянуто, но Джерард чуть смущенно улыбнулся Айрис, и она согласно улыбнулась в ответ. А за столом натянутость исчезла, братья Эрлы весело разговорились, заразительно-звонко смеялся Эдвард, Элберт наигрывал что-то бравурное на гитаре, а Монмут сосредоточенно опрокидывал один за другим огромные бронзовые кубки. Но «они не люди…» Время, уходит время!..