Проект «Миссури» - Дубинянская Яна - Страница 70

— Мы вместе учились.

— А уже такая карьера, такой успех, такие, простите, деньги!.. Понятно, что мы, старики, не можем соперничать с комбинаторированным поколением. Изначально… гм… неравные условия… Здесь налево и дальше до перекрестка. Насколько я знаю, ваш супруг, господин Санин, стоял у истоков программного обеспечения проекта «Миссури»?

— Кажется. — Ее все больше раздражал этот разговор. Неужели нет других тем, кроме ее супруга? Наталья с удовольствием перехватила бы инициативу в свои руки, но ведь приходилось еще и следить за дорогой! Она никогда не умела заниматься двумя вещами одновременно.

— На порядок более дешевые схемы комбинаторики, доступные каждому, — тоже ноу-хау его корпорации? Честное слово, Наташенька, я восхищаюсь вашим мужем, хоть он и годится мне… гм… ну, почти в сыновья. Во-он за той высоткой будет заезд. Несомненно, вы сделали правильный выбор, став женой такого человека. Впрочем, что я говорю, иначе ведь и не могло произойти. Простите меня, старика, привыкшего то и дело ошибаться…

— Сегодня вы не ошиблись, Толик. — Она собиралась вложить в эту фразу как можно больше призывной двусмысленности. Но перед самым поворотом какой-то козел на жалком «опеле» внаглую пошел на обгон, и депутату достались совсем не те интонации.

— Вы обиделись, — констатировал он. И был прав.

Наталья нырнула в узенькую улочку заезда и следующие десять минут кружилась между домами, выслушивая от Анатолия Сергеича только ценные указания насчет маршрута. Депутат жил в спальном районе города, в каменных джунглях не самого высокого пошиба. Интересно, какая у него квартира? Видимо, трех-четырехкомнатная, если, конечно, не закупил весь этаж, что маловероятно. Типичный средний класс. Восхищается он!.. Естественно. И какая Ленке польза с его патроната?

Указывая направление, Анатолий Сергеич ненавязчиво положил руку ей на плечо. Ну, это уже на что-то похоже: а то все «муж», «супруг» — убиться с тумбочки! Правда, теперь Наталья сомневалась, стоит ли здесь оставаться. У него, наверное, и джакузи дома нет.

— Здесь. Второй подъезд справа, а парковка чуть в стороне. Вы же зайдете ко мне выпить чаю, Наташа?

Во время ключевой фразы у него запищала мобила. Отвечать депутат не стал, только воровато, мельком взглянул на определитель номера; лощеная физиономия заметно перекосилась. Вздохнул и добавил с преувеличенным энтузиазмом:

— Непременно заходите! Жена, кажется, уже дома…

Наталья потушила фары, и он, хотелось бы надеяться, не разглядел выражения ее лица.

Все они козлы.

Она уже в двадцатый раз набирала телефоны Влада. Дома его не было, на работе, как утверждал охранник, тоже (причем уже часа два), а мобильный находился в «недоступной зоне», то бишь благоверный его отключил — по своей обычной рассеянности или по какой другой причине. И все бы неплохо, если б Наталья сама осталась с депутатом Толиком или подцепила кого-нибудь еще. Но она-то ехала домой!!!..

Домой, как последняя идиотка. К тому же в разгар лета, когда нужно быть вообще не здесь, а где-нибудь на тропических островах. А что, это мысль! Разумеется, за последние недели она посещала Наталью неоднократно, однако что-то все время мешало вот так просто взять и уехать: может быть, лень, а может, и этот, как его, абсолютный тропизм. Никогда ведь не угадаешь, что именно.

Она выехала на загородную трассу. Встречных машин почти не было, и ничто не мешало отдаться грандиозным планам. Вот прямо сейчас связаться с агентством и заказать какой-нибудь сногсшибательный курорт, и чтобы самолет вылетал сегодня же ночью. Вещей не брать: лучше прямо на месте совершить хороший всеохватывающий шоппинг. Владичек заплатит, никуда не денется. За все заплатит!.. И заодно будет знать, как не ночевать дома и заставлять скучать любимую жену. Вот только надо точно выяснить: принимают ли там, в тропических странах, чеки «Санин-Компьютерлэнд-банка»?..

Ближе к их дому дорога стала совсем пустынной. В свете фар мелькнуло что-то мелкое — то ли кошка, то ли заяц, — и Наталья резко ударила по тормозам. Не хватало еще… она передернула плечами и сбавила скорость. Нет, по вечерам надо брать с собой водителя. А то за розовыми мечтами и человека можно сбить.

На курорте она, конечно, и десяти минут не пробудет одинокой замужней женщиной. Море, пальмы, откровенное бикини! Мужики будут падать вокруг нее гроздьями. И там уж точно есть из кого выбрать: это вам не Ленкина бабья тусовка с битвой за каждые штаны. Наталья успела нафантазировать смуглого испанистого мальчика со жгучими глазами и потрясающими мужскими достоинствами, когда все это случилось.

Темная фигура перед самым лобовым стеклом — откуда?!! — скрежет тормозов, удар, сотрясение огромной машины; Наталья подпрыгнула, ткнулась лбом в зеркало заднего вида — она никогда не пристегивалась и всегда низко опускала его, зеркало… И пронзительно, душераздирающе завизжала и визжала долго, целую вечность, пока не пересохло горло и визг не оборвался приступом кашля. Перевела дыхание и приготовилась снова заорать…

Лобовое стекло было веером забрызгано чем-то бурым, С той стороны.

Выйти посмотреть она боялась.

Равно как и тронуть джип с места. Буквально в нескольких метрах впереди виднелся из-за деревьев их дом — трехэтажный особняк без единого огонька в окне. Ехать или бежать туда Наталья боялась тоже. Да и какой смысл?..

Она выключила фары. Потом включила снова. Приоткрыла дверцу, выглянула, не увидела ровным счетом ничего — и, резко захлопнув, откинулась на спинку сиденья. В эту секунду, непонятно каким образом, в машине заработало радио, и Наталья, взвившись, опять завопила — на этот раз почему-то совершенно беззвучно.

Дорога, кажется, была по-прежнему пуста.

Что теперь делать?! Если тот, в темноте, насмерть — то все, кранты. Шикарный отдых на тропическом побережье накрылся медным тазиком. А взамен — тюремные нары, в лучшем случае подписка о невыезде, если Влад расщедрится на залог и возьмет ее на поруки. Хотя куда он денется.

Мысль о Владе добавила ей и уверенности, и злости. Нет, какого хрена? Когда он объяснял ей популярно — без понтов, из-за которых она мало что понимала на лекциях в институте, — об этой самой нейронной комбинаторике, то выходило, что теперь все будет супер. Что ей, Наталье, при всем желании не удастся сделать что-нибудь не так, ошибиться в выборе. Что единственно правильный выход из любого положения найдется сам собой — потому что она так устроена; в отличие, скажем, от депутата Толика. Впрочем, последнего Влад, разумеется, не говорил… но мог бы и сказать, с него станется. Козел!..

Конечно, до сих пор все у нее так и было. Беспроблемно и гладко, как сливочный крем.

Но сейчас она понятия не имела, как поступить. Совсем. Ей даже не из чего было выбирать.

Впереди показались растущие огни встречных фар; Наталья втянула голову в плечи, искренне пытаясь стать невидимой — вместе с джипом и покойником на дороге. Когда фары приблизились настолько, что за ними начал угадываться силуэт легкового автомобиля, она крепко зажмурила глаза.

Проморгавшись, поняла, что машина уже проехала. По-видимому, не заметив жертвы ДТП и не обратив внимания на джип посреди трассы. Но легче от этого не стало.

И тут зазвонила мобила.

От страстной латиноамериканской музычки Наталью передернуло — и вогнало в еще больший ступор. С огромным трудом, словно двигая взглядом шкаф, она покосилась на определитель номера.

Влад. Ну наконец-то!.. Включил мобилу, гад.

— Да.

Выговорила, едва разлепляя губы. Однако вот-вот в ней был готов прорваться, словно сквозь плотину, неудержимый поток брани и обвинений. Муж тоже мне! Он, он один во всем виноват!! Где он шлялся?! Почему не встретил, не прислал водителя, позволил ехать ночью одной?!! Почему он по жизни такой козел?!!

— Здравствуй, Наталья Пэтровна. Саскучилас, да?

Мужской голос в трубке был совершенно незнакомый. Хрипловатый и насмешливый, какой-то балаганный. Акцент — и тот звучал не по-настоящему, с таким рассказывают грузинские анекдоты.