S-T-I-K-S. Студент (СИ) - Булавин Иван - Страница 38

Сквозь дым и пыль я различил некие огненные хвосты, проплывавшие в небе. Приглядевшись, я понял, что это бочки с горючим, возможно, с самым настоящим напалмом. Тоже неплохо, твари, при всей их живучести, состоят всё же из органики, а она имеет свойство гореть. Скорость, с которой летели бочки, говорила, что запускают их из чего-то, вроде требушета.

С той стороны полуразрушенной стены поднялась стена пламени, и затрещал огонь, я уже начал надеяться, что такое испытание не по силам армии мутантов, что они повернут назад, но, увы, ошибся. Тот, кто командовал всей операцией, явно был ещё жив, надо полагать, он где-то в последних рядах. Внезапно через стену, охваченную пламенем, перелетел рубер. Огромная туша проявила поистине невероятную ловкость, достойную олимпийского чемпиона по гимнастике. Он несколько раз перекувыркнулся в воздухе, после чего приземлился, ухватившись лапой за балкон. Вторая его лапа метнулась внутрь дома и выдернула оттуда автоматчика, бедолага даже пикнуть не успел, тварь разорвала его напополам.

Рубера изрешетили огнём из всех стволов, а через стену уже летел второй и третий, рация что-то испуганно кричала, но слова тонули в грохоте взрывов. Одна за другой огневые точки замолкали, монстры просто засовывали туда лапы и выдёргивали не успевших убежать стрелков. Кто-то успевал откатиться вглубь дома, но стрелять он уже не мог.

Меня схватил за плечо офицер, его слова я больше прочитал по губам, нежели услышал. Снова отходим. Да, нам уже ничего не остаётся, оборона смята, хотя и заставила врага в очередной раз умыться кровью. Ну, или что там у них вместо крови. Но и отход представлялся дорогой смерти, твари были уже на улицах, их становилось всё больше, постепенно через стену начали перебираться огромные элитники, а местами и до сих пор недобитая мелюзга, видимо, огонь прогорел.

Но и тут командование нашло способ, вообще, создавалось впечатление, что атака Орды разыгрывалась, как по нотам. Только ноты эти писали военспецы из города. Мы отходили не то, чтобы строем, но вполне организованной толпой. А замыкали шествие сапёры, подрывавшие всё на пути тварей. Оказалось, что рубер, которому противопехотной миной оторвало ногу, становился почти небоеспособным, а бегуны и лотерейщики отлично убивались осколочными минами направленного действия.

В итоге, те сто метров дороги, которые мы (и, надеюсь, остальные группы) прошли, отступая, были в три слоя завалены ранеными и убитыми тварями.

Но они всё никак не кончались. Третья линия обороны представляла собой баррикады из грузовиков, брёвен и наскоро заваленных зданий, она опоясывала центр города, где стояли все мало-мальски значимые здания, которые, в свою очередь, имея вид крепостей, являли собой потенциальную четвёртую линию обороны.

Здесь снова пошли вдело орудия большого калибра, пулемёты, древние с виду, но вполне исправные, две зенитных установки, какие-то непонятные орудия, вроде многозарядных миномётов, впрочем, возможно, это миномёты и были, я в них пока плохо разбираюсь, военное дело только здесь учить начал.

Возможно, шансы у нас были, да только одно смущало, отступив сюда, мы сдали две трети города, там сейчас расползались твари, хорошо, если все эвакуировались, а если нет? Если часть людей не успела?

Но рассуждать было некогда, противник снова пошёл на штурм, да не абы как, а довольно хитро, каждый, кто мог хоть что-то бросить, бросал это. В нас летели камни, куски бетона, железки, прилетел даже целый противотанковый ёж, который, правда, никого не убил, а лишь обрушил часть стены. Снова разразившиеся огнём пулемёты перемалывали противника в мелкий фарш, но резервы у него были неисчерпаемыми. Я заметил, как сам Казак мечется между орудиями, отдавая приказы, позиции заволакивало пылью, твари уже перелезали через ограждение.

Тут меня схватил за плечо Доцент, который до того отдавал приказы офицеру с которым мы вместе занимали огневую точку, я так и не узнал его имени, не до того было. Доцент показывал на дом, что стоял позади нас, он был напуган и что-то настойчиво требовал. Офицер кивнул и побежал к указанному дому. По пути он схватил меня за рукав и потащил за собой. По дороге он объяснил, что от нас требуется.

Часть нонкомбатантов, в виде женщин и немногочисленных детей, пряталась в подвале этого дома, но защита там была никакая, если твари ворвутся в дом, то точно выломают двери и, само собой, устроят пиршество. Но там была потайная дверь, которая вела в подземный тоннель, выходивший за пределы города.

Наша задача состояла в том, чтобы увести их до того, как твари ворвутся внутрь, надежды удержать их больше не было. В последний раз обернувшись, я увидел, как раненый Казак, заменив убитого пулемётчика, стреляет по наступающим. Нам конец.

В дом мы попали быстро, офицер располагал нужными ключами, дверь в подвал открылась. А потом и дверь из подвала, ведущая в длинный тёмный коридор. Он повернул какой-то рубильник на стене, и вдоль стен зажглись лампочки, позволяющие хоть немного видеть направление.

Беженцев было много, сотни полторы, в основном, как и ожидалось, женщины, те самые, которых берегли и считали главным богатством города. Размахивая автоматом, офицер погнал их по коридору, мы пошли замыкающими, коридор, слава Улью, был сделан нарочно узким и низким, чтобы даже человек тут шёл, слегка пригибая голову (если он, конечно, не мелкий, вроде меня).

А в дом, высаживая окна и двери, уже лезли твари, скоро они найдут нужную дверь, а нюх сообщит им, что туда только что ушла вкусная и почти беззащитная добыча. Беззащитными мы, впрочем, не были. Около десятка женщин держали в руках автоматы, а ещё две встали рядом с нами, ничего не имея в руках. Я понял, что они располагали каким-то полезным даром, который собирались применить. Отойти мы успели на довольно большое расстояние, когда позади послышался глухой топот десятков ног и клацанье когтей по бетону. Мы вдвоём, а за нами и вооружённые женщины слегка отстали от общей массы, чтобы задержать тварей, бежать быстрее, чем они, мы не сможем, придётся отстреливать, в идеале, завалив весь проход трупами.

Офицер протянул мне гранату, то ли для использования в обороне, то ли для геройской смерти. Но неважно, взял я её с благодарностью. Мы продолжали быстро отступать, но шли задом, развернув стволы назад. Вот из-за поворота коридора вывернулся мелкий бегун, которого тут же свалил короткой очередью офицер. А следом они попёрли пачками, трупы не успевали заткнуть проход, мы всё время отступали. Но тут сработала одна из «одарённых» женщин, она взмахнула рукой, и в коридоре вспухло облако чёрной пыли, а все попавшие в него мертвяки отчего-то начинали вертеться на месте, тыкаться в стены и вообще потеряли ориентацию.

— Две минуты, — крикнула она и побежала догонять остальных.

Побежали и мы, за две минуты можно далеко уйти, но тут вышла неприятность, едва не стоившая всем нам жизни. Проход имел ещё какие-то ответвления, закрытые дверями. Видимо, они вели в другие дома, а там сейчас хозяйничали мертвяки. Один из них, почти ставший рубером, вынес дверь и всунулся на полкорпуса в коридор. Я стоял дальше, а потому успел отскочить, поливая тварь очередями, а вот офицер не успел, когтистая лапа распорола ногу, да так, что штанина пропиталась кровью за пару секунд, а следом на полу образовалась лужа. Ясно стало, что офицер — не жилец. Он страшно побледнел и слабеющей рукой показал назад, я всё понял и побежал, а он, присев у свежеубитого рубера, стал ждать погоню. Убежав далеко вперёд, я услышал позади приглушённый взрыв. Спасибо ему, хоть немного задержал.

Теперь остался я один, а со мной женщина, точнее, девушка, явно молодая. Она выставила руки вперёд и сделала движение, словно что-то отталкивает от себя. А снова появившиеся из-за поворота твари, вдруг загорелись, словно состояли из бензина, а потом следующие и так далее. Средство было очень эффективным, но, увы, одноразовым, нам снова пришлось отступать. Забег наш постепенно близился к концу, наверх поднималась широкая лестница, а там большая дверь открылась наружу, нужно только всем успеть выйти и закрыть её за собой, такую дверь уже не выбьют.