Попаданка для дракона (СИ) - Верховцева Полина - Страница 38

— Я…я не нападала.

Темная бровь вопросительно поднялась, как бы спрашивая, врать собралась?

Меня это зацепило. Какая-то невоспитанная маленькая хамка наговорила на меня не пойми чего, а мне теперь отдувайся перед грозным папашей, который может обращаться в гигантского зубастого ящера.

Он же не будет меня жрать? Лучше уж на кол…

— Я слушаю. У тебя пятнадцать секунд, чтобы заинтересовать меня своим рассказом, — он демонстративно посмотрел на часы, — время пошло.

— Я сегодня заменяла девочку с кухни. Меня отправили с подносом в Летний Зал. Я всех накормила, напоила, посуду собрала и уже пошла обратно, как вдруг из-за угла выскочила какая-то оборванка и выбила у меня из рук поднос. Я сначала думала, что пацан, потом присмотрелась – девчонка, — меня прорвало. Я говорила с неимоверной скоростью, пытаясь все уместить в свою финальную речь, — сначала я сделала ей замечание. Тогда она начала хамить и обзываться. Я потребовала извинений. Она стала хамить еще больше и показывать неприличные жесты. Потом я сказала, что раз она все разбила, то должна все убрать. За это меня назвали то ли клячей, то ли тощей коровой. Точно не помню. Я рассердилась, схватила нахалку за ухо и потащила к Офелии. Я думала это какая-то бродяжка, которая случайно забрела в наш замок. Одета она ужасно, грязная, нечёсаная. Вдобавок сказала, что ее родители сдохли…извините.

Чем больше я говорила, тем сильнее закипала изнутри. Вспоминала, как эта «милая» девочка со мной разговаривала, и злилась:

— В общем, я потащила ее…

— За ухо? — спросил грозный отец.

— За ухо, за руку, за шкирку. Она вырывалась, как глиста, но я держала крепко. Притащила к своей начальнице, и вот тут-то и выяснилось, что это никакая не оборванка, а ваша дочь.

— И что дальше?

— Дальше… — я замялась, — дальше она потребовала, чтобы я перед ней извинилась.

— А ты?

— А я сказала, куда она может идти с этими извинениями, — я прикрыла глаза.

Боже, лучше бы осталась в домике с Оллином. Пусть холодно и голодно, зато никаких драконов и их противных отпрысков.

Справедливо рассудив, что мне уже все равно не избежать наказания, я набрала воздуху побольше и выпалила:

— Она отвратительно себя ведет. Ее пороть надо! И вообще воспитывать, чтобы не была похожа на дикарку!

Ну все. Теперь точно конец. Такой жирный и мясистый, что я даже боялась его представить.

— Хм, — дракон ухмыльнулся. От этой улыбки у меня по коже прошел мороз, — вот ты этим и займешься.

Я не поняла. Уставилась на императора во все глаза, пытаясь осознать его слова.

— Простите, — голос у меня противно задребезжал и сорвался, — в каком смысле воспитывать?

— В прямом, — он отошел обратно к столу, — у нас с Есминой действительно проблемы. Нянек она не слушает, делает, что хочет. Мы уже кого только не пробовали, но…никто ее за уши не таскал. Боялись.

— Я просто не знала, что она ваша дочь, а то бы тоже не стала.

— Ну-ну, можешь не оправдываться. Когда ты рассказывала о случившемся – сожаления в голосе не было, сомнений тоже. И если бы тебе дали шанс все переиграть, ты бы поступила точно так же.

Спорить с императором может только идиот, поэтому я стояла, смиренно опустив глаза в пол и почти не дышала.

— Посмотрим, может у тебя получится утихомирить Есмину.

— Пожалуйста, — я чуть не плакала. Мне совершенно не хотелось становиться нянькой для непослушного ребенка. Это же конец всем моим планам, — я не могу. Не умею.

Долгий задумчивый взгляд, которым меня наградил папаша-дракон, окончательно смял мое самообладание.

Уж лучше бы выпороли!

— Это не обсуждается, — он кивком указал на дверь, намекая, что аудиенция закончена, — сегодня я проведу беседу с дочерью, а завтра ты приступаешь к свои новым обязанностям.

— Хорошо, — я понуро упустила голову и поплелась к выходу.

Да что за день такой? Надо было просто извиниться перед этой выскочкой и все. С меня бы не убыло, а теперь придется расхлёбывать.

По ту сторону дверей меня встретил уже знакомый охранник и все так же молча отвел меня обратно.

—Ты жива? — прогремела Офелия, не сдерживая изумления, — как спина? Сильно высекли?

— Нет, — я грустно шмыгнула носом.

— Что тогда? Из замка выгоняют?

— Если бы. Меня приставили к этой гадкой девчонке. Я теперь ее нянькой буду, — сокрушенно простонала я, — я не хочу-у-у.

— Ты смеешься? — у нее глаза стали в три раза больше чем обычно, — да, о таком месте все только мечтают.

— Дураки они.

— Это престижно и почетно. Быть в няньках у дочери самого императора. Форма новая будет. Не такая как у прислуги. Комната отдельная, рядом с покоями принцессы.

Это конечно все было бы прекрасно, если бы не сама эта принцесса, которая еще при первом знакомстве умудрилась показать свое истинное лицо.

— Будешь при ней целый день и никакой тебе изнурительной работы, грязных тряпок и натруженных мозолистых рук. Разве не здорово?

— Здорово, — уныло согласилась я.

Остался один маленький вопрос. Когда при таком графике мне заниматься поиском Рубиновой Слезы?

Глава 16

Следующий день начался с того, что Офелия разбудила меня раньше остальных.

— Идем, — грубо тряхнула за плечо, — вещи свои не забудь.

Спросонья я не могла понять, что происходит. Кое-как попала ногами в ботиночки и, отчаянно зевая, поплелась за ней.

Меня привели в небольшую комнату на верхнем этаже. За стенкой спала мерзавка. Мне предстояло дождаться, когда она проснется, вызовет колокольчиком, и только после этого идти к ней, а пока было немного времени на обустройство.

Здесь было светло и уютно. Большое окно с тяжелыми шторами, шкаф с круглым зеркальцем. Узкая кровать с мягким матрацем и легкой, словно пушинка подушкой.

На серебристом покрывале лежала моя новая форма. Насыщенно синяя с белым воротничком и кокетливыми оборками по подолу. Сшито хорошо и ткань такая приятная, что я с удовольствием выпрыгнула из своего прежнего рубища и облачилась в новый наряд, не забыв при этом приколоть к вороту скрытник. Красиво, юбки мягко шелестят, и кружатся вокруг ног при каждом шаге — это мое лучшее платье, за все время пребывания в новом мире.

К нему в придачу шли светлые туфельки из мягкой кожи и круглая заколка для волос. Я так радовалась, что наконец стала похожа на человека, что не заметила, как пролетело время и за мной пришли. Оказывается, Есмина уже проснулась и отправилась с жалобами к папе-императору.

— Я не хочу с ней общаться!

Это были первые слова, когда я зашла в кабинет к правителю. Он с грозным, но какие-то несчастным видом сидел за своим рабочим столом, а в кресле напротив, прижав к себе колени, дулась Есмина.

Сегодня она была в платьице, умытая и вроде даже причёсанная, но все равно походила на растрепанного воробья.

— Она противная!

На себя посмотри. Хотелось ответить, но я смолчала. Император наблюдал за мной, и, я уверена, читал все мои мысли как открытую книгу.

Я не обольщалась. То, что меня поставили на эту должность, вовсе не значит, что ко мне будет какое-то особое отношение. Просто эксперимент от безысходности. Попытка найти управу на избалованного ребенка.

— Уверен, вы найдете общий язык.

— Она мне ухо чуть не оторвала, — завопила Есмина, — вот смотри!

Повернула свою вредную голову, так чтобы отцу было лучше видно. К слову сказать, нормально все было с ее ухом. Не опухшее и даже не красное. Не докрутила, наверное.

— Еся, довольно, — отец хлопнул ладонью по столу, — ведешь себя как маленькая. Мы уже столько нянь поменяли из-за твоих причуд, что уже надоело. Хватит. С этого дня с тобой будет Мария.

А можно не надо?

Этот сорванец в юбке мне остаток нервов выкрутит. Я не справлюсь. У меня нет опыта общения с детьми и желания тоже.

— Ты посмотри на нее, — не унималась девочка, — Она тощая, как палка.