Зеркала (СИ) - Покусаева Мария - Страница 43

В темные непроницаемые глаза, которые казались старше, чем их обладательница.

– Я прошу прощения, – сказала Сильвия, не улыбаясь. – Что невольно подслушала ваш разговор.

Мы промолчали. Только я, не удержавшись, по инерции всхлипнула, потому что все еще не успокоилась.

– Вряд ли мнение кого-то, вроде меня, интересно леди. Но все же, если бы леди спрашивала моего совета, – продолжила она. – Если бы леди немного интересовало мнение со стороны, которое, конечно, она вправе не принимать… – Ее голова с забранными в низкий пучок темными локонами наклонилась чуть вперед, словно Сильвия хотела мне поклониться, но решила остановиться на этом. – То я бы сказала, что ей действительно не стоит запирать себя в комнатах, как пленницу. Особенно, когда леди так искренне хочет не быть пленницей.

Она прошла вперед с прямой спиной, с такой осанкой и такой грацией, что я опять забыла, кто из нас леди. Сегодня на Сильвии было темное платье с небольшим шлейфом – он тек за ней, как тень, плавно, изящно, ни за что не цепляясь, словно в самом деле был тенью или темной-темной водой, превращенной в ткань.

Сильвия распахнула портьеры на одном из двух окон – и в спальню хлынул яркий солнечный свет. Такой бывает, когда на улице ясно и холодно, очень холодно и очень ясно.

В общем, погода там была отличная. Самое то для прогулки.

– Что же касается чародеев, – продолжила Сильвия, не оборачиваясь. Она была занята тем, что расправляла складки на портьерах, приводя их в порядок. – То с ними лучше договариваться, чем воевать. Особенно, если по уши втянуты в их чародейские игры и пока не имеете возможности выйти из них.

Она подошла к другому окну – и я заметила, что на ее лице мелькнула улыбка.

– Так что позвольте мне навести порядок в ваших покоях, миледи. – Яркого света стало в два раза больше. – И не отказывайте себе в развлечениях. Может так получиться, что в вашей жизни станет чуть меньше свободы. Через какое-то время.

Что, еще меньше?

Я подумала это, но не рискнула произнести.

Рука Ренара легла на мое плечо. Я повернула голову, глядя на него сверху вниз, и поймала движение губ. Кажется, он прошептал что-то вроде «идем» или «пойдем», в общем, ну же, леди, давай.

Я почувствовала себя капризной девочкой, которая не хочет идти на праздник, устроенный лично для нее, и устыдилась.

Сильвия застыла у окна, сцепив руки в замок перед собой, как служанка с какой-нибудь картинки, с той разницей, что голову она не опускала. Свет бил мне в глаза, поэтому ее силуэт казался сейчас просто черной тенью на фоне стены.

– Но есть одна проблема, – добавила Сильвия, когда я сунула ноги в кеды и наклонилась, чтобы завязать шнурки. – Кажется, у леди все еще нет подходящей зимней одежды.

– Но у меня есть… – попыталась возмутиться я.

– Я сказала «подходящей», – мягко поправила Сильвия. – Чем бы ни была зима в вашем мире, миледи, она, кажется, не похожа на нашу.

***

Самым сложным было делать вид, что Кондора тут нет. Он был тут – и не планировал никуда деваться. Он даже смотрел на меня время от времени, но, к обоюдному счастью, молчал. Видимо, не торопился ни извиняться, ни язвить. Ни к тому, ни к другому я пока не была готова.

В неловком молчании мы вышли из замка, пересекли пустой круглый двор, и я впервые оказалась за высокой замковой стеной – в смысле, здесь, а не где-то там, в других городах, откуда эту стену не видно. Передо мной убегала сквозь лес заснеженная дорога – ровное белое полотно, ни пятнышка, ни следа на нем.

Будь я юной и отчаянной героиней фентезийной сказочки, можно было бы подумать о том, что вот он – путь к свободе: выйди за ворота и беги, попади в беду и будь спасена кем-то, в чьем лице обретешь верного друга, помощника и, если повезет, любовь всей своей жизни – и пойдешь с ним дальше. Только вот лес вокруг был таким, что бежать в него не хотелось. Темный, густой, седой от снега, замерший так, словно в нем не было ни единого живого существа, этот лес говорил: пропадешь. Заблудишься. Сгинешь быстрее, чем встретишь кого-то, но даже если и встретишь – тебе это не понравится.

Ренар дернул меня за рукав – и только в этот миг я поняла, что так и застыла в шаге от ворот, вглядываясь в глубину снежной тропы, бегущей между деревьев.

– Пойдем, Мари, – сказал он. – Нам немного в сторону.

И я покорно пошла за ним, крепко вцепившись в руку, потому что, сделав шаг с каменной площадки, тут же утонула в сугробе.

Сильвия оказалась права: моя собственная одежда здесь была не к месту. Эта одежда создавалась в другом мире и с другими целями: для большого города, для перебежек от дома до метро и от метро до офиса. Для города, снег в котором быстро превращался в бурую жижу. Моя старая куртка не спасла бы меня от холода зимнего леса, что уж говорить о кедах?

Решить эту проблему оказалась не так уж сложно.

В великоватой для меня теплой куртке местного фасона и в плотном шарфе, наброшенном на голову, я походила на мальчика-подростка, сбежавшего со старшими братьями на прогулку в лес. Чужие сапоги, одолженные, как сказала Сильвия, у одной из служанок, выглядели непривычно, но вроде как нигде не жали и не грозили сделать меня к вечеру обладательницей кровавых мозолей.

Еле заметная тропка спускалась вдоль стены к основанию холма, на котором стоял замок. Я покрепче схватилась за руку Ренара, потому что тропка эта оказалась старой лестницей, выложенной потрескавшимися, впечатанными в землю булыжниками, покрытыми сейчас слоем налипшего льда. Слишком крутой и скользкий спуск, неловкое движение – и я бы летела сейчас носом прямо в чародейскую спину.

До такого я в порыве ненависти еще не дошла.

Справа от нас высилась стена, слева – ельник, ощетинившийся сухими ветками. Стоило ступить в его тень, как солнечное утро вдруг куда-то исчезло, мир нахмурился и померк.

И примерно тогда впервые за утро Кондор заговорил – не оборачиваясь и ни к кому не обращаясь:

– Замок – очень безопасное место, – сказал он, убирая в сторону ветку, которой рисковал получить по лицу. – В том числе потому, что в него нельзя перенестись из другого места через портал. Ну, если не считать зеркала, но это другой разговор. – Маг подождал, пока я с помощью Ренара переступлю через упавший поперёк тропинки ствол дерева. – Так что стационарный портал вынесли за пределы Замка, на всякий случай неплохо припрятав. Заметить этот спуск, не зная, что он есть, невозможно.

Я сделала вид, что никаких волшебников рядом нет, но сказанное, конечно, запомнила. На всякий случай.

– Господин маг хочет сказать, милая, – Ренар шагнул вперед и подал мне руку, потому что тропинка круто поворачивала, забирая еще больше вправо, – что для посещения нашего гостеприимного дома необходимо его высочайшее разрешение. Без этого никак.

Кондор улыбнулся в ответ на его иронию. Беззлобно.

Мы вышли на крошечную площадку, полукруглую, вымощенную спиральным узором камней. Замковая стена начиналась в паре метров над нами, а здесь, казалось, проступал какой-то другой фундамент, еще более древний. В нем угадывались очертания арки, намеченные тонкими пластинами блестящего черного камня, такими небольшими, что не сразу поймешь, что это не вкрапления или не обман зрения.

Кондор коснулся рукой стены – и этот контур вдруг замерцал, черные пластинки слились в одну черную линию, и эта чернота начала расползаться: сначала заполнила выемки на стыке камней, потом мелкие трещинки, а потом, когда впитала в себя все, что могла, застыла непроницаемой черной пленкой.

Как обсидиановое зеркало в Храме, только то был неподвижный камень, а эта чернота казалась живой. И очень, очень изменчивой.

Я вытаращилась на неё в ужасе и подалась назад, упершись в Ренара, который успокаивающе положил руки мне на плечи.