Мой очаровательный мистер Лёд (СИ) - Максименко Анастасия - Страница 6

Но как показала практика, с последним будут трудности. Он в первый раз за всю свою жизнь по-настоящему испугался. У него перед глазами всплыло лицо с остекленевшим взглядом, дрожащими губами, шепчущими: «Нет, не нужно».

Фрост зло мотнул головой.

Даже к Ири он не чувствовал и сотую часть того, что ощущал к этой знакомой-незнакомке, хрупкой человеческой девушке, и не понимал, за какие грехи или блага ему досталась эта малышка.

Различия между Алиной и его погибшей парой были колоссальными. Они отличались абсолютно во всем. Но сравнивать их не хотелось.

Что ж, он терпеливый, по крайней мере, был таковым, он постарается. Выдержка стоит того.

Леонардо, поддавшись порыву, приподнялся, даря целомудренный поцелуй в уже не такой горячий лоб. Витамины Ярина помогли.

Задержав на девушке последний долгий взгляд, Фрост кивнул своим мыслям, положил на колени планшет, открывая сообщение Ярина и выводя отдельным окном галаскан.

[1] Дистинолог – врач в окружении оборотней, специализирующийся на проблемах предначертанных пар, преимущественно человек-оборотень. Поскольку в парах оборотень-оборотень негативных, спорных ситуаций практически не бывает.

Глава 4

Алина

Во второй раз проснулась уже в куда более адекватном состоянии. По крайней мере, чувствовала себя уже более-менее сносно. Слабости и тошноты не было, как и желания истерить. Но еще до того, как открыть глаза, я четко понимала: происходящее ― не очередной страшный сон. Жестокая реальность.

Меня действительно уволок Леонардо Фрост, я на самом деле еду в его машине непонятно куда и непонятно зачем. Правда, «непонятно зачем» ― спорный момент. Этот мужчина с первой нашей встречи не скрывал своих грязных намерений на мой счет, не врал и не умалчивал, за что очень глубоко в душе вызывал у меня уважение. Он в лоб, не таясь, жестко и непримиримо посвящал в свои коварные планы на мою незавидную судьбу.

Еще сидя на «допросе» в Шепчущих Лесах, с его внезапным появлением я наконец прозрела, осознавая, по какой причине он медлил. Почему сразу же прямо из клуба не утащил в свою пещеру и не сделал то, чего хотел.

А я надеялась, что ему просто нравится со мной играть. Забавляться. Дура наивная.

Как бы ни было прискорбно и отвратительно, я была наживкой. Глупой уткой. На меня ловили тех, кто попытался посягнуть на собственность Фростов, с моей помощью вышли на шантажистов, воров, посмевших посягнуть на имущество опасных людей.

Из груди помимо воли вырвался тяжелый вздох.

Кто бы знал, сколько раз я уже пожалела о содеянном.

Нелепо думать, что если бы не я, то шантажисты сразу бы ушли в подполье, оставив в покое Котофф. Уж они бы и помимо меня нашли кого третировать. Однако к их радости «удачно» попалась на крючок именно я. Мне просто не повезло. Хотя нет, поделом. Сама виновата, что вообще позволила себе поддаться на угрозы. Гусыня недобитая. Правда искренне полагала, что для своего возраста очень даже сознательна и умна. Ан нет. Ошибочка вышла. Дуреха еще та. Запаниковала, позволила себе вляпаться во все это дурно пахнущее дерьмо. Стать фактически собственностью Леонардо Фроста.

Ты действительно так думаешь, малышка?

Насмешливый мурлыкающий шепот, как я предполагала, почему-то не вызвал никакого негативного привычного отклика в душе, на этот раз он был проигнорирован.

— Долго собираешься притворяться? — услышала спокойный голос Леонардо.

Внизу живота немного потянуло, спину обдало холодом. Чертыхнувшись, поджала губы. Искренне ненавидя себя за свою реакцию на этого мужчину.

Самое хреновое и удивительное, как бы презрительно ни относилась к Леонардо, его присутствие, прикосновения, на самом деле не вызывали у меня отвращения. Они будили во мне иные чувства: нервную приятную дрожь, извращенное удовлетворение, иногда нерациональное желание прикоснуться самой, чтобы понять, на самом ли деле он настолько невозмутим, как бездушный камень. Вывести на эмоции и выбить из равновесия… Действовать вопреки его словам. А иногда даже, стыдно признаться, попробовать на вкус. И много чего еще. Мои эмоции к Леонардо Фросту были слишком непонятными и многогранными.

Что б его!

Но в этом я не признаюсь и под страхом смерти.

— Я задал вопрос, Алина, — напомнил о себе его ледяное величество. — И хочу получить ответ.

Мгновенно вспыхнула злостью, ишь ты, вопрос он задал.

Досчитав до трех, рывком присела, спуская ноги. А между тем, его величество тиран, даже и не взглянул в мою сторону, работая на планшете. И чего тогда спрашивается привязался, если так занят? Тьфу, так бы и плюнула в непроницаемую рожу.

— Вам-то что? — огрызнулась, нервным движением пригладила растрепанные волосы. Даже представить боялась, как в тот момент я выглядела. Наверняка жалко. И от этого становилось еще гаже. — Вы вон хоть делом заняты, а у меня между прочим телефона нет, чтобы в него залипнуть.

Красивые пальцы, стучащие по тачу гаджета, замерли, Леонардо вскинул голову, обжигая холодом необыкновенных, слишком ярких для обычного человека льдисто-голубых глаз.

Невольно передернула плечами: слишком тяжелый взгляд. Даже у так похожего на него родственника и мужчины подруги – Айсара Фроста, он не был настолько тяжелым, непроницаемо-давящим.

Гордо вскинула подбородок, не собираясь пасовать, выгнула бровь, мол: и что я не так сказала?

Осторожнее, девочка. Ты же не хочешь, чтобы тебя наказали?

«Тебя забыла спросить», — рыкнула, стискивая зубы, стараясь не отводить глаза, чувствуя: если дам слабину, меня тут же переломают, а затем сожрут. С такими, как Фрост, всегда нужно быть начеку.

Но то, что сделал этот несносный мужчина в следующий момент, немного выбило меня из колеи.

Он рассмеялся.

Тихо, гортанно, чуть откинув голову назад, открывая красивую мощную шею с точно нежной светлой кожей, что я даже немного зависла. Кожа на руках от этого бархатного смеха покрылась пупырышками.

Уже не так уверенно уточнила:

— Что смешного?

— Какой ершистый котенок, — отсмеявшись, медленно и как-то унизительно-умилительно, как умеет одним взглядом или словом унижать только он, вкрадчиво ответил Лед. — Мне нравится.

Возмущенно фыркнула:

— Нравится ему. А мне все, что происходит ― нет!

Повисла тишина, приправленная очередной войной взглядов. И на этот раз не выдержала я, отворачиваясь к окну, натягивая на колени мягкое покрывало. Интересно, не помню, чтобы оно тут раньше было. Робко мелькнувшая догадка, что это Леонардо позаботился о моем комфорте, отразилась теплым лучиком в груди. Но я быстро прогнала ее.

Грустно смотря на дорогу, я вспоминала подругу. Ее добрый, всегда понимающий непосредственный взгляд. Наши вечерние посиделки с вкусной сырной и фруктовой нарезкой под бокал красного вина, теплыми фильмами и рассказами о сокровенных мечтах. Походы по магазинам и нытье, что из-за финансов не можем купить ту или иную вещь вот прямо сейчас.

Кажется, это было в другой, беззаботной жизни. Как же глупо все. Только сейчас я осознала, что самые мои большие проблемки были ничто. Пыль.

Больше уже ничего не будет как прежде. Я уже не буду такой, как была.

Сейчас я, как никогда, чувствовала себя одинокой, никому не нужной. Слабой пешкой. И что по-настоящему я была нужна тем, кого по неосторожности предала.

На губах появился привкус горькой влажной соли.

Меня даже некому искать.

Последнее я, кажется, сказала вслух, поскольку меня внезапно перетащили на колени, и перед лицом появилась бутылочка с водой известной дорогой фирмы Ariale, выпускающей не для бедных минеральную воду.

— Пей.

Холодный, лишенный эмоций приказ ядом разлился по венам. Пробуждая только одно дикое яростное желание – вылить воду на его шикарные, мать его, волосы, а бутылку запихать в упругий зад! Оттолкнув от себя руку, завертелась в попытке вырваться из ненужных объятий, злобно шипя: