Начало нового мира (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 85

Страна Озера располагалась довольно далеко, на отдельном острове, и добираться до неё можно было около четырёх-пяти дней в скоростном темпе. Но Какаши мог серьёзно сократить этот путь, перебросив команду туда, где они в таком же составе побывали весной, — в Страну Волн, которая располагалась меньше чем в сотне километров от порта Минамото. Оттуда можно было на лодке добраться до острова, на котором располагалась Страна Озера, этот остров как раз омывало весьма скоростное течение, и разделяющее расстояние в почти четыреста километров можно было преодолеть за двадцать шесть часов.

Наруто знал, что когда Какаши-сенсей получил свои глаза, то тренировал технику Камуи, и смог перебросить себя в Страну Волн, из которой они вернулись накануне той операции по внедрению генома Учиха в их сенсея. В Стране Волн оставались чакро-маячки Какаши для обычных техник телепортации и перемещения, но чакра к тому времени ещё не развеялась. Именно Наруто подсказал сенсею особую накопительную печать на основе своих разработок с чакрой биджуу. И первая печать-маяк для перемещения в Камуи появилась именно в Стране Волн.

Примечательно, что подобные печати были и у старших Учиха — Шисуи и Итачи и они, после окончательной доработки печатей сохранения чакры Какаши, постепенно расширяли «ареал переброса». Впрочем, печати всё равно требовали периодической подпитки, да и на сам «переброс» тратилось почти столько же сил, как на призыв — по крайней мере, чакрозатраты были соответствующие. Это только тому Обито, который был чуть ли не напрямую подключён к огромному источнику чакры, было хорошо — скорее всего, трудностей мёртвый Учиха не испытывал, да и, как когда-то сказал Шисуи, вряд ли Обито кого-то добровольно переносил с места на место. Хорошо, что Какаши был довольно силён и мог протащить через своё Камуи и Наруто — всё же он джинчуурики. Впрочем, когда они из Страны Волн добрались до Минами, все двадцать шесть часов их сенсей валялся в нанятой ими лодке и восстанавливался, а после, по прибытию на остров, взял себе первую — самую лёгкую — смену.

— К обеду мы уже должны добраться до той деревушки северней Уми, — сказал Наруто, доедая последний рисовый колобок с креветками и мидиями, которыми их снабдила в дорогу гостеприимная Цунами-сан — дочь их бывшего заказчика мостостроителя Тазуны.

Как всегда молчавшая Хината снова смутилась и только кивнула, уткнувшись в свою кружку из бамбукового стебля.

— Выдвигаемся, — скомандовал Какаши-сенсей. Они затушили костёр и прибрали за собой лагерь, разбитый почти на самом побережье.

* * *

— Вы быстро добрались, — вместо приветствия сказал Сай.

Их команда на самом деле обосновалась в небольшой горной деревушке, занимая домик на краю поселения. Сай расслабленно сидел на крыльце и рисовал цветными карандашами сопки и деревья с желтеющей листвой.

— Да, — согласился Какаши, ничего не поясняя. — Где Куренай и остальные?

— Ведут наблюдение за пещерами, в которых живёт тот… демон, — ответил Сай, убирая альбом и карандаши, — мы дежурим здесь по очереди, ожидая вас. Я уже отправил команде сигнал, что вы на месте. Они скоро подойдут.

— Ясно, — протянул Какаши, явно скрывая удивление.

Наруто переглянулся с Саске: Сая они держали под наблюдением, и тот ничем не выдал, что заметил их давно да и ещё успел незаметно отправить сообщение своим.

— Тут как-то пустынно, — заметил Наруто, оглядываясь.

В деревне не было видно людей или животных.

— Всех напугал демон, — ответил Сай, — большинство жителей перебралось в гарнизон Уми, за крепкие стены. «Демон» разорил два других селения неподалёку отсюда и разогнал всех крестьян, которые попались ему на пути. Мы говорили с людьми. Тут в округе никого не осталось, лишь тот странный парень живёт в горах, как раз у подножья которых эти три селения. Мина почувствовала и увидела, что у него что-то не так с чакрой и что она уже видела такую, только не сказала где. Но она на девяносто процентов уверена, что тот парень и есть местный демон. Пока он вёл себя вполне обычно. Живёт в пещере. Ест ямс и всякую траву, даже не охотится. Хотя выглядит немного диковато. На контакт с ним мы не шли. Наблюдали только издалека. Мина настояла на подмоге.

— Понятно, — кивнул Какаши. — Наруто, Хината, займитесь обедом. Мы с Саске немного осмотримся. Подождём Куренай, Мину и Кимимаро и обговорим стратегию.

* * *

— Парень стал более настороженным, — сказал Кимимаро, с благодарностью принимая плошку с тяханом, приготовленным на ужин Миной. — Кажется, он общается с птицами и те донесли ему, что в деревне кто-то поселился. Он чуть нас не заметил сегодня.

— Может быть, стоит его выманить? — предложил Какаши, который тоже ходил наблюдать за их целью. — Мы так и не уверены, что демон — это он. Если он нападает на деревни, то сделаем вид, что сюда вернулись крестьяне. Наруто сможет организовать достаточное количество клонов под хенге. Зажжём свет в каждом доме, это привлечёт его внимание.

— Да, я смогу. Можно устроить что-то вроде гуляния, чтобы он услышал, — внёс свои коррективы Наруто.

— Так и сделаем, — согласилась Куренай. — Тогда все остальные будут ждать в засаде, а Наруто организует ловушку для нашего демона.

* * *

Наруто старался и практически гордился своим усовершенствованным массовым теневым клонированием.

— Пожалуй, можно даже придумать название для такой техники… — вслух прошептал он Саске, наблюдая за тем, как каждый из клонов отыгрывает свою роль.

Кто-то был стариком, увлечённо показывающим фокусы детишкам. Кто-то — азартными игроками в кости. Прогуливались мамаши. Продавал сладости косой торговец. Молодые симпатичные девушки хихикали над конкурсом силачей — неотъемлемым атрибутом любого деревенского праздника. Те, хекая, старались столкнуть друг друга с помоста, под аккомпанемент барабанов, в которые мерно стучали двое толстяков. Декорации были установлены.

— Театр клонов, — прошептал Саске. — «Кабукибуншин-но-дзюцу».

Бой барабанов расходился эхом к горам, и совсем скоро оттуда послышался странный нечеловеческий вой.

В центр селения на свет факелов выскочил человекообразный монстр в обрывках одежды: серая, словно каменная, кожа со странными наростами на спине, что-то вроде рогов на лбу, ярко-рыжие всклокоченные волосы, жёлтые, сверкающие бешенством глаза, клыки, с которых стекала слюна.

— Уби-и-ить! — проревел демон и кинулся на ближайшего клона, который изображал мальчика лет пяти.

Часть 3. Глава 10. Новые эксперименты

Орочимару взял из рук Наруто увесистый свиток в защитном тубусе.

— Вот, это он. Правда, когда всё кончилось, он превратился обратно в… нормального парня, — почесал затылок Узумаки.

— Я освоил ту технику… Я мог бы показать наше сражение, Орочимару-сан, — поддакнул Саске, активируя свой шаринган.

— Хорошо, — секунду поразмыслив и по привычке прикинув степень опасности, согласился Орочимару. — Наруто, проследи, чтобы нам никто не помешал, особенно эти мелкие сводники.

Саске еле заметно вздрогнул и отвёл взгляд, смущаясь. Наруто вопросительно взглянул на них. Явно не в курсе.

— Я не сержусь, — вздохнул Орочимару, моментально вычислив «помогальщика», — только эти хитрые дети не знали, что Цунаде уже подходила ко мне с этим вопросом буквально накануне... их «гениального плана».

— О! — воскликнул Саске. — То есть вы?.. Но они, надеюсь, ничего не испортили?..

— Это вышло даже забавно, — махнул рукой Орочимару, вспоминая их первое «свидание» с Шизуне, на котором они обговаривали предстоящий союз.

Вмешательство внуков оказалось полезным. Дочь Цунаде уже была должным образом настроена и приняла предложение об их предстоящем браке весьма благосклонно. Когда Шизуне раскраснелась и растерянно улыбалась, ссылаясь на какие-то там слова маленьких Учиха, Орочимару даже нашёл её милой. До этого Шизуне казалась ему зажатой и излишне стеснительной, что делало её в его глазах «серой мышкой», которая во всём проигрывала своей приёмной матери: не такая талантливая, не такая фигуристая, не такая красивая, не такая сильная. Но зато Шизуне была упорной, терпеливой и довольно педантичной — это он узнал из совместной работы с ней. А ещё девушка была прирождённым ассистентом и помощником, так же хороша, как Кабуто, который в последнее время взялся за самостоятельное исследование геномов. Были предположения, что интерес приёмного сына был связан также с его девушкой — Инузука Ханой.