Собственность мажора (СИ) - Зайцева Кристина - Страница 42

— Так что? Пойдешь?

Молчу, глядя в его лицо. Опустив подбородок, смотрит на меня исподлобья.

— Она открыла мне дверь, — говорю тихо. — А ты… был в одних трусах и еле на ногах стоял.

Его лицо каменеет. Вижу, как дергается кадык, когда сглатывает.

— Я привезла твою куртку. Потому что я такая дура. Потому что… люблю тебя…

— Куртку привезла? — спрашивает хрипло.

Отвернувшись, снимаю джинсы и ищу свои колготки, говоря:

— Ту, с которой ты бросил меня в кино.

— Мне пойти отрубить себе палец? Тогда закроем эту тему?

— Дурак… — оборачиваюсь.

— Так отрубить?

Схватив с полки юбку, запускаю в него. Не шелохнувшись, ждет пока она отскочит от его груди и упадет на пол.

— Она сама приехала. Не знаю на фига. Телефон был в куртке. Я ее не звал. Даже если бы он был у меня, я бы все равно не стал ей звонить. Даже под героином, — вколачивает в мою голову слова. Одно за одним. — У меня есть девушка. Я ее люблю, и другие мне нахрен не упали. Я, как выяснилось, моногамный, прямо как старый пердун. Когда ты это поймешь, знаешь, где меня найти.

Оттолкнувшись от двери, тянется к ручке, пока я, комкаю в руках носок, чувствуя его слова каждой клеткой своего мозга.

Он такой.

И он мой.

Если бы это было не так, его бы здесь не было, и он бы не говорил мне все эти вещи.

— Стой… — прошу, роняя носок.

Замерев, поворачивает ко мне светловолосую голову.

— Иди ко мне, — обиженно поджимаю губы.

Скрипя половицами, медленно двигается и останавливается в миллиметре, так, что ткань его спортивных штанов касается моих ног, а в живот упирается в, что у него ниже пояса. От этого касания меня простреливает с головы до ног.

Запрокидываю лицо, глядя на него снизу вверх. Подавшись вперед, прижимаюсь носом к его шее. Его ладонь накрывает мой затылок, вторая сжимает плечи. Боясь сделать ему больно, кладу свои руки на его бедра. Они каменные, как и все его тело. Его нос блуждает по моим волосам. Бодает им мой, заставляя откинуть голову, и с шумным вдохом вжимает мои губы в свои, а когда размыкаю их, бросается вперёд, как варвар. Сминая мои губы и заставляя пустить его ещё глубже.

— М-м-м… — выдыхаю с наслаждением.

Я соскучилась! Безумно, безумно, безумно соскучилась.

Кусая мои губы, снова втягивает меня в поцелуй, только на этот раз еще глубже. Так, что я впиваюсь пальцами в его лопатки, поднимаясь на носочки, мечтая чувствовать его еще теснее. Чувствовать его силу и… надежность…

— Блин… — стонет, разрывая наш поцелуй.

Хочу отстраниться, но он возвращает меня назад, через боль прижимая к себе так тесно, как только может.

— Ник! — протестую я.

— Тсссс… — бормочет, положив щеку на мою макушку. — Не двигайся…

— Упертый… — шепчу я, поднимая лицо.

Его губы приоткрыты, а глаза почернели, и я знаю почему. Чувствую это своим животом.

Проведя пальцем по моей щеке, спрашивает:

— Переночуем сегодня у меня? Я на этой кровати спать не смогу. Тем более вдвоем.

— Ты говорил про свидание, — напоминаю я. — А не про то, что мы будем жить вместе.

— Не хочешь со мной жить?

— Никит, — вздыхаю я. — Мы две недели встречаемся.

— А сколько надо? Два года?

— Не знаю…

Его рука опускается на мою ягодицу и сжимает ее, от чего по моему телу проходит дрожь.

— Когда узнаешь, скажи.

Вздохнув, кладу голову на его грудь.

Глядя в окно, вижу, как мимо проезжает большой черный джип его отца.

Кажется, теперь у нас все в сборе.