Соучастие постфактум - Вивиан Э. Чарльз - Страница 22

– Я ищу человека, который хорошо управляется с веревкой, – задумчиво заметил Хед. – Что еще они могли делать? Была ли в номере стрельба?

– Верно! Модифицированный вариант Вильгельма Телля. Кита, раскачивалась на трапеции головой вниз – раскачивалась, а не просто висела, при этом ведя огонь по стеклянным шарам на голове Ниты и отстреливая кончик сигары, которую Питер сжимал в зубах. Конечно, сигара была «с секретом», но стрельба по стеклянным шарам была настоящей.

– Стрелок, меткий до такой степени, мне и не нужен, – заметил Хед. – Какие еще у них были особенности? Пока что они выглядят достаточно безобидными.

– Они были блестящи, это нужно было видеть. И слышать, как они поют. Гармонично и без аккомпанемента, причем будучи вверх ногами все трое пели так же хорошо, как и стоя на ногах. Они были такими же находчивыми, как и Грок[10] – я слышал, как весь зал рыдал от смеха, а затем я видел всю эту толпу с открытыми ртами и округленными глазами. Шоу? Эти трое были бесподобным шоу!

– И как вы сказали, Картер раскопал их?

– Вскоре после Пола Беллерби. И это заставило меня вспом­нить… я еще сомневался, есть ли какая-то связь между тем, как Эдди обошелся с Полом и его смертью. Я подумал об этом, когда читал газету. Я действительно должен рассказать вам об этой истории.

– И в чем она заключалась? – покорно спросил Хед.

– У Пола был удивительный голос – он мог петь и йодль, и самые низкие ноты. Эдди нанял его за двадцать фунтов в неделю. Это было выгодной сделкой. Но у того начались проблемы с горлом, он полностью потерял голос и потратил все до единого пенни в попытках вернуть его, но заболевание прогрессировало до тех пор, пока Пол не потерял всякую надежду выздороветь. Он умирал в лазарете работного дома, и его жена пришла к Эдди, надеясь получить помощь – его кабинет был как раз напротив моего, и когда она пришла, я был здесь. Эдди даже не стал ждать, когда она заговорит. «Миссис Беллерби, – сказал он, – я могу купить для своего шоу сколько угодно сентиментальщины. Если мне захочется получить ее бесплатно, я дам вам знать. А теперь убирайтесь отсюда, пока вас не вышвырнули!». Я сам слышал это – Эдди мог быть очень жестким. И сегодня я подумал, не могла ли та женщина после смерти Пола выйти замуж за кого-то, кто мог бы легко завестись, пойти и убить Эдди.

– Своим рассказом вы оправдываете убийство, кто бы его ни совершил, – заметил Хед. – Я буду помнить и о миссис Беллерби, но сейчас я хочу узнать больше о Вески. Если у вас есть время. Оно у вас есть? Кажется, я очень подробно вас расспрашиваю, мистер Уидс.

– Мистер Хед, не стоит волноваться – это честь для меня. Позвольте вновь наполнить ваш стакан и ваш, Бирн. Я расскажу все, что смогу.

– Как вы сказали, Картер нашел это трио. Начнем с начала – как и где он нашел их?

– Он ездил на север – думаю, в Сандерленд,[11] и он всегда высматривал всевозможные таланты, – ответил Уидс, стоя у шкафчика, где он вновь возился с бутылкой. – Там был цирк, он назывался «Гигантский цирк Алдени», и в одном из его номеров выступало трио Вески. Это было второразрядное шоу, а Алдени на самом деле был англичанином по фамилии Олден и являлся дядей нашей троицы. Наши артисты тогда были очень молоды – почти что дети. Очевидно, всю жизнь они провели с дядей. Впрочем, тот позаботился об их образовании – это было видно по их речи. Их родители умерли, когда дети были еще младенцами, и Олден взял на себя заботу о детях. И еще один момент – все они родились в один день. Тройняшки.

– У кого-то из них есть физические недостатки?

– Нет, отнюдь, – удивленно ответил Уидс. – Они были прекрасно физически сложены – любой из них мог поднять двух остальных.

– Просто у тройняшек часто бывают какие-то проблемы со здоровьем, – пояснил Хед. – Так что не обращайте внимания и продолжайте рассказ.

– Эдди увидел их возможности. Конечно, тогда они были совсем не такими блестящими, какими они стали после работы на Эдди – он развил их способности и сделал их звездами. Алдени понимал, что дни его цирка сочтены, и когда Эдди ска­зал, что готов нанять всех троих за двадцать фунтов в неделю, Алдени с готовностью отпустил их. Позже он скончался и оставил им небольшую сумму – они потратили ее на страховку: каждый из них получил бы десять тысяч фунтов, если бы кто-то из них умер. Они понимали, что в случае гибели только кого-то одного их номеру пришел бы конец. Эдди раскрутил их, и они продлили контракт уже за сто фунтов в неделю. Он понимал, что они стоят намного выше, так что его устраивала эта сумма.

Уидс сделал паузу и отпил из стакана.

– Надеюсь, я не переборщил с содовой ни для кого из вас, – заметил он. – На этот раз я рискнул смешать сам.

– Получилось отлично, – заверил его Хед, а Бирн удовлетворенно кивнул. – Сто фунтов в неделю на всех троих?

– Верно. Их это вполне устраивало. Они не смешались ни с одной театральной труппой, вместо этого арендовав маленькой домик в Твикенхэме – в один воскресный день я приезжал туда, чтобы увидеться с ними. Домик назывался «Штокрозой», и его сад опускался к реке. Сад еще сыграет свою роль. Они жили там вместе и вполне счастливо; у них был небольшой седан, полагаю, им занимался Питер. В свободное от работы время они наслаждались пасторальной простотой, эдакой современной Аркадией.[12]

– Без пристрастия к напыщенности, – предположил Хед.

– Вернее, к веселой жизни, – поправил его Уидс. – Но эстетично, вполне эстетично. В них была частица иностранной крови, и, увидев тонкие руки и ноги Питера, его черные глаза и темные волосы, вы вполне могли поверить, что его отец был испанским вельможей, или что его мать была страстной андалусской дамой. Не то, чтобы это было заметно по их речи – у них не было и намека на иностранный акцент. Обе девушки были более чем симпатичны. По этому фото вам не понять, как они выглядели на самом деле – их волосы здесь взъерошены, а макияж нанесен так, чтобы они как можно сильнее походили на Питера. Я всегда думал, что Кита симпатичнее, но Эдди склонялся к Ните – он стремился к ней, как змей в Эдем.

– С этого и начинается история, – предположил Хед.

– Вернее, заканчивается комедия, и начинается трагедия, – поправил Уидс. – Я не видел ее подробностей, но могу я вам сказать – если Эдди чего-то хотел, то он получал это, и я не знаю ни одного исключения из этого правила. Третий контракт с Вески был подписан с задержкой, по нему они получали полторы сотни в неделю на протяжении года. Менее чем через три месяца после подписания Анита вышла через сад к реке, стоял туман. На дознании выяснилось, что с намеченного пути она не сбилась. Я говорил, что все трое были пылкими и импульсивными? Они могли быть неистовы. Я видел, как они вели себя вместе, и как свирепо они защищали друг друга.

– Был вынесен вердикт о суициде? – спросил Хед.

– Верно. В нем говорилось о расстройстве рассудка – из сострадания к ее брату и сестре. И они получили страховку – в полисе оговаривалось, что в течении первых двенадцати месяцев не может произойти самоубийства, но насчет последующего периода ничего не говорилось, а прошло уже более года. Полагаю, с той жизнью, которую они вели, они немало сэкономили. Конечно, все окончилось, ведь Кита и Питер больше не могли выступать с шоу, а Эдди заявил, что своей смертью Нита разорвала контракт, поэтому он отказывается выплачивать…

– На самом деле он-то и был причиной ее смерти?

– Верно. Эдди был жестким человеком, когда дело касалось личных взаимоотношений. Он всегда говорил, что должен быть таким, чтобы жить и процветать. Я считаю, что юридически он был прав, хотя Кита и Питер никогда и не оспаривали это. Он нанял троих человек, а когда их осталось только двое, контракт стал недействителен. По крайней мере так он говорил, и я знаю, что в контракте не было оговорки о непредвиденных обстоятельствах.