Соучастие постфактум - Вивиан Э. Чарльз - Страница 11

Мортимер мрачно уставился в камин.

– Будь он все еще жив, я бы отказался отвечать на этот вопрос, – наконец, ответил он. – Это противоречило бы его желаниям. Но я понял вашу мысль: его былая карьера может таить в себе ключ к личности его убийцы, так что можете выслушать все, о чем я только смогу рассказать. Эдвард Энсор Картер (таково его полное имя) был Эдди Энсором.

– Я не в курсе, – признался Хед. – Кто такой Эдди Энсор?

– Черт! Вы не знаете этого?

– Может, я и слышал это имя, но оно мне ни о чем не говорит.

Поразившись такому невежеству, толстячок глубоко вздохнул и снова уставился в камин.

– Некоторые говорят, что Чарльз Кокрейн является величайшим шоуменом и продюсером, которого только знает мир, – сказал он немного спустя. – Возможно, они правы, но Эдди Энсор был недалеко от него, пока не решил бросить все это и стать сельским джентльменом. Бросить все, отвернуться прочь и полностью отмежеваться от былой жизни. Эдди Энсор, да. Он начинал как простой театральный агент, подыскивая работу для девушек из хора, и вдруг однажды он вложил все свои деньги в сценарий «Зеленой мыши». Он поставил ее, выступив продюсером. Как вы можете знать, пьесу показывали два года, и он сделал на ней шестьдесят тысяч фунтов – чистыми деньгами, не считая того, что ему пришлось занять. Вот с чего он начинал на самом деле.

– Когда это было? – спросил Хед.

– Девять… одиннадцать лет. Девять лет назад «Зеленую мышь» перестали ставить в Уэст-Энде, но театральное турне продолжилось в других местах. Ах, если у кого и был талант, то это у Эдди!

– А затем?

– Затем? Успех за успехом. Я слышал, как он говорил, что у него провалились всего две пьесы. И он находил людей. Он нашел комика Гарри Кварца и превратил его в звезду. В третьесортном цирке он раскопал то удивительное трио: Ниту, Квиту и Питера, – и привел их к успеху. В Вене он нашел Зелу Патриски, самую блестящую актрису из когда-либо выступавших на английской сцене – она свела с ума половину Лондона. Он находил… Черт! Эдди был чудесен. И тот фарс, «Храпящая свинья» – он стал для него еще одной золотой жилой. Он купил «Квадрариан», и обанкротившийся мюзик-холл стал самой популярной эстрадой города, и как же он подобрал людей! Когда Эдди Энсор собирал труппу, получалось не просто представление – это просто космос. Как у него был наметан глаз!

– Но он завел и врагов, – после паузы предположил Хед.

– По этой части приходится быть жестким. Тут ничего не поделаешь. Прояви слабость – и пропадешь. Могу сказать, что в общем Эдди был добр к девушкам, если те ему нравились, хотя и тут могли быть исключения. Он не был святым, иначе он не добился бы того, чего добился, но если у него и была слабость, то она неизменно была молодой и хорошенькой.

– Вы можете вспомнить каких-либо особенных врагов? – спросил Хед, проигнорировав все панегирики покойному.

Глядя в камин, Мортимер покачал головой:

– Я также подумал об этом, но не могу никого припом­нить. То есть никого кто мог бы пойти на убийство. А ведь я очень хорошо знал его.

– Вы упомянули, что он купил «Квадрариан»?

– И поддерживал его, доведя дела до отличного состояния. Сохранив интерес к делу – теперь это «Квадрариан ЛТД». Это единственное заведение, к которому он сохранил интерес после того, как отошел от дел.

– А что заставило его отойти? – поинтересовался Хед.

– Ах! Я хорошо его знал. Это было года три назад, может, чуть больше. Я был у него в кабинете «Квадрариана», и он сказал мне: «Фрэнк, старина, я уже достаточно заработал. Мне всегда нравились лошади, и я собираюсь порвать с былой жизнью, превратившись в деревенского джентльмена, пока я еще достаточно молод для того, чтобы следовать за сворой гончих и сводить с ума девушек». Это было совершенно неожиданно – насколько я знаю, я был первым, при ком он упомянул свои планы. Я знал, что усадьба выставлена на продажу, и что здесь хорошее место для охоты, но сам я не езжу верхом, вот я и сказал ему, что лучшего варианта ему не подобрать. В течение месяца он купил усадьбу и четырех гунтеров.[5] Невил потом купил одного из них – а тот убил его первую жену. Рассказав о сделке на дознании после ее гибели, он испортил шансы Картера попасть в элиту Вестингборо. Картер не предупредил его о нраве лошади. Кстати, Невил не из тех, кто может застрелить, кроме того, он снова женился и, насколько я понимаю, стал счастливее, чем когда-либо. Но Картер прибыл сюда, чтобы осесть в деревне, избавившись от репутации Эдди Энсора. Не то, чтобы он делал из этого большой секрет, но он не хотел, чтобы в Вестингборо знали его в таком свете, и, насколько мне известно, об этом они и не узнали. Вы не знали.

– Поскольку до сих пор у меня не было причин наводить справки, – указал Хед.

– Возможно, их у вас нет и сейчас, – предположил Мортимер. – Я знаю лишь о том, что Картер был застрелен после того, как я покинул его в три часа утра. Прошлой ночью нас было восемь гостей – это мог быть любой из нас или кто-то из слуг, или кто угодно. И я все еще не могу думать о нем как о покойнике. Он был так энергичен, так наполнен жизнью. Как вы могли бы сказать, задор бил в нем фонтаном.

– А вы – в какой ипостаси вы были знакомы с ним? – продолжал Хед.

– Я? Вы ведь слышали обо мне? Фрэнк Мортимер, величайший декоратор века. Сам Эдди говорил мне, что что мои декорации для «Храпящей свиньи» вложили в ее успех не меньше, чем музыка – он честно признавал это. Парень, и не говори, что никогда не слышал обо Мне!

– Боюсь, что подробности театральной жизни для меня в новинку, – признался Хед. – Ранее у меня не было причин ознакомиться с этой сферой.

– Вот она – слава! – сокрушенно заметил Мортимер. – Но меня все еще помнят, о, да – меня все еще помнят, хотя прошло уже пять лет с тех пор, как я удалился к тихой жизни в этих краях. Но нельзя сказать, что я насовсем ушел из профессии. Я упоминал, что у Эдди остался интерес к деятельности «Квадрариана», так вот – он назвал меня единственным из ныне здравствующих художников, способных создать декорации для следующего ревю – оно называется «Весенний огонь». И это шоу просто вау, просто вау!

Мортимер внезапно встал и взглянул на Хеда.

– Что еще я могу рассказать? Только спросите.

– Думаю, что сейчас – ничего, – ответил Хед, также подымаясь на ноги. – Возможно, позднее я захочу расспросить вас подробнее.

– Парень, то есть мистер Хед, я всегда к вашим услугам. Знаете, я следил за тем, как вы вели дело Форреста в прошлом году, и, читая о нем, я сказал себе: «В своем деле он так же гениален, как и я – в своем», – а это лучшая похвала от Фрэнка Мортимера. Для человека вроде вас будет легко разобраться с таким простым делом, как это. Вам нужно лишь отсеять лишние возможности да проанализировать вероятности, и дело раскрыто! Что может быть проще?

– Точно, – Хед вынул портсигар из кармана, протянул его Мортимеру, и когда тот покачал головой, инспектор взял сигарету себе и прикурил ее. Мортимер впервые с начала разговора улыбнулся.

– Так как вы не приняли сигарету от меня, я заключаю, что меня вы еще не отсеяли, – заметил он.

– Мистер Мортимер, вы умны, – ответил Хед.

– Я гениален – могу сказать, что величайше гениален. И всегда к вашим услугам, всегда к вашим услугам. Распоряжайтесь мной в любое время.

– Например, сегодня, в три часа дня, в усадьбе.

– Да, на дознании. Я должен быть там – и обязательно буду. Мистер Хед, можете положиться на меня. Всегда к вашим услугам.

Он проводил инспектора к двери, поклонился на прощанье и проследил за тем, как тот идет по дорожке к машине у ворот. Он все еще смотрел на инспектора, когда тот развернул машину, отправившись внутрь поселка. Но проехав немного по Лондон-роуд, он свернул на Треерн-роуд, решив сначала опросить сестер Перри и лишь затем вернуться к суперинтенданту Уоддену. Хед пришел к выводу, что виновник преступления стрелял скорее в Эдди Энсора, чем в Эдварда Картера, а значит для того, чтобы найти разгадку исчезающих следов, нужно заняться прошлым покойного. Тем не менее кто-то из сестер Перри может дать полезную информацию. Попробовать стоило.