С - - - - - й город Шил (СИ) - Хайд Виктор - Страница 83

Том не стал спорить. Его лелеяла перспектива оказаться в комплексе раньше Кирилла.

Он протиснулся сквозь открытую дверь и схватил трос. Хотел было сказать что-то перед тем, как начать спуск, но передумал. Оттолкнувшись от стены, он ослабил хватку и, пролетев вниз несколько метров, вновь схватился за трос.

Нда, какая же здесь глубина? Катушка летит четыре секунды, а сколько падать человеку? Эти мысли отнюдь не пугали Тома. Казалось, после того прыжка из аэрокара в обнимку с Кревицким, его больше ничего не напугает.

Прыжок, остановка, прыжок… Так длилось, наверное, около двух минут, пока он не увидел под собой металлическую поверхность. «Кабина лифта», — сообразил Том.

Сделав ещё несколько прыжков, он, наконец, встал на твёрдую крышу. По ослабленному тросу, — судя по звукам наверху, — теперь спускался Кирилл.

Том присел и, наклонившись, прильнул звуковым модулем к техническому люку лифта. Ничего не расслышать. Придётся спускаться наугад.

Решив не дожидаться Кирилла, Том запустил стандартный набор нейроимплантов с инъекциями и открыл люк. Попытался выглянуть и понял, что лифт стоит открытым. Увидеть что-то за его пределами Том не смог — не хватило гибкости. Что ж, придётся прыгать наугад. Том дождался, пока новое восприятие стабилизируется, станет привычным, схватился за край проёма и нырнул ногами в кабину.

Двое солдат, безмятежно играющих в карты за столом около массивной двери, лениво обернулись на незваного гостя. Они ещё не успели понять, что происходит.

Том видел, как расширяются их глаза. Один потянулся к рации на груди. Второй подорвался с места, сорвав пистолет с бедра.

К пистолету потянулся и Том. Он оказался быстрее — импланты на его стороне.

Два выстрела. Первый пришёлся в шею тому бойцу, что решил сообщить о проникновении и поднять тревогу. Он рухнул со стула, свалив небольшую горку игровых фишек; его рука тут же отпрянула от рации и схватилась за фонтанирующую артериальной кровью рану.

Второй, нелепо вскинув руки, упал замертво. Пуля точно в голову, как и рассчитывалось.

Том подступил к корчащемуся от боли кардинальцу и наставил на него пистолет.

— Мэри Лэнфорд. Где она?

И без того ошеломлённые глаза кардинальца стали ещё шире. Он сделал глубокий вдох и плюнул вверх помесью слюны и крови, пытаясь достать до Тома.

Бесполезно. Тот боец на рынке, верно, был единственным из их конторы, кому охота поделиться секретами перед смертью.

Том направил пистолет кардинальцу в голову и спустил курок.

Он сделал глубокий вдох, пытаясь справиться с огнём, который распалялся в его голове при каждой казни раненого человека, и за спиной послышался удар ног.

— Что за хуйня, Лэнфорд?! Ты не мог подождать?

Том переступил мёртвого человека и подался к массивной двери, возле которой кардинальцы вели последнюю в их жизни карточную партию.

— Вот она… — сказал Том, приложив к двери ладонь. Да там было не меньше полуметра стали! Для кого это строили? — Да, думаю, это она, — заключил он, хлопнув рукой по двери.

Кирилл сверился с часами.

— Пятнадцать минут, — объявил он и, упав на стул, взял со стола две лежавших рубашкой вверх карты.

Рядом лежали открытые: валет пик, семёрка треф и туз пик. Определённо, те парни, что валялись у ног Кирилла, играли в покер.

Кирилл аккуратно положил свои две карты, потянулся к шлему и снял его.

— Сыграем?

Кровь растеклась в объёмную лужицу около стола и медленно обволакивала подошву Кирилла.

Он совсем не рассчитывал на то, что Томас Лэнфорд, великий и принципиальный, согласится на его предложение.

Тем не менее экс-боец DARG-7, брат Мэри Ли Лэнфорд и один из самых разыскиваемых преступников Шила сел напротив обычного парня из Старого Мира, снял шлем и поставил его на стол. Взгляд у него был пронзительный, будто Том ждал подвоха.

Теперь в луже крови сидели они оба.

— Негоже бросать раздачу, — сказал Кирилл, глядя на свой туз треф и короля червей. — Закончим то, что они не доиграли. Так… Кажется, большой блайнд — десять баксов. Что ж, синяя фишка с твоей стороны, так что, будем считать, что я отвечаю. — Он бросил такую же фишку в банк и взял колоду карт.

Том с сомнением поднял свои две карты. Кирилл выложил четвёртую на стол — туз бубен.

— Чек.

— Я повышаю, — сказал Кирилл, бросив вперёд чёрную фишку.

Том не раздумывая бросил фишку в ответ.

— Вот скажи мне, Том… Чего же ты хочешь?

— Разве ты ещё не понял? Вернуть сестру — это всё, что мне нужно.

— Брось! — ухмыльнулся Кирилл, выкладывая пятую карту. Он даже не обратил внимания на то, что легло на стол. С тремя тузами Кирилл, считай, уже выиграл партию, поэтому не отрывал взгляда от лица противника. — Разве вы были так близки?

Том сказал «чек», Кирилл повысил на две чёрные фишки. Видимо догадываясь про то, что находится в руке Кирилла, Том сбросил карты. Кирилл забрал фишки себе.

— А разве я должен быть близок с сестрой, чтобы отправиться спасать её из лап конгломерата?

Том поставил большой блайнд (Кирилл сразу же сделал так же) и принялся за новую раздачу — теперь его черёд.

— Ну, не знаю, — пожал плечом Кирилл. — У меня было много сестёр… И братьев тоже. Папаша развёл гарем из двенадцати женщин, чтобы клепать себе армию.

Том задержал на нём взгляд.

— Интересные у вас порядки, конечно.

— На самом деле, я уже не могу сказать, что ваши порядки лучше, — сказал Кирилл, пока Том выкладывал три карты флопа.

Кирилл бросил вперёд две синих фишки.

— И что ж случилось с твоим папашей? — Том ответил, поставив двадцать долларов.

— Я вынес ему мозги огнетушителем.

— Неужели он был мразью похуже тебя?

— Куда там! Даже похуже тебя, Лэнфорд. Посчитать только то, что он растил десятки своих детей в террариуме вместе со змеями и казнил врагов из соседних племён, переезжая их черепа колесом грузовика…

— Мило. — Том выложил четвёртую карту.

— А мои братья и сёстры, что верно ему служили, подохли в пожаре. Им бы пригодился огнетушитель, как думаешь?

— А может, им бы пригодился брат, который бы направил на путь истинный? — с насмешкой в тоне сказал Том.

— Ему было некогда. Как только их брат выбросил канистры с бензином, он пошёл в резиденцию отца… С огнетушителем в руках. — Взгляд Кирилла был прикован к лицу Тома. — Так ты хочешь направить Мэри на путь истинный? Ты когда в последний раз смотрел в зеркало?

— Что ж, — сказал Том. — Скажем так, я обещал матери. А она для меня была уж точно самым близким человеком.

— Засчитано, — сказал Кирилл и вновь поглядел на свои карты. Тройка червей и четвёрка пик. Слабые карты. Хотя, как подумать? За разговором он и не обращал внимания на стол. В терне лежали дама бубен, двойка треф, шестёрка червей и туз червей. Шансов мало, но, если в ривере всё-таки выпадет пятёрка — будет стрит, и он с большой вероятностью победит. Глупо и рискованно, но какая разница? К чёрту логику!

Кирилл выдвинул все свои фишки вперёд.

— А ты? — Том также пошёл ва-банк и бросил карты лицом вверх. У него лежали два туза. — Чего хочешь ты?

Том взял колоду.

— Теперь уже даже не знаю, — сказал Кирилл и издал смешок. — Наверное, изменить мир.

Пятой и последней картой оказалась пятёрка червей. Стрит против сета Тома — игра принадлежит Кириллу.

Сбоку раздалось шипение. Дверь поползла в сторону.

Кирилл и Том, схватив оружие, вскочили с мест и прильнули к стене.

Как только дверь отодвинулась на полметра, из проёма протиснулась женщина в белом халате, с планшетом в руке. Издав испуганный вздох, она замерла, глядя на тела охранников. Интересно, какая бы была у неё реакция, заметь она двух сидящих в луже крови игроков?

Кирилл, не спуская её с прицела, сверился с часами.

5:00.

— Ни звука, — тихо сказал он.

Женщина наконец повернула голову в их сторону, и, к удивлению, на её лице не дрогнул ни единый мускул.