Гарвардский баг (СИ) - Вольная Мира - Страница 99

Я не заметила, как за своими мыслями умудрилась обогнать Гора и добежала почти до середины парка у дома. Очнулась, только когда Ястреб вдруг поравнялся со мной, вынырнув чуть ли не из-под локтя и заставив шарахнуться в сторону.

— Гор! — чуть ли не вскрикнула, отшатываясь.

— Прости, не хотел напугать, — улыбнулся Ястреб, и пальцы сомкнулись на моем локте. — Это пробежка, Слав, не марафон, — покачал он головой.

Я попыталась выдавить из себя подобие улыбки и сбавила темп. Только сейчас понимая, что мышцы довольно сильно тянет, легкие дерет кошачьими когтями, а в боку колет. Покосилась на Ястреба, мысленно готовясь.

Сейчас будет бой.

— Гор, я хочу начать отвечать анону, — слова вырвались толчками, смешались со звуком бега и утонули в шуме вечернего города. Несколько секунд, а может и минут Ястреб ничего не говорил, только глаза стали темными. Снова колючий и холодный серый.

Игорь бежал рядом, дыхание, в отличие от моего, было ровным, движения все такими же уверенными и плавными, как и в самом начале.

— Возможно, даже сегодня. Он писал?

— Писал, — выплюнул зло Ястреб, — полчаса назад: «Превет, Стася! Ты сегодня рано ушла из офиса. Что-то случилось? Расскажи, вдруг смогу помочь».

Мы обогнули какую-то парочку, почти не обратив на них внимания, и Игорь повернул ко мне голову, стараясь что-то прочитать в лице.

— Звонок маме почти бесполезный, — покачала головой под его взглядом. — Мы как не знали ничего, так и не знаем, Игорь. Я хочу понять, что надо анону, чего он от меня хочет, — звучало жалко, почти как оправдание. Как будто мне действительно было за что оправдываться.

Ястреб шумно выдохнул, отвернулся, снова не говоря ни слова. Будто и не услышал.

— Ты не веришь, что это Нестерова, — процедил он, когда мы почти добежали до конца парка.

— Нет, — кивнула, соглашаясь.

— Она могла измениться, Слав, — Игорь замедлился, потом перешел с бега на шаг. — Нестерова другой человек, могла стать совершенно другим человеком.

— Екатерина Ник… — хотела снова начать я.

— Она убила Сухорукова, Слав, — оборвал меня Игорь, останавливаясь напротив меня, загораживая меня от вечерней Москвы, от шумной улицы за деревьями, от поднявшегося ветра. Мои пальцы сами сжались вокруг его запястий, я невольно придвинулась ближе.

— Как? — только и смогла пробормотать.

— Когда он вышел… — Гор дернул головой. — Доказательств нет, Лава, но мы с Чертом считаем, что это сделала она, потому что таких совпадений не бывает.

— Как? — повторила глухо, крепче сжимая пальцы.

— Нестерова переехала почти сразу, как Сухорукова выпустили, — Гор стоял все так же неподвижно, все так же внимательно смотрел на меня, говорил чуть ли не по слогам, стараясь убедить, — устроилась медсестрой в больницу, в которой он наблюдался, вышла на смену в тот день, когда он сдох. Слишком много «совпадений».

— Убийство Светозара не меняет почти ничего, — усмехнулась. — Я довольно часто думала о том, с каким удовольствием всажу ему куда-нибудь нож за то, что он сделал со мной и Дымом. И буду стоять над ним и смотреть, как урод истекает кровью.

— Но ты не всадила в него нож, Лава, — сжал Гор губы в тонкую линию, я закатила глаза.

— Не знала, что Светозар вышел.

— А Нестерова знала, выследила его, дождалась момента и прикончила. Мать Дыма упорнее и упрямее, чем ты думаешь.

Я вздохнула. Ладно.

Возможно, Ястреб прав, возможно… Вот только зачем спорить, к чему вообще этот разговор? Бессмысленный какой-то, мы снова только время теряем.

— Хорошо, — сдалась я в итоге, устав спорить. — Давай заявим на нее, давай просто поговорим, давай сделаем хоть что-то, и пока… делаем это что-то, я пообщаюсь с аноном.

— Лава…

— Не вижу ни одной причины, почему «нет», — развела руками в стороны, наконец-то выпуская из захвата запястья Ястреба. Он только нахмурился. Все еще оставался неподвижным, нависая, дыша едва слышно. Толстовка была расстегнута на груди, темные волосы взъерошены ветром, на висках серебрились капли пота.

— Под мом присмотром, — скрипнул зубами он. — Ты напишешь анону, а я буду рядом. Отвечать ему будешь только, когда я рядом, — и слишком много стальных нот в глубоком голосе, чтобы я могла считать слова просьбой или вопросом.

И я засмотрелась, заслушалась и задумалась. Внутри что-то натянулось и лопнуло с тихим хлопком, дышать отчего-то стало легче, а на губы просилась улыбка. Совершенно неуместная, глупая, но очень легкая.

— Слава? — с нажимом проговорил Игорь, подцепляя мой подбородок пальцами, удерживая на месте. И я все-таки улыбнулась, подалась к нему, поднимаясь на носочки, схватила завязки капюшона, заставляя Ястреба нагнуться.

— Ты — тиран, — прошептала, все еще с улыбкой.

— Слава…

— Хорошо, — улыбнулась еще шире. — Я общаюсь с уродом только вместе с тобой, — и сталь во взгляде стала наконец-то мягче, руки опустились мне на талию, Игорь притиснул меня еще ближе. И я все-таки его поцеловала.

Скользнула своими губами по его, захватила нижнюю, скользнула языком вдоль, обводя по внутреннему контуру. И через миг потеряла контроль над ситуацией, потому что Игорь этот самый контроль забрал, не давая опомниться.

Кусал, толкался собственным языком в мой рот, сжимая так, что трещали кости, все теснее и теснее вжимая в собственное горячее, влажное после пробежки, каменное тело.

От него так охренительно пахло им… что я не могла надышаться и не могла разжать собственных рук. Цеплялась, кусала в ответ, сплетая свой язык с его. Дурела, совершенно забыв, где мы и вообще зачем.

Отступила только, когда дыхания совсем не осталось, только когда поняла, что пальцы окончательно запутались в ткани футболки, толстовки и черт знает чего еще, и я никак не могу коснуться обнаженной кожи.

Отстранилась, качнулась, открыла глаза, проводя языком по нижней губе, слизывая вкус поцелуя.

— В душ? — прохрипела.

Ястреб только отрывисто кивнул, развернул, подталкивая, и снова перешел на бег. Я смотрела Игорю в спину несколько секунд прежде, чем последовать за ним. Улыбалась.

Не будет с ним, как с Артемом. С ним вообще не будет, как с другими. По-новому все: непривычно, странно, но охренительно кайфово. Как надо.

А спустя душ, секс, еще раз душ и салат, который должен был сойти за ужин, я смотрела на Гора в собственной кровати, стоя на пороге спальни, и думала о том, чем может грозить превращение в нимфоманку. Идея с каждой секундой, что я разглядывала Игоря, казалась все более и более привлекательной.

Ястреб лежал поверх одеяла, в одних домашних штанах, кодил…

Мягкая ткань, очки, ноут на коленях, смарт рядом, все еще немного влажные волосы, полумрак от спотов, пальцы, летающие над гибкой клавиатурой… Музыкальные пальцы. Ему бы скрипачом быть или пианистом, хирургом. Но с ноутом тоже очень… горячо.

Я сглотнула, тряхнула головой, скользнула все-таки в комнату, потом на кровать, устраиваясь у Игоря под боком и заглядывая в экран.

Гор, кажется, на автомате обнял меня, притягивая ближе, не поворачивая головы, и снова вернулся к строчкам кода.

— Что это? — я видела куски Ириты, сверху куски каких-то надстроек, гео, трекинг, что-то еще.

— Попробуем вытащить максимум из твоего общения с аноном, — отстраненно ответил Ястреб. — Я написал ее еще в универе, от нечего делать. Простая, но эффективная собирает и сшивает куски данных: география, время, айпишники, домены, если они есть, и так далее и тому подобное. Из крошек почти пирог.

— Это Ирита… — пробормотала я, ткнув пальцем в строчку, за которую невольно зацепился взгляд. Ирита… система, которая, когда ее доведут до ума, будет способна взломать любой код, пробиться сквозь любую защиту. Искусственный интеллект для госов…

— Ее куски, не все, — спокойно кивнул Игорь.

— Ты уверен? — закусила я губу, отнимая руку от монитора, словно обожглась о него.

— Слава, это крошки, — коротко поцеловал Ястреб меня в висок. — Не волнуйся.