Гарвардский баг (СИ) - Вольная Мира - Страница 32

— Хорошо, князь Игорь, — покладисто ответила ИИ. — Я нашла отрезок. Вывожу на экран.

И я уставился в монитор. А уже через несколько минут скрипел зубами и матерился.

На видео был, сука, коптер. Гребаный коптер.

Он притащил урода-кролика, оставил его на Славкином капоте и свалил. И даже понятно, почему не среагировала охрана и системы. Коптер был из доставки. Доставки, которой мы пользовались. Единственной доставки, которой был открыт доступ на парковку и в холл первого этажа.

Дерьмо…

Я бросил быстрый взгляд на монитор, снова обратился к помощнице.

— Энджи, отключись от внутренней сети, перейди на личную.

— Сделано, князь Игорь.

— Сможешь распознать номер дрона?

— Я могу попробовать, — отозвалась ИИ и затихла еще на несколько минут. И, пока помощница трудилась, не покладая механических мозгов, я снова активировал клавиатуру, вручную отключил комп от внутренней сетки, запустил прогу шифровки, написанную еще три года назад просто потому что выдалось несколько свободных вечеров, и полез к сервакам Бокс-экспресс, в поисках багов в защите и черных ходов.

У всех есть черные ходы. Надо только знать, где искать и что.

— У меня все готово, князь Игорь, — и ИИ вывела на экран серийный номер дрона.

— Спасибо, Энджи, — кивнул я, вводя код. — Отключение.

И помощница отключилась, а вместо нее я активировал Ириту, ввел команду поиск по серийнику и натравил на серваки доставщиков.

А сам подтянул к себе планшет и вернулся наконец к работе. Пока Ирита была сосредоточена на взломе, я занимался Энджи и ее защитой. Пусть Андрей копается в том, что, куда и кем, я хотел посмотреть, как реагировала ИИ на взлом. В полях очень часто все совсем не так, как кажется, когда ты прописываешь алгоритмы в лаборатории.

Ну и, если оставаться до конца честным с самим собой, слова Славы, брошенные сегодня утром мне в морду, все еще зудели на подкорке и ввинчивались в мозг.

Она права — мой косяк. Нападение на нее и его последствия — совершенно точно мой косяк. А собственные косяки я привык исправлять.

Некстати вспомнился Дунаев и его широкое вечно расплывающееся в открытой, немного рассеянной улыбке лицо, взгляд, всегда направленный куда угодно, только не на собеседника, и сцепленные в замок руки.

Надо съездить к нему, посмотреть, все ли в порядке. И к матери его заодно тоже. Ну или хотя бы позвонить.

Ты ведь что-то оставил, да, Ромка?

Не мог не оставить, я просто пока не добрался до твоих хвостов. Но обязательно доберусь.

Улыбку подавил с трудом и полез в сердце Энджи — проверять и искать. Вывел на экран планшета тесты, которые, казалось, целую вечность назад отыгрывала на ней Воронова, потом полез в результаты.

Славка вряд ли доберется до помощницы раньше следующего утра. Возможно, к этому времени у меня получится докрутить реакции Энджи. А может, и мои чем-то порадуют.

Закопался я в ИИ настолько, что почти все пропустил: и несколько сообщений подряд от Келера, и уведомление от Ириты о том, что она закончила, и кучу писем в почте.

Вынырнуть заставил звонок от юриста. Выдернул с мясом из строчек и данных. Потому что вряд ли новости Виктора были хорошими.

— Вит? — поднял я трубку, снимая очки и закрывая глаза, чтобы дать им немного отдохнуть.

— Славку вызывают сегодня вечером в ментовку, — раздалось хмурое на другом конце провода. — Я иду с ней. Решил, что ты должен знать.

— По поводу переводов или есть еще что-то? — спросил, шкурой чувствуя подставу и проблемы.

— Славку только по поводу переводов. Но нам наконец-то вернут то, что осталось от ее телефона, — довольно протянул мужик. И мне бы тоже быть довольным, но…

Я откинулся на спинку кресла, потер рожу, отворачиваясь к окну.

— Хорошая и плохая новости, прям по классике, — дернул уголком губ в раздражении. Однозначно, этот понедельник просто удивительно щедр на хреновые события. Славке до кучи только ментовки не хватало.

— Ты какой-то нерадостный, — протянул задумчиво Келер, а я понял, что он щурится и недоверчиво поджимает губы сейчас, вертит запонки. Келер любил запонки и классику. — Воронову там не продержат дольше тридцати-сорока минут, я позабочусь. Отправлю ее домой, а сам заберу телефон.

Ей хватит и двадцати минут сегодня. Даже десяти хватит.

— Слава сегодня… тяжелый день, в общем, — не стал я вдаваться в подробности. — Я бы попросил тебя перенести, но, с учетом обстоятельств…

— Я смотрел ее график, Гор, — понятливо протянул Виктор. — Эта неделя до четверга полностью забита, сегодня почти единственная возможность. Есть еще среда, но там совсем узкое окно между встречами, всего полчаса.

— Почему до четверга? А пятница?

— А в пятницу у нас выезд. Борисыч, конечно, поймет, но мне кажется, это жестоко — портить Вороновой вечер поездкой к держателям дубины.

— Какой выезд? — нахмурился, понимая, что что-то упускаю или о чем-то забыл. О какой-то очередной фигне.

— В «Озера», Гор. Иннотек, тридцать лет, день рождения… Вспоминаешь? — добавил ехидно, после театральной паузы.

— Твою ж…

Долбанный корпоративный выезд на уикенд. Много алкоголя, мало здравого смысла.

Келер заржал.

— В общем, оставляю тебя переваривать. Мы с Вороновой выезжаем через час. Она согласна ехать сегодня. Хотя кажется, что идея ее тоже не вдохновляет.

— Не пускай ее за руль, — попросил я. — Вызови такси.

— Все настолько нерадостно? — удивился Вит.

— Настолько, — подтвердил я. — Сообщи, как закончите.

— Само собой, — не стал спорить юрист и отключился.

А я еще какое-то время смотрел на поток машин за окнами и вертел телефон в руках, мысленно возвращаясь к тому, что случилось на парковке.

А потом бросил взгляд на монитор компа и выкинул из головы все постороннее. Ирита сообщила, что все готово, и мне осталось только просмотреть то, что она нашла в Бокс-экспресс.

На экране висели сухая и очень короткая строчка данных, и видеофайл.

Захарова Валентина Николаевна две тысячи девятнадцатого года рождения, паспортные данные, телефон, номер счета в банке, адрес отделения Бокс-экспресс, стоимость отправления, дата, время, даже адрес школы. Кажется, что много, но на самом деле, ни хрена подобного…

Я ругнулся и включил видео, в надежде, что оно прояснит хоть что-то. Что данными девчонки просто кто-то воспользовался, но…

Через несколько минут я ругнулся еще раз.

Потому что на видео была та самая Валентина пятнадцати лет от роду. В обычном офисе Бокс-экспресс, оплачивающая отправление у автомата с собственного счета. Обычный подросток в драных джинсах и толстовке.

Она не прятала лицо от камер, не скрывала фигуру, не дергалась и никуда не торопилась. Спокойно внесла данные в терминал, сверяясь с тем, что было написано на ладони, спокойно вытащила из рюкзака того самого уродского кролика, спокойно положила его в бокс, расплатилась за срочную доставку и ушла.

Совершенно обычная девочка.

А через час после ее ухода из офиса Бокс стремный заяц сидел у Славки на капоте и ждал, когда Воронова его увидит.

Я сбросил все, что удалось найти Ирите, на чистую флэшку, вырубил прогу шифровальщика и вернул Энджи и Ириту в исходные состояния, стерев данные, запросы и крошки, которые могли остаться.

Побарабанил пальцами по столу и поднялся на ноги, прихватив с собой флэшку.

Самому соваться к девчонке было бы глупо, да и времени нет, а информация нужна была быстро. У Андрея и без того есть, чем заняться, а значит, нужен кто-то еще… Кто-то надежный.

Я набрал сообщение на трекере и направился в курилку на крыше, потому что, как и в зале, и в душевых, камер там не было. Захватил по дороге кофе.

Денис вышел на крышу, когда я выкидывал пустой стакан в мусорку, остановился рядом, засовывая руки в карманы светлых брюк.

— Что случилось? — спросил, покачиваясь с пятки на носок. Он часто так делал. Казалось, что Ден вообще не мог стоять на месте спокойно. Ни минуты, ни секунды. На митингах постоянно торчал в планшете, теребил рукава, барабанил пальцами по столу. Что угодно, лишь бы что-то делать.